Путь к бессмертию. Том 1 - Shin Stark
Му Цинлань вернулась так же внезапно, как и ушла.
И по её лицу я понял всё сразу.
Ничего не вышло.
Не в том смысле, что старейшина Чэнь победил её. Нет, до такого мои мысли не дотягивались. Просто не вышло по-настоящему решить вопрос разговором.
Лицо у неё было спокойным. Но слишком жёстким и холодным.
Она посмотрела на меня, потом на мёртвых.
— Фан Цзюнь не был здесь, — сказала она.
Я молчал.
— А мёртвые не свидетельствуют.
Вот и всё. Похоже, никто никакой ответственности не понесет.
Ну, не считая мертвецов, да.
Без приказа, без прямых следов, без его собственной фигуры на месте бойни — старейшина Чэнь, конечно же, мог сделать удивлённое лицо, развести руками и заявить, что младшие ученики иногда бывают слишком самостоятельны.
Как удобно.
Му Цинлань несколько вдохов смотрела в ночь.
Потом сказала:
— С сегодняшнего дня ты наказан.
Я моргнул.
Надо признать, это было неожиданно.
Нет, логично. Где-то в глубине души я даже ждал чего-то подобного. Всё-таки бойня на горе, взрывы, четыре трупа — не тот фон, на котором тебя обычно гладят по голове и выдают вкусняшки.
Но всё равно.
После такого слова «ты наказан» прозвучали как-то почти обидно.
Она продолжила:
— Пять лет затворничества в этом саду. Без права покидать его пределы.
Я поднял глаза.
Му Цинлань говорила совершенно спокойно.
— С этого момента внешний сад будет закрыт формацией. Вход и выход ограничены. Без моего разрешения ты не покинешь эту территорию.
Она замолчала и несколько секунд смотрела на меня. А я старался делать самое жалостливое лицо, потому что все-таки я тоже тут жертва…
Потом она достала из рукава небольшую нефритовую пластину — зелёную, с тонкой резьбой в форме листа — и протянула мне.
— Это ключ, который позволит пройти сквозь формацию. Только на случай, если тебе понадобится выйти для ухода за внешними участками сада или по прямому поручению.
Я взял пластину обеими руками.
И вот тут всё окончательно стало на свои места.
«Хех, наказание… ну да, конечно», — хмыкнул я про себя.
Пять лет сидеть на горе старейшины, в месте с прекрасным Ци, под защитой формации, среди растений, книг, печатей и тишины, куда больше никто не сможет так просто пробраться с мечом. При этом имея ключ, чтобы при желании выйти, сославшись на необходимость.
Потрясающе суровая кара.
Я чуть не улыбнулся. Но сдержался. Потому что это было бы уже неприлично.
Хотя бы внешне я должен выглядеть расстроенным.
Му Цинлань прекрасно понимала, что делает. И я тоже понял.
Она не могла открыто взять меня под руку и объявить: «Теперь этот ученик под моей полной защитой, попробуйте только коснуться».
Судя по всему, старейшина Чэн был в лучшем положении, чем она. Поэтому ей нельзя было идти на конфликт.
Но она под предлогом наказания могла поставить вокруг меня защитную печать, чтобы все сразу поняли: никто не сможет меня убить.
«Должен признать, старейшина Му, вы оказали мне большую услугу. И я этого не забуду».
Впрочем, в безвозмездное добро я не верил. Она определенно чего-то от меня хочет. Но чего?
Думаю, совсем скоро она озвучит цену своей доброты. А до тех пор я буду пользоваться этой добротой. И если эта цена мне не понравится, просто сбегу.
Я склонил голову ниже.
— Этот младший принимает наказание.
На губах Му Цинлань, кажется, мелькнуло что-то почти незаметное.
Не улыбка. Скорее лёгкое одобрение тому, что я не стал играть в дурака и делать вид, будто ничего не понял.
— Хорошо, — сказала она. — Завтра тела уберут. Следы твоих печатей тоже. До тех пор остаёшься здесь. И ещё одно, Мин Хао.
— Да, старейшина?
Она посмотрела на меня так, что у меня в груди всё само собой собралось.
— Если хочешь прожить эти пять лет с пользой, культивируй всерьёз.
Сказав это, она развернулась и пошла прочь по тропе.
На этот раз не исчезая, а пешком.
И в этом почему-то было ещё больше веса, чем во всех её вспышках силы.
Я посмотрел на нефритовую пластину.
Потом на вход в сад.
Потом на тёмный склон горы.
«Пять лет, значит. Ну, наверное, для бессмертного это и правда не такой уж и большой срок», — пришло мне в голову.
Когда-то в прошлой жизни эта цифра показалась бы мне приговором.
Пять лет взаперти. Пять лет, в течение которых мир идёт мимо.
А сейчас я видел совсем другое.
Пять лет под защитой. Пять лет в месте, где Ци густая, чтобы культивировать. Пять лет, за которые можно вырастить свой сад. Освоить техники. Поднять уровни. Сделать запас печатей таким, чтобы у любого очередного Фан Цзюня начиналась изжога уже от одного моего имени.
Я медленно выдохнул.
— Ну что ж, — сказал я в тишину. — Похоже, меня только что очень сурово спасли.
Ши Юэ, который осторожно выполз из-за камня и, видимо, всё это время предпочитал не отсвечивать рядом со старейшиной, дрогнул всем телом.
— Да, — сказал я ему. — Нам с тобой теперь надолго будет чем заняться.
Я ещё раз посмотрел на склон, где недавно шёл бой.
Потом развернулся и пошёл обратно в пещеру.
На этот раз — уже без желания куда-то рваться.
Я давно хотел времени. Теперь у меня его будет достаточно.
И если за эти годы я не стану сильнее настолько, чтобы однажды сам выбирать, кого бояться, а кого нет, — тогда все мои страдания, все кражи, все печати, все трупы и все старания действительно не стоили ничего.
Но я не собирался допускать такой роскоши.
Я сжал в ладони ключ, вошёл в пещеру и уже у самого порога почувствовал, как внутри медленно, очень ровно поднимается знакомое упрямство.
Хорошо.
Пусть будет затвор на протяжении пяти лет.
Я использую их все — до последнего дня и до последнего вдоха. До последней капли Ци, которую смогу выцарапать у этого мира.
Потому что если уж меня заперли культивировать — то, честно говоря, это лучшее наказание, которое я когда-либо получал.
* * *
Глава 15
* * *
Прошёл год.
Ровно год с тех пор, как Му Цинлань очень сурово «наказала» меня сидеть в её саду и культивировать, пока я не поумнею, не стану сильнее или не перестану быть удобной мишенью для всяких чужих обид.
Если уж быть до конца честным, за этот год я действительно поумнел.
Немного.
Зато стал сильнее куда заметнее.
Пятый уровень «Концентрации Ци».
Когда я впервые
