Мертвый аул - Анна Былинова

Мы вышли на улицу. Возле бани бабка Гэрэлма что-то рассказывала, тряся седой головой. Тетя Тоня, сгорбившись, поминутно вытирала слезы. Дядя Толя смотрел в землю, сосредоточенно ковыряя в зубах щепочкой.

«…Отец мне рассказывал, – булькающим голосом говорила Гэрэлма: – раньше эвенки всегда обряды проводили. Шаманы ваши сильные были раньше. Сейчас-то все уже, никого из старожилов не осталось. Никто старину не блюдет… Брызгать надо. Духов своих «подкармливать» надо. Тогда помогать будут, беречь… Куда денешься? Раз так заведено… А Настя-то чувствовала поди… Чувствовала смерть свою, вот и потянула ее, поди, к своим… Маленько не дошла… Предки-то ваши в Борто раньше кочевали. Она, поди, к ним и ушла…»

Мы с сестрами переглянулись и двинули на задний двор, чтобы сократить путь и не идти через всю улицу.

– Вы куда? – крикнула вдогонку тетя Тоня. Я махнула рукой в сторону леса:

– На Известку, мамину куртку заберем. Мы не на долго.

Отойдя на приличное расстояние, я повернулась к сестрам:

– Вы согласны с Гэрэлмой? Что «мама к предкам своим пошла»? – процитировала я женщину. Светка хмыкнула.

– Не знаю. Отец мне рассказал, что перед тем, как маму нашли, ему приснился сон, будто ее с собой забрали древние эвенки. Он, поди, и Гэрэлме рассказал.

Я перелезла через жердяной забор и подождала девчонок.

– Знаете, я когда к шаману ходила. Помните, я рассказывала? Ну так вот: он увидел на берегу реки какую-то бабку с трубкой и сказал, что это наша шаманка из прошлого знак подает. И я почему-то сразу подумала, что это берег Витима.

– Ну правильно. Маму же за Витимом нашли…– Светка повернулась ко мне и испытующе посмотрела в глаза: – Может, и правда, есть эти духи предков? Не зря же эта бабка с трубкой явилась, правильно?

Светка помолчала, что-то обдумывая, затем сказала:

–Знаете, когда мы последний раз были на Щеках, мама призналась, что шаман предрек ей, что-то кто-то в нашем семействе должен будет принять дар.

Светка поведала нам о мамином рассказе, и едва дослушав ее, Ленка выдала:

– Если мама умерла, значит, кто-то из нас, получается? Я не могу, я христианка.

Заявление сестры рассмешило меня:

–Как ты быстро открестилась! А вдруг духи именно тебя и выберут?

Светка, перепрыгивая с кочки на кочку и, вдруг поскользнулась на мокрой траве и чуть не завалилась в лужу. Ленка подхватила ее. Светка выпрямилась и заявила, глядя на меня:

–Мама сказала, что я могу стать шаманкой. На Мертвом ауле я видела ребенка. Того… Гроб которого в лесу висит. Помните? Я его увидела и поняла, что… Что могу "их" видеть. Но я не уверена, хочу ли этого.

Я тронула сестру за плечо.

– Когда все закончится, пройдет сорок дней, мы поедем в город и я отведу тебя к тому шаману, к которому я ходила. Спросим у него насчет этого, послушаем, что он скажет. Обычно, они говорят, когда видят, что у человека есть… Предрасположенность.

Светка открыла было рот, чтобы что-то сказать, но осеклась – по Ленкиному лицу текли слезы. Очевидно, вспомнив о нашем положении и для чего, собственно говоря, мы все и собрались, она сказала:

– Я вообще считаю, что нас всех бог наказал.

– В каком это смысле бог наказал? За что? – испугалась Светка.

– Ну… – Ленка замялась, сомневаясь, делиться ли своими мыслями.

– Ну говори, почему ты так решила?

– Мне кажется, бог специально спрятал маму, чтоб мы ее искали. Потому что наказал нас за то, что мы ее бросили.

Я опешила:

– Как бросили-то? Мы ее не бросали!

– Не то, чтобы бросили, – поправилась Ленка и дрожащим голосом сказала: – а то, что она одна осталась и, наверное, почувствовала себя ненужной и… Умерла.

– Нет, ты не права! – горячо возразила Светка. – Почему ты так говоришь? Мы не бросали ее. Ты понимаешь, что тебе учиться надо, Тане работать где-то надо! Нам всем как-то жить надо. Мама все понимала, почему она должна себя чувствовать ненужной? Она, наоборот говорила, что ей хорошо становится от мысли, что мы все чем-то занимаемся, живем самостоятельно!..

Ленка нервно вытерла слезы.

– Ну вот потому и умерла, что все отдельно живут и самостоятельно!

– Да прекрати ты! Это не так! – закричала я.

Я остановилась, почувствовав, как нить в моей голове снова начала натягиваться. Осторожно потрогала голову. Ленка, не осознавая, била в сердце. Заставляла просыпаться ползающее в нем чувство вины. Все эти дни я думала о том, что можно было бы всего избежать того, чтобы мама потерялась, можно было бы предотвратить трагедию, если бы кто-то из нас был бы рядом с мамой. И то, что Ленка озвучивала мои мысли, меня разозлило:

– Мама умерла, потому что… Ну так случилось! Понимаешь? Она страдала давлением и… Ты говоришь – бог нас наказал!

Со злости я пнула засохший комок грязи. Я думала от удара этот комок отлетит на три метра, но он размазался кашей на моем резиновом сапоге. Тьфу, ты! Пришлось лезть в лужу, чтоб ополоснуть обувь. Ленка села на корточки и закрыла лицо руками, а Светка, наблюдавшая, как я полощу сапог, презрительно сказала:

– Бог наказал – ага. Не бог это вовсе, а чинуши, которым насрать на эту деревню и на всех людей, кто тут живет. Если бы дали вертолет, то ее нашли бы на второй день и не было бы всего этого ужаса.

Я вышла на сухое место, осмотрелась. Справа слушала наш диалог Цыганка, тихая в своей предосенней красоте. Слева за перелеском виднелись маленькие, полу-осевшие дома деревни, впереди за лесом журчал водами Витим. До Известки осталось совсем немного.

– Не надо так думать, Лена. И ты себя не должна винить в том, что произошло. Вставай!

Я помогла сестренке подняться и обняла ее. Та по-детски швыркала носом и кивала, немного успокоившись. Мы со Светкой взяли ее под руки с двух сторон и пошли по дороге.

– Правильно Света сказала, что нам всем надо как-то строить свою жизнь. Мы не можем всю жизнь прожить рядом со своими родителями. У мамы с отцом своя жизнь… Была. С отцом теперь, правда, не знаю, что делать…

Еще издалека я приметила сиреневую мамину ветровку, висящую на дереве. Я подошла, сняла ее и надела на себя. Огладила ткань на ней и поглядела на подвернутые рукава – мама подвернула. Она всегда, как надевала куртку, подворачивала рукава, чтобы они не мешали ей в хозяйстве поливать огород, например, или растапливать печку в сенях избушки.

Светка развела руками:

– Так, а что с