Книжный дракон - Вальтер Моэрс
«Слушай! — сказал Эстра, снова понизив голос. — Твоё задание состоит из следующих пунктов: пункт первый: ты отправляешься к Ормову болоту. Пункт второй: там ты находишь Книжного Дракона. Не заметить его невозможно. Пункт третий: ты добываешь для нас чешуйку с его панциря — ну, одну из этих вросших ормокниг, ясно? Вот и всё. А заодно можешь задать ему свой вопрос».
«Вот и всё!» — повторил Клосо.
«Задание, которое под силу только истинному ормцу, — добавил Айдеп и серьёзно кивнул. — Простое и трудное одновременно. Так и должно быть. Простое и трудное». Остальные невнятно забормотали, но это звучало одобрительно.
«Да, э-э… как… где…?» Я попытался сформулировать вопрос, который позволил бы мне хоть немного потянуть время. Но Эстра уже тащил меня за руку прочь от группы, а остальные разбредались во все стороны. Я был одновременно растерян, впечатлён, польщён и напуган.
«Ну иди же! — театрально крикнул Эстра, отпустил меня и отвесил мне шлепок, как животному, которому даруют свободу. — Ступай, малец, будущий ормец! И исполни своё предназначение! Не разочаруй нас! Не разочаруй самого себя! Удачи! И будь осторожен! Там, в болоте, таится тысяча опасностей. Живые существа и растения, которых вообще-то не должно существовать. Мы держим за тебя кулачки». Он приложил палец к губам. «И ни слова! Никому!» После этого он тоже убежал.
Вот я и стоял! Совершенно ошеломлённый. С дрожащими коленями. Только что был простым книжнецом, а теперь стал будущим ормцем с тайным заданием. Меня ждали: испытание. Ритуал. Книжный дракон. Болото, полное пропитанных Ормом книг. И живые существа, которых вообще-то не должно существовать. Что же мне было делать? А ты что бы сделал?
На Ормовом болоте
Хильдегунст Второй посмотрел на меня так, словно ждал, что я продолжу историю.
«Понимаю, — ответил я. — Ты, конечно, сразу же отправился в путь».
«Точно! Немедленно, — ответил книжнец. — Без всякой подготовки, без дорожной поклажи. Просто так».
«Что-то знакомое, — сказал я. — Так я в своё время покинул Линдвормскую крепость. Правда, провизию я с собой захватил».
«Ну да, — сказал Хильдегунст Второй. — Я был уверен, что управлюсь за один день. Просто следовал указаниям Элиаса: пересёк Хрустальный сад до Изумрудных деревьев, остерегался острой травы, нашёл упомянутую лестницу и прошёл туннель, где действительно обитало несколько мерзких насекомых, но они спали или были мертвы — с насекомыми никогда толком не поймёшь. И правда: туннель был настолько узок, что дракон там ни за что не пролез бы. Во всяком случае, взрослый. А потом я вышел из Кожаного грота. Просто так! Я оказался в пещере с низким потолком, но невероятно просторной. Кое-где ещё виднелись светящиеся минералы, как в Хрустальном гроте, но в остальном освещение было скудным. Дальше меня должно было вести обоняние — так утверждал Элиас. Так оно и вышло. Как пахнет болото, с тех пор входит в мой весьма скромный запас жизненного опыта. В Кожаном гроте есть горячие источники. Но это всего лишь чистая вода, текущая сквозь твёрдый камень и почти не имеющая собственного запаха, разве что иногда чуть отдающая серой. В глубине грота нет ни болота, ни трясины, поэтому я решил, что этот неповторимый, землисто-влажный запах, теперь направлявший мои шаги, должен исходить от Ормова болота. Аромат высохших книг не привёл бы меня туда: старыми томищами пахнет во многих частях катакомб. Нет, здесь было другое — совершенно новое обонятельное ощущение, неведомый мир. Крайне высокая влажность, насыщенная резким парфюмом разлагающейся бумаги, и вдобавок запах гниющих растений. Смрад солоноватой воды, в которой мёртвые книги сгнивали вместе с отмершей растительностью. Это было неприятно и немного страшно, но вместе с тем захватывающе ново и непривычно, дико и таинственно. Я ускорил шаг. Жадно и боязливо мне хотелось увидеть, как выглядит то, что я там учуял. Кроме того, слышались незнакомые, тревожные звуки: редкое бульканье и шипение, клокотание и журчание. Будто под водой трудились мехи.»
К этому примешивались непрестанные стрекот и гул летающих насекомых, всё сильнее досаждавшие мне: общительные блуждающие огоньки, маленькими стайками и беспрестанно меняя цвет, вились вокруг меня. Крохотные, мучимые жаждой комары в своей кровожадности назойливо подлетали совсем близко. Ещё более мелкие, почти невидимые мушки были без ума от жидкости в моих глазах. А ещё прозрачные стрекозы удивительной величины — с четырьмя, а то и с шестью крыльями, — и неприятно пронзительные, пиляще стрекочущие сверчки без глаз, зато с невероятно длинными усиками. Такой разнообразной и впечатляющей насекомой фауны я в Кожаном гроте не знал».
«Насекомые катакомб — одна из причин, по которым я никогда не смог бы долго выдержать здесь, внизу, — перебил я рассказ книжнеца. — Совершенно не понимаю, как вы это терпите».
Хильдегунст Второй взглянул на меня своим единственным глазом и пожал плечами. «Это всё дело привычки», — ответил он и продолжил рассказ.
«Земля становилась всё мягче; и это тоже было мне прежде незнакомо. Мои подошвы знали лишь каменную почву, гранит, лаву или полированный мрамор. Но теперь с каждым шагом я чувствовал, что ступаю во что-то влажное, податливое, почти живое. Это меня тревожило. Не провалюсь ли я на следующем шагу? Или через шаг? Никогда ещё мне не приходилось так осторожно выбирать, куда поставить ногу. Я слышал о книжнецах, увязших и задохнувшихся в так называемых книгах-зыбунах. Это были скопления древних томищ, на первый взгляд совершенно целых, но в действительности настолько обезвоженных, что от прикосновения или шага мгновенно рассыпались в тончайшую пыль.
В больших количествах они могли стать смертельной ловушкой. Но у разбухших книг в этом болоте — а я, по-видимому, уже оказался в самой его середине, — проблемой был не недостаток влаги, а прямо противоположное. Здесь можно было в буквальном смысле утонуть в литературном мусоре. Магмосс намыл в эту часть катакомб не только старые книги, но и прочий цивилизационный хлам, а ещё уйму рыхлой земли, песка, торфа и даже растений, которые, должно быть, происходили из Верхнего мира. Вероятно, когда-то Магмосс смыл вниз целое болото вместе с растениями и животными, которые потом приспособились к глубине или мутировали. Иначе это курьёзное чудо природы так глубоко под землёй объяснить было нельзя. Повсюду прозябали бесцветные, вялые растения, разраставшиеся во все стороны».
«Потому что они искали солнце»,
