Измена. Вы забрали у меня будущее - Марина Мартова
- Свадьбы не будет, - жёстко перебиваю её, прерывая поток ненужных слов, и мама обиженно замолкает, - обзвони, пожалуйста, всех приглашённых и сообщи, что свадьба отменяется, - глухо из-за боли в горле произношу.
Откидываюсь удобнее на подушку и отворачиваюсь к окну.
На улице уже темно, белые хлопья снега вырывает из вечернего сумрака старый фонарь.
Красиво.
А ведь совсем скоро Новый год…
- Соня, объясни мне. Это… это из-за ребёнка ты так решила? – осторожно спрашивает мама.
Медленно поворачиваюсь к ней и смотрю в растерянные глаза. У нас с мамой всегда были доверительные отношения, поэтому и сейчас я не буду от неё ничего скрывать.
- Он изменяет мне, мамуль… с Леной изменяет… думаю, давно.
Мама охает и прижимает ладони к груди, и я даже отсюда чувствую гулкий рваный стук её сердца.
- Но как же так… Соня, как же так? – она растерянно повторяет один и тот же вопрос, и в этот момент дверь с глухим щелчком открывается.
Все волоски на моём теле мгновенно приподнимаются, а сердце сжимается в дёргающийся кровоточащий комок… тело реагирует ещё не видя, но уже чувствуя бешеную энергетику вошедшего.
Не поворачиваюсь, набираю в грудь побольше воздуха.
Я знаю, что это Андрей… и не удивляюсь, когда слышу его низкий немного хрипловатый голос, от которого я совсем недавно сходила с ума:
- Лидия Васильевна, дайте нам, пожалуйста, поговорить с Соней наедине.
Быстро перевожу встревоженный взгляд на маму и нервно сглатываю. Этот её тяжёлый убийственный взгляд, которым она сейчас смотрит на Андрея, я прекрасно знаю.
- Мамуль, успокойся, не надо… - начинаю, но мама меня перебивает:
- Подожди, доча, - спокойным голосом произносит она, но мы все слышим, как звенит в нём раскалённая сталь.
Мама похлопывает меня по руке и поднимается, перегораживая дорогу моему бывшему жениху.
Глава 5.
Глава 5.
* Соня *
Рвано дышу. Сердце, чувствуя рядом Андрея, сбивается с ритма и стремительно рвётся вперёд, больно бьётся о рёбра. Длинный шов, прикрывающий мою пустоту, начинает мучительно ныть.
Говорю себе, что переживаю за маму, но ещё… я каждой клеточкой своего изрезанного, изуродованного царапинами и синяками тела ощущаю его внимательный, заставляющий меня нервничать взгляд.
Он словно острым скальпелем водит им по моей коже, оставляя незаметные никому, кровавые раны в моей душе…
Какого чёрта он смотрит?
Для чего пришёл? Поглумиться?
Ненавижу!!!
С каждой секундой нахождения Андрея здесь, ледяная корка на моём сердце всё сильнее идёт трещинами, вновь обнажая кровавое месиво, в которое превратилось моё сердце.
Облизываю опухшую и болезненно пульсирующую нижнюю губу, но по-прежнему отказываюсь смотреть на предателя.
- Как хорошо, что ты пришёл, Андрей, - голос мамы всё также вибрирует от скрытых в нём силы и напряжения. Обеспокоенно смотрю, как мама берёт моего бывшего под руку и словно идущий на всех парах локомотив подталкивает Андрея к выходу, - а пойдём-ка мы с тобой сначала поговорим.
О… ну всё.
Именно этого я и боялась.
- Мам… - пытаюсь достучаться до неё, хотя и знаю, что это сейчас бесполезно.
Мама на мгновение оборачивается и на её лице появляется добрая улыбка, предназначенная только мне. Я знаю, что для Андрея у неё припасён оскал хищника, как и для всех, кто когда-либо имел неосторожность сильно обидеть меня.
- Всё будет хорошо, Сонечка, я скоро приду.
Они выходят, и тонкая больничная дверь за ними с тихим щелчком закрывается.
Выдыхаю. Внутри боль ещё бешено пульсирует, тело ноет, горит.
Немного приподнимаюсь на локтях и удобнее располагаюсь в кровати.
Удивительно, но Андрей спокойно и без сопротивления вышел с мамой, хотя не в его характере прогибаться под желания других.
- Я весь во внимании, Лидия Васильевна, - слышу сквозь дверь холодный, немного уставший голос Андрея, и вся напрягаюсь.
Уверена, сейчас ему дико хочется закурить, и он даже тянется в карман брюк за сигаретой, но опомнившись, просто сминает её пальцами. Так часто происходило во время переговоров, на которые мы ходили вместе с Андреем.
- Соня мне всё рассказала. Как ты мог так поступить, Андрей?! – громко звенит в коридоре мамин голос.
Кажется, я перестаю дышать в этот момент, а предатель молчит несколько долгих секунд, а потом я слышу из-за двери холодный, пропитанный явным недовольством голос:
- Это только наши с Соней проблемы, мы сами всё решим, не лезьте куда Вас не просят, Лидия Васильевна.
Заставляю себя сделать глубокий вдох.
- А ты мне рот не закрывай, паразит! Я тебе дочь свою доверила, а ты, паскудник, по чужим койкам поскакал! Как козёл горный полез высоты новые покорять! Ну и как?! Хорошо там?! Нашёл что-то кроме потасканной мамзели этой рыжей приблуды?!
- Давайте без оскорблений.
- Да что ты говоришь?!
В коридоре слышится бойкий стук женских каблучков, а потом…
- Здравствуйте, Лидия Васильевна, - хоть голос Лены сейчас тихий, а не звенит тоненько колокольчиком, как бывает обычно, всё-таки сквозь полотно больничной двери я её слышу.
Сердце вдруг запинается, делает смертельный кульбит в груди и тут же подпрыгивает куда-то к горлу, начиная отбивать там рваные громкие удары. Всё моё тело снова начинает ныть, кожа покрывается болезненными мурашками, мышцы выкручивает.
Лена. Лучшая подруга… разлучница… мой личный враг.
Боже, ну почему я так реагирую на каждое её появление?
Пальцами сильно сжимаю тонкое одеяло и стараюсь делать равномерные глубокие вдохи, но как я ни стараюсь, не получается. Живот напрягается, и свежий шов начинает сильно болеть.
- О! Прискакала, свистулька!
- Теть Лид, Вы чего? – так естественно удивляется бывшая подруга.
Сквозь боль усмехаюсь, а она мастер перевоплощения, и чего после школы не пошла в театральный?
-Я чего?! – мама не выдерживает и кричит, - а я тебе скажу, чего я! Ну и тварь же ты, Лена! Жениха у подруги увела, а ещё смеешь к ней в больницу таскаться?! Пошла вон отсюда, пока я тебе патлы твои паршивые не повыдирала!
- Теть Лид… я не… я… - она что там всхлипывает? Серьёзно?
- Лена, уйди, пожалуйста, тебе действительно здесь не место, - чётко, спокойно и без эмоций произносит Андрей.
Ну надо же! А тебе значит, предатель, здесь самое место?!
Ничем ведь от неё не отличаешься!
Как бы я ни была холодна, но кровь в этот момент вскипает в венах, злость рвётся наружу, клокочет в груди, не давая дышать.
- Да-да, я
