Встречь солнцу. Рассказы об истории Сибири - Михаил Николаевич Щукин
Так писал историк Петр Андреевич Словцов. И написаны гордые слова «сибирского Карамзина», конечно же, не случайно. Дело в том, что в победных залпах Полтавы уже слышались звуки нарастающей мощи Сибири, которая становилась опорным краем Российского государства на многие годы.
После поражения под Нарвой Петр I круто взялся за перевооружение своей армии. Нужны были железо и медь для пушек и мушкетов. Взор Петра обратился на Урал и далее – в Сибирь. Впрочем, царские указы «о разыскании медных, серебряных и иных руд» отсылались и ранее сибирским воеводам. Но сейчас требовалось все делать решительно и быстро. И царь, после недолгих раздумий, указывает на Урал своему любимцу, сметливому тульскому купцу и оружейнику Никите Демидову. Ступай, заводи железное дело, принимай рабочую силу с приписанных к заводам волостей, получай льготы самые разные, но дай – дай скорее! – так необходимое вооружение для русской армии.
На Урал, на управление Невьянскими заводами, Демидов отправил своего сына Акинфия, который деловой хваткой своей и упорством пошел в отца. За короткий срок младший Демидов буквально вытащил на своих могучих плечах неподъемное, казалось, дело – с Урала пошли русские пушки, стрелявшие нисколько не хуже иноземных. Примерно в это же время из Москвы в Тобольск были отправлены оружейные мастера. Позже, когда в Тобольске появятся пленные шведы, а среди них окажется немало знающих мастеров, оружейное дело поднимется на самый передовой уровень.
Шли по великим сибирским просторам рудознатцы, исполняя царский указ, отыскивали руды. Голодали, терпели лишения, зачастую гибли бесследно. Но не пропадали даром общие усилия и жертвы – торная дорога открывалась к сибирским кладовым. Интересно отметить, что, согласно опять же царскому указу, все частные лица, отличившиеся в приискании руд, щедро награждались от казны.
В 1704 году на берегу реки Алтачи был основан первый сереброплавильный завод, от которого и начнется Нерчинский горный округ. А руду в этом месте отыскали не совсем обычным способом. Возле нор, выкопанных сурками, наблюдательные мужички увидели кусочки руды, которые выбрасывали вместе с землей трудолюбивые зверьки, устраивая свое жилище. Богатство, можно сказать, скрывалось под ногами. Стали искать… и обнаружили большие залежи. Позднее в Нерчинском горном округе стали добывать олово и золото.
А на Урале между тем начинали дымить все новые и новые домны, «ковался» железный фундамент. Акинфий Демидов неудержимо разворачивал свое дело, внимательно прислушиваясь ко всем новостям, доносившимся из-за Уральских гор. И не напрасно. В 1723 году двое охотников на Алтае обратили внимание на выветрившуюся синь медных шлаков. Надо сказать, что на Алтае, а затем и в Кузнецких землях новые месторождения зачастую обнаруживали в старых копях, потому как железо в этих краях плавили еще в глубокой древности. С тех времен и остались так называемые чудские копи. На одну из таких копей и наткнулись двое охотников возле Колыванского озера и Синей сопки. Образцы руды были доставлены на Урал, на плавильный завод. Первые же пробы показали: руда отличного качества. Демидов, умея на лету хватать удачу, тут же поспешил заложить на Алтае, на берегу реки Локтевки, первую печь для выплавки медной руды и сразу же обратился в государственную Берг-коллегию за разрешением построить медеплавильный завод. Разрешение от Берг-коллегии было получено в 1726 году. И вскоре завод заработал. А пытливые рудознатцы открывали все новые медные рудники. И один за другим вставали в сибирской стороне новые заводы: Барнаульский (1739 г.), Шульбинский (1744 г.), Павловский (1763 г.), Сузунский (1764 г.)… В 1744 году был открыт богатейший Змеиногорский серебряный рудник. Все эти заводы позднее будут объединены в один округ, который получит название Колывано-Воскресенского и впишет свою яркую страницу в сибирскую историю. Но об этом – отдельный рассказ.
Возникшие заводы самым решительным образом повлияли и на формирование, если можно так выразиться, государственной российской границы в Сибири. Уже нельзя было допускать, чтобы во время набегов немирных кочевников подвергались опасности столь великие богатства. И на охрану дымящихся печей одна за другой вставали крепости, где служилые люди неусыпно стерегли интересы государства Российского.
В истории ничто не проходит бесследно. Не пропали и труды тех, кто закладывал основы сибирской и уральской промышленности. Особенно ярко это проявится в годы Великой Отечественной войны, когда «опорный край державы» выкует великую победу над фашистским нашествием.
Так уж повелось в России: за каждым славным делом следует продолжение.
Губернаторская доля
анкт-Петербург, новая северная столица России, успел многое повидать на своем коротком веку, в том числе и казни – дело, согласно нравам сурового века, обычное. Но в этот раз удивился Санкт-Петербург, наблюдая за казнью, которая свершилась в середине марта 1721 года. Промозглый ветер раскачивал на веревке не бродягу, не разбойника с вырванными ноздрями, а государева человека высокого полета.
Захлестнула жесткая петля шею первого сибирского губернатора князя Матвея Петровича Гагарина.
А так все хорошо начиналось…
В 1708 году Петр I разделил государство на губернии, а в 1710 году в Москве был упразднен Сибирский приказ и в Сибири вводилось губернское правление. Первым губернатором Сибири был назначен боярин князь Матвей Петрович Гагарин, исполнявший до этого должность московского коменданта. По прибытии в Тобольск Матвей Петрович сразу же взялся за дела. Он живо интересовался освоением Камчатки, не забывал о Якутске, налаживал торговлю с Китаем, вынашивал планы о постройке «пасов» (укреплений) в Барабе, чтобы поставить заслон кочевникам. Но больше всего занимали его известия о том, что в верховьях Иртыша есть песочное золото в большом количестве. Послал туда разведчиков. Они мешкали с возвращением, а Матвей Петрович торопился. Торопился доложить царю, что обнаружил столь великую пользу для государевой казны. И так спешил губернатор, что не удержался от соблазна: в Тобольске с рук купил песочное золото и преподнес его государю (сообщив, что доставлено оно якобы с озера Яркен) вместе с дерзким проектом: снарядить на Яркен экспедицию и протянуть по джунгарской земле цепь укреплений, чтобы золото добывать без всяких беспокойств. Сил же и средств для обеспечения такой экспедиции попросил совсем немного. Петр, видимо, не вникнув в подробностях в дело, на представлении князя Гагарина собственноручно написал: «Построить город у
