Медведев. Книга 9. Сила - Гоблин MeXXanik

Где вы отдыхаете?

Я хотел было ответить, и не смог. Потому что простой вопрос на деле оказался неожиданно сложным.

— Не знаю, — признался я. — Наверное, дома.

Девушка удивленно подняла бровь:

— Но здесь вы почти всегда работаете.

Я посмотрел на неё.

— Тогда не знаю.

Вера немного нахмурилась

— Человек должен иметь место, где он не обязан быть кем-то, — пробормотала она. — Где он может просто расслабиться.

Я ничего не ответил. Фраза неожиданно оказалась слишком точной.

— Тогда, кажется, я его нашёл, — произнес я и кивнул на колодец. — Место.

Она несколько секунд молчала, потом улыбнулась.

— Только не занимайте его постоянно. Все-таки я первая его нашла.

Посмотрел на старый сад, лежавшего неподалеку пса, перевел взгляд на секретаря. И подумал, что, возможно, именно сейчас впервые за долгое время действительно не обязан был быть князем.

Где-то у кухни снова раздался возмущённый писк, а следом возмущенный голос Никифора. Мы с Верой одновременно посмотрели в сторону дома, а затем переглянулись.

— Кажется, лечение продолжается, — предположила она и я кивнул:

— У Никифора сегодня сложный пациент.

— У Иволгина, — поправила меня девушка, но я усмехнулся и покачал головой:

— Иволгин его только лечит. А вот страдает от беличьей хвори именно Никифор.

— Страшно подумать, как на обычного человека может подействовать Древний. Если он только одним присутствием смог так повлиять на Мурзика, -девушка слегка нахмурилась. — Иволгин обмолвился, что теперь Бросающий кости может открыто жить в Северске, верно?

— Старая поговорка гласит, что врагов стоит держать поблизости, — заявил я.

— Надеюсь, эта поговорка не касается меня, — Соколова неожиданно усмехнулась и добавила, — Знаю, что Морозов считает меня ведьмой.

Я на мгновенье замер, а потом кивнул. Девушка вздохнула и пожала плечами.

— Мама когда-то сказала, что все женщины немного ведьмы. И не стоит делать из этого трагедию.

С ответом я не нашелся и понял, что он и не требовался. Отчего-то мне подумалось, что найденная рыжая шерсть вовсе не важна. И узнавать про нее не стоит. Не сейчас. Может и вовсе никогда.

— Значит, вы меня искали только для того, чтобы показать землю?

— Чтобы вас увидеть, — тихо произнесла девушка и замолкла, словно пожалев о сказанном и затем продолжила, — надо было решить кое-что с наступающей русальей неделей. Звонили из Управы.

— Дела подождут, — решительно заявил я. — Иногда надо просто отдохнуть.

Вера улыбнулась, и мы неспешно направились к дому. Ветки тихо шуршали, где-то в траве стрекотали насекомые, а впереди между деревьями уже проглядывали окна дома. Я шёл рядом с Верой и вдруг поймал себя на простой мысли. Сегодня мне впервые не хотелось, чтобы дорога была короче.

Глава 24

Предупреждение

На пороге дома нас встретил Побед.

Он стоял, прислонившись плечом к косяку, и выглядел непривычно задумчивым. Увидев нас, мужчина вздохнул.

— Моя супруга уехала в столицу.

Я остановился на ступеньке.

— Очень жаль. Вы уверены, что стоило отпускать ее одну? Быть может, следовало кого-то проводить с ней хотя бы до станции?

Побед посмотрел на меня и неожиданно расправил плечи.

— Анна Павловна — матерая ведьма, — с нескрываемой гордостью произнес он. — Она прекрасно справится без меня. Тем более призналась, что нам пора немного отдохнуть друг от друга. По ее словам, я немного давлю на нее своим авторитетом.

Соколова рядом вдруг с чрезвычайным интересом принялась разглядывать перила.

Я тоже не сразу нашелся с ответом.

Анну Павловну я успел узнать достаточно, чтобы примерно представить этот разговор. Скорее всего, она просто не хотела расстраивать мужа. У нее были дела в столице, обязательства и собственная жизнь, к которой рано или поздно следовало вернуться. Объяснить это Победу напрямую она, конечно, могла. Но, видимо, решила, что рассуждение о необходимости немного отдохнуть друг от друга он воспримет легче.

Судя по всему, не ошиблась.

— И вас совершенно не беспокоит, что она отправилась одна? — уточнил я.

— Николай Арсентьевич, мы с Анной Павловной переживали разлуки и подольше.

Он произнес это уверенно, однако взгляд невольно скользнул куда-то в сторону дороги, по которой совсем недавно уехала его жена.

Я сделал вид, что не заметил.

— Она тоже примерно так сказала перед отъездом.

Побед тут же повернулся ко мне.

— Вы разговаривали?

— Немного. Анна Павловна считает, что короткая разлука вам обоим не повредит.

Это известие его явно обрадовало, хотя показывать он этого не собирался.

— Вот видите. Мы совершенно одинаково смотрим на этот вопрос.

Я только покачал головой.

Некоторое время Побед молчал, глядя в сад, а затем негромко признался:

— Хотя без нее здесь стало непривычно тихо.

Словно специально дождавшись этих слов, из дома донесся голос Никифора:

— Мурзик! Положи обратно!

Что-то грохнуло. Следом раздался приглушенный намордником возмущенный писк. Мы втроем прислушались.

Побед медленно повернул голову к двери.

— Относительно тихо, — поправился он.

Я рассмеялся.

Гаврила тоже улыбнулся и наконец оставил в покое ни в чем не повинные перила.

— Роман утверждает, что я просто не умею оставаться один, — продолжил Побед после небольшой паузы. — А я просто не люблю этого.

Я посмотрел на него и неожиданно почувствовал теплое узнавание. Не жалость — Побед меньше всего нуждался в ней. Просто в эту минуту в нем было удивительно мало от Древнего, перед которым осторожничал даже Старший народ.

Он скучал по жене. Оказывается, ни возраст, ни сила, ни прожитые века от не спасали от простого