Развод с Альфой. Трое волчат, которых ты бросил - Ангелина Сантос
— Тогда я сама вышвырну его из Речного Дола, если понадобится.
Леон улыбнулся.
— Ты не сможешь.
— Почему?
— Он сильнее.
— У меня есть Мара.
Из коридора донеслось:
— И тяжелая сковорода.
Леон засмеялся.
Я тоже.
Напряжение немного отпустило.
До вечера приступ не повторился.
Леон даже спустился поужинать.
Марк снова начал приставать к нему с вопросами про волка, пока Лея не пригрозила рассказать мне, что он вчера пытался открыть запертую дверь лечебницы шпилькой.
После этого Марк внезапно потерял интерес к разговору.
Я уже собиралась закрывать ставни, когда в дверь постучали.
Не Оскар.
Я знала еще до того, как открыла.
Кайран стоял один.
Без плаща Альфы.
Без оружия.
Во всяком случае, видимого.
— Ты говорил через Оскара, — сказала я.
— Теперь хочу сам.
— Дети дома.
— Я знаю.
— Леон слышал про требование.
Кайран закрыл глаза на секунду.
— Прекрасно.
— Не вини Оскара. Он услышал нас.
— Я не виню.
— Что тебе нужно?
Кайран достал сложенный лист.
— Это второй экземпляр.
— Хочешь подписать у меня на глазах?
Он посмотрел так резко, что я поняла: попала не туда.
Кайран разорвал бумагу пополам.
Потом еще раз.
Куски упали в его ладонь.
— Нет.
Я молчала.
— Совет не имеет права требовать Леона без моего утверждения.
— Пока ты Альфа.
— Пока я Альфа.
— И ты отказываешься.
— Да.
— На словах?
Он протянул мне третий лист.
На нем под требованием Совета стояла запись его рукой.
Отказ в применении права Альфы.
Печать.
Дата.
Подпись.
Я перечитала дважды.
— Зачем копия мне?
— Чтобы если кто-то из Совета попытается обойти решение, у тебя было доказательство.
— Они могут?
— Попробовать могут все.
Я подняла глаза.
— Почему?
Кайран долго молчал.
— Потому что утром я тоже думал применить этот закон.
Внутри все мгновенно напряглось.
— Что?
— Когда пришло требование, я подумал, что это решит проблему.
— Какую именно?
— Все сразу.
Я рассмеялась.
— Конечно.
— Алира...
— Нет, продолжай. Очень интересно.
— Леон получил бы наставников. Я получил бы доступ к нему и смог понять, что происходит со связью стаи. Совет перестал бы давить.
— И ты бы получил то, чего хотел вчера.
— Да.
Он не пытался скрыть.
Это злило почти сильнее оправданий.
— Сколько времени тебе понадобилось, чтобы понять, что это чудовищно?
Кайран стиснул челюсть.
— Несколько минут.
— Какие успехи. Семь лет назад понадобилось семь лет и все еще не хватило.
— Я знаю.
— Нет, не знаешь.
— Знаю.
— Тогда зачем вообще подумал?
— Потому что это моя привычка.
Я замолчала.
Кайран смотрел прямо.
— Вижу проблему. Ищу самый быстрый способ решить. Закон дает мне средство. Я думаю, что если результат выглядит разумным, значит, имею право его использовать.
— Очень удобно быть тобой.
— Иногда.
Я не ожидала.
Он продолжил:
— А потом Оскар спросил, чем это отличается от того, что я сделал тогда.
— И?
— Я сказал, что теперь пытаюсь защитить ребенка.
— Отличное оправдание.
— Именно.
Он произнес это спокойно.
— Я понял, что снова нашел правильные слова для решения, которое принимаю за вас.
Я не знала, что сказать.
Такое происходило редко.
— Поэтому отказался?
— Поэтому тоже.
— А еще?
Кайран посмотрел в сторону окна.
— Леон вчера сказал мне, что я должен уйти.
— Да.
— Семь лет назад он не мог сказать ничего.
Мне стало не по себе.
— Кайран...
— Тогда я решил за него. За Марка. За Лею. За тебя. Если я сейчас воспользуюсь правом крови только потому, что оно существует, я повторю то же самое.
Он перевел взгляд на меня.
— Не хочу.
Я сжала бумагу.
— Хорошо.
Одно слово.
Больше он пока не заслужил.
Но оно далось мне тяжелее, чем хотелось.
Кайран кивнул.
— Еще кое-что.
— Что теперь?
— Совет прислал не только требование.
— Разумеется.
— В Сером Хребте стало хуже.
— Насколько?
— Сегодня еще двое не смогли обратиться.
— Шестеро?
— Шестеро полностью. Еще у нескольких появились проблемы с частичным переходом.
Я напряглась.
— Никто не пострадал?
— Один вывихнул плечо. Другой потерял сознание.
— Почему?
— Не знаю.
— И связь?
— Слабее.
Он выглядел усталым.
Не как вчера.
Глубже.
Будто за день успел прожить неделю.
— Ты чувствуешь Леона? — спросила я.
Кайран нахмурился.
— Сейчас слабо.
— Он сегодня слышал волков Серого Хребта.
— Что?
Я рассказала.
Он не перебил ни разу.
— "Зовут друг друга и не слышат", — повторил Кайран.
— Да.
Его лицо стало жестким.
— Это почти те же слова, которыми сегодня описал ситуацию один дозорный.
— Кайран.
— Я не говорю, что Леон виноват.
— Хорошо.
— Но связь есть.
— Возможно.
— Нам нужно понять какая.
— Без вывоза детей.
— Без вывоза.
— Без давления.
— Без давления.
— Без Совета в моем доме.
— Это будет сложнее.
Я сразу напряглась.
— Почему?
— Они отправили сюда людей.
— Кого?
— Ровена Краста и еще двоих старейшин.
— Зачем?
— Убедить меня изменить решение.
Я посмотрела на дверь за его спиной.
— Они уже в городе?
— Будут к утру.
— И ты решил сообщить об этом только сейчас?
— Я узнал час назад.
— Пусть разворачиваются.
— Алира, они имеют право говорить с Альфой.
— В трактире. На дороге. На площади. Хоть посреди реки. Только не здесь.
— Согласен.
— И с детьми не разговаривают.
— Согласен.
Я стала подозрительной.
— Что?
— Ничего.
— Ты слишком быстро соглашаешься.
Кайран почти улыбнулся.
— Если начну спорить, будет привычнее?
— Гораздо.
— Могу попробовать.
— Не надо.
Мы замолчали.
Из кухни донесся громкий голос Марка:
— Я не брал!
Лея ответила:
— Я еще не сказала, что пропало.
— Ну и не говори!
Я закрыла глаза.
Кайран неожиданно усмехнулся.
Совсем тихо.
— Он всегда такой?
Я открыла глаза.
— Какой?
— Сразу признается раньше обвинения.
— Почти всегда.
— А Лея?
— Почти всегда знает, где он был.
— Леон?
— Обычно знает еще раньше, но не считает нужным вмешиваться.
Кайран слушал.
Слишком внимательно.
Я пожалела, что ответила.
Но он не
