Этруски. От мифа к истории - Александр Иосифович Немировский
Неблагоприятно складывается для этрусков и ситуация в водах, омывавших Южную Галлию и Восточную Испанию. Оживляется деятельность фокейской Массалии, основавшей на Лигурийском побережье многочисленные колонии. Продвигаясь на юг, массалиоты вступают в зону влияния и интересов Карфагена. Начинается борьба Массалии с Карфагеном, известная нам если не в деталях, то, во всяком случае, в общих чертах.
Первые сведения об этой борьбе мы находим в той части труда Фукидида, которая посвящена анализу морских сил как фактора могущества. После рассказа о создании Поликратом Самосским в годы царствования Камбиса сильного флота, с помощью которого были захвачены различные острова, Фукидид говорит: «Наконец фокейцы, заселившие Массалию, побеждали карфагенян в морских битвах» [Thuc. I, 13, 6]. Следует обратить внимание на сообщение Фукидида о многократных победах массалийских фокейцев над карфагенянами. К какому же времени их следует отнести? Ж. Жехасс, основываясь на употреблении Фукидидом формы глагола oikisantes («заселившие»), пришел к выводу, что историк намекает на события, имевшие место в период основания Массалии (т. е. в первой половине VI в. до н. э.) [231, с. 213]. Против этой датировки свидетельствует не только хронологический порядок морских побед, данный Фукидидом, но и ряд других соображений. По мнению П. Бош-Химперы, в начале VI в. до н. э. Массалия еще не имела интересов в Испании, не обладала сильным военным флотом. Имеются и другие доводы. Античная традиция единодушна во мнении, что первым крупным морским сражением фокейцев с карфагенянами и этрусками была битва при Алалии (540–539 гг. до н. э.), но при этом фокейцы Массалии как ее участники не упоминаются: видимо, если в это время Массалия уже и существовала, она еще не обладала сильным флотом. Первая известная нам морская победа массалиотов над Карфагеном увековечена в бронзовой статуе Аполлона в Дельфах. Статуя же не могла появиться ранее середины VI в. до н. э.
О другой победе мессалитов над карфагенянами нам известно из свидетельства Сосила Лакедемонского [FHG III, Sosyll. frg. 176]. По упоминанию имени Гераклида из Милассы оно довольно точно датируется 490–485 гг. до н. э. Местом сражения были воды близ мыса Артемисий, современного мыса Нао, на берегу Испании. Эта последняя из известных нам морских побед маосалитов над карфагенянами, как и битва при Гимере, имела весьма серьезное значение и для этрусской талассократии, ограничив ее водами, омывающими Тиррению и Корсику. Морская торговля этрусков с городами и племенами Южной Галлии и Западной Испании стала опасной, если не невозможной.
Последний удар по этрусскому морскому могуществу нанесли в середине V в. до н. э. Сиракузы. В 452 г. они организовали против этрусков большую экспедицию с целью сокрушения главной базы этрусского флота в гавани Аргоос на Эфалии [Diod. XI, 88], Экспедиция осуществлялась удачно, но не дала ожидаемых результатов. Выяснилось, что сиракузский наварх Файл был подкуплен этрусками. Тогда была послана новая флотилия во главе с навархом Апеллесом. Он захватил Эфалию, опустошил берега Этрурии и Корсики и возвратился с большим количеством рабов и иной добычи.
«Тирренская загадка». Итак, в середине V в. до н. э. произошло крушение этрусской талассократии. Этому не вызывающему сомнений выводу, казалось бы, противоречит группа фактов, свидетельствующих о развитии в IV–III вв. до н. э. этрусского пиратства, причем в районах, сравнительно далеко отстоящих от Италии.
Вакх и тирренские пираты. Мозаика II в. н. э. из Музея Бардо в Тунисе
Сообщениями о набегах тирренских разбойников пестрят греческая литература и официальные документы IV–III вв. до н. э. Аттический историк IV в. до н. э. Филохор, полагающий, что тиррены были испокон веков пиратами, пишет об их нападении на о-ва Лемнос и Имброс и похищении ими женщин с населенной афинянами части острова [FHG I. Philoch. frg. 5]. Оратор IV в. до н. э. Лисий говорит об опасностях плавания по Адриатическому морю [Lys. Eschin. 4, 5]. А известный афинский оратор Гиперид произнес речь «О защите от тирренов» (известную по одному названию) [МАО. Hyper. frg. 8]. Очевидно, с тирренскими пиратами была связана также и речь оратора III в. до н. э. Динарха «Tyrrenikos» [МАО, Din. frg. 6]. Из фрагмента надписи в честь Тимократа мы узнаем, что два сына этого родосца погибли в борьбе с tyrannoi [Syll. 1295], под которыми следует понимать тирренов. Власти Делоса в 299 г. до н. э. приняли постановление о выдаче денег для защиты от тирренов [IG, XI, 2, 148, 37]. Афиняне же вынесли в 325 г. до н. э. решение о посылке колонистов на берега Адриатического моря с целью охраны от нападений тирренов [Syll. 305, 58–59].
Видимая несовместимость двух фактов – падения этрусской талассократии и развития этрусского пиратства – породила так называемую тирренскую загадку. В попытках ее решения выявились следующие точки зрения. 1. Под пиратами-тирренами IV–III вв. до н. э. надо понимать не этрусков, а любых пиратов, ибо термин «тиррен» приобрел не этнический, а профессиональный характер [45, с. 222 и сл.]. 2. Пиратством в IV–III вв. до н. э. занимались не этруски, а эгейские тиррены, или «тирраны», как они называются в родосской надписи [357, с. 165 и сл.]. 3. Пиратством занимались италийские тиррены-этруски, причем не только в IV–III вв. до н. э., но и раньше, поскольку никаких иных тирренов, кроме италийских, не существовало [208, с. 341 и сл.].
Ни одна из предложенных точек зрения не может быть принята полностью. Но, на наш взгляд, ближе всего к истине находится М. Гра, отождествляющий тирренов надписей и литературных источников IV в. до н. э. с этрусками. Однако французский исследователь ошибается, когда он отрицает эгейских тирренов. Марина Торелли привела убедительные доказательства в пользу существования этого народа еще в V в. до н. э. Но никаких сведений о нем в IV и III вв. до н. э. нет.
Развитие этрусского пиратства, с нашей точки зрения, не противоречит падению этрусской талассократии, а, напротив, является результатом этого падения. Упоминание тирренов в греческих источниках IV–III вв. до н. э. не оставляет сомнений, что базой тирренского пиратства в эти столетия являлось не Тирренское, а Адриатическое море. Действуя там, вдалеке от Эфалии и Пирги, опустошенных сиракузянами, пираты Адриатики для греков продолжали оставаться тирренами, и в этом нет ничего удивительного. В Адриатическом море этрусскими опорными пунктами были Спина, Адрия и другие города с этрусским, греческим и италийским населением. Раскопки Спины показали, что в V в. до н. э. она вела оживленную торговлю с Афинами и другими греческими городами [107, с. 196]. Почему же она превратилась в IV в.
