Станция Степная - Владимир Дмитриевич Цыбизов
– Подумаешь – вишенки! – презрительно заметил Вася. – Вот груши бергамот, которые сажал я, это поважнее. А бомбили здорово, мы до утра в погребе просидели.
– Конечно, в сад сходить надо, – обстоятельно начал Коля, – но упускать арбузы – тоже не резон. Вот что, бежим вначале на колхозный двор, а потом быстренько в сад.
Школьный сад
Двухэтажное школьное здание стояло на окраине поселка, в глубине густого фруктового сада. На крыше и зеленых стенах школы были намалеваны темные пятна, которые с воздуха должны были выглядеть как яблони. Очевидно, маскировка помогала, так как еще ни одна бомба не угодила в здание, хотя попытки разбить его были: вокруг здания всюду были видны воронки от авиабомб.
До недавнего времени школа стояла пустой, но несколько дней назад взрывом авиабомбы повредило помещение амбулатории и больницы, и их в целях безопасности перевели временно в здание школы. В больнице лежали местные жители, раненные при бомбежках.
Легко раненные выходили под вечер в пришкольный сад: гуляли по дорожкам или отдыхали на скамейках, которые поделал старый учитель Пал Палыч.
Пал Палыч был не только хорошим учителем, отличным плотником и столяром, но и большим любителем-садоводом. Он жил в небольшом флигеле, стоявшем во дворе школы. Днем старого учителя можно было найти в столярке, как он сам называл маленький сарайчик, где была устроена немудрящая столярная мастерская. Утром и вечером больные всегда видели его в саду. Он или ставил подпорки под отяжелевшие от груза плодов ветки, или поливал приствольные круги колодезной водой, или рыхлил почву, а потом зачем-то прикатывал ее тяжелым каменным катком. В этих работах ему частенько помогали ученики. Правда, сейчас на станции их осталось очень мало, но это ничего. Как говорится, капля камень долбит, из песчинок горы складываются… Этот сад в степи выглядел настоящим оазисом. Здесь были и старые деревья, и посаженные совсем недавно – прошлой весной.
С каждым годом сад расширялся, благо с одной стороны школы была степь.
– Вот засажу всю степь, тогда помирать можно будет, – не раз шутил Пал Палыч.
Когда ребятишки прибежали в сад. Пал Палыч стоял на коленях перед маленькой яблонькой с перебитым стволом и в задумчивости смотрел на излом. В нескольких шагах дальше в земле зияла воронка. Вчера ее здесь не было. Вчера здесь стояли три груши бергамот.
– Груши! – вымолвил пораженный Вася и остановился перед воронкой. – Колька, наши груши!..
Но Коля и сам все видел. У него даже слезы на глазах показались: так жалко было груш, посаженных собственными руками. Конечно, было обидно, когда гибли и другие деревья, но своих собственных было особенно жалко.
– Пропала яблонька, – с сожалением произнес Вася. – Теперь уж ее не вылечишь.
– Не каркай! – сердито забасил Федя. – Может, и не засохнет.
И вопросительно посмотрел на учителя, как бы спрашивая его, верно он сказал или нет? Учитель грустно улыбнулся.
– Может, и не засохнет, если как следует ухаживать за ней. Только сложное это дело – вернуть дерево к жизни. А у меня и без него работы по горло. Спилить надо…
Пал Палыч поднялся на ноги, безнадежно махнул рукой. Но на этот раз его ученики не хотели согласиться с ним:
– Пал Палыч, мы сами выходим, не спиливайте, – дружно заговорили они.
– Мы с него глаз не будем сводить, – заявил Коля.
– Поливать будем каждый день, – поддержал его Федя.
– Вы же сами говорили, что деревья нужно любить! – звонко выкрикнула Нина.
…Через несколько минут Нина и Володя с помощью учителя выпрямили яблоньку, обложили ее в месте излома паклей, тонкими узкими дощечками и обвязали мочалой. Сам излом Пал Палыч замазал предварительно какой-то замазкой, которую он называл садовой.
Учитель вбил рядом со стволом яблоньки большой кол, привязал к нему куском мягкой веревки деревцо и сказал:
– Ну, пионеры, теперь от вас будет зависеть, засохнет яблоня или будет жить.
– А что нужно делать? – спросил Володя: они с учителем уже познакомились, и Володе даже казалось, что Пал Палыча он знает давно-давно. У него такие добрые, хорошие глаза.
– Поливать надо, – ответил Пал Палыч, – землю рыхлить в приствольном круге, траву полоть, удобрения вносить, вредителей с веток обирать и уничтожать – мало разве дел? Я вам буду говорить, когда, что делать.
Между тем Коля, Вася и Федя обнаружили по другую сторону воронки несколько груш с покалеченными кронами и занялись ими. Ребята внимательно осматривали деревья, отыскивали поврежденные ветки и, если могли дотянуться до них или взобраться на дерево, аккуратно отрезали их. Только жалко было отрезать ветки с грушами.
После этого дети помогали учителю окапывать стволы некоторых деревьев, стоявших поблизости от воронки. Землю сбрасывали обратно в яму. Здорово устали на этой работе наши пионеры, но остались довольны. Да и как не быть довольным, если Пал Палыч заявил, что они спасли эти деревья. Пять груш и три антоновки спасли – это не шутка. И ветки на них же обрезали, срезы замазали. Теперь только полить осталось.
– Поливать вечером придем, – пообещал за всех Коля.
– Приходите, приходите. А скоро урожай будем снимать, работы прибавится.
– А если сюда фашисты придут к тому времени? – со страхом спросила Нина.
Учитель серьезно глянул на девочку, затем окинул взглядом весь сад и, остановившись на молоденькой яблоньке с перевязанным стволом, торжественно, точно слова клятвы, произнес:
– Не быть им здесь, друзья мои, никогда не быть. В этом я глубоко убежден. Иначе не стал бы беречь сад. – И уже будничным тоном предложил: – Давайте-ка инструмент приберем.
Пионеры помогли учителю собрать садовые лопатки, мотыги, ножи, пилки и отнесли все это в кладовку при школе. Когда выходили оттуда, Пал Палыч прихватил с собой корзину с двумя ручками. Ребятишки уже знали, для чего учитель взял ее: сейчас они пойдут в сад собирать яблоки, груши и сливы, сбитые с деревьев взрывной волной. Так оно и случилось.
Учитель провел пионеров в ту часть сада, где росли старые деревья. Под ними тут и там лежали яблоки, груши, сливы. Яблоки были величиной и с грецкий орех и с кулак. Некоторые уже поспели, другие были еще зеленые, кислые, хотя с виду казались очень вкусными, сладкими. Володя, обманутый видом большого красного яблока, поднял его и надкусил. Сейчас же рот его перекосило, точно судорогой. Тогда он огляделся и незаметно для других бросил надкусанное яблоко подальше в траву. Посмотрел, какие яблоки едят ребята, Нина. Что-то уж больно маленькие, невзрачные.
– На, попробуй, – сказала Нина, заметив взгляд
