Спокойный Ваня 7 - Павел Кожевников

* * *

Лететь в тишине было скучно. Поэтому я попросил Марусю транслировать на переговорник музыку. У неё был огромный архив музыкальных произведений. Пришлось изрядно покопаться, выискивая те, что пришлись мне по вкусу. Степану любая музыка нравилась. Необычное электронное звучание всегда вызывает интерес на первых парах.

Турбулентность Степан перенёс легко. Хотя удивился, отчего самолёт трясёт в ясном небе. Любоваться звёздами и северным сиянием быстро наскучило. Внизу расстилалось море облаков, наблюдать за которым было куда интереснее. За время полёта их структура постоянно менялась. В первый час даже разрывы попадались, через которые было видно чёрный океан. Потом облачность стала плотной. К третьему часу полёта небо начало светлеть на востоке. Звёзды потускнели, а северное сияние осталось позади.

— Сколько мы уже летим? — Прервал молчание Степан.

— Три часа. — Я сверился с часами на приборной панели. — Через полчаса поворачиваем. Как раз будем над Фолклендами пролетать.

— Приземляться будем?

— Нет. На этих широтах внизу наверняка ураган или сильный ветер. Не вижу смысла рисковать. Первая посадка у нас предусмотрена в Африке. Там тоже без сложностей не обойдётся. — Я изогнулся и глянул на Степана. — Еда переварилась?

— Далась тебе эта еда. — Хмыкнул он. — Просто скучно, а спать не получается из-за болтанки. Словно не по воздуху летим, а на телеге по ухабам несёмся.

— Воздух он тоже разный бывает. — Заметил я, принимая прежнее положение.

— Иван, а ты меня графом в шутку назвал?

— Надо же. Я думал, ты мимо ушей титулование пропустил. — Улыбнулся я. — Нет, не в шутку. По закону титул графа даётся за особые заслуги перед отечеством. Заслуг почти хватает, а зная тебя, уверен, что ты ещё не раз оправдаешь свой титул.

— А в России я тоже буду считаться графом или только у тебя в княжестве?

— Этот вопрос мы как-то упустили из виду. — Припомнил я документы, которые подписывал. — Но не переживай. Заключим ещё одно соглашение, или император отдельным указом подтвердит твоё право на титул. Никуда он не денется.

* * *

Баронесса фон дер Рекке, выглядела рассерженной, но внутри ликовала. Ей удалось выкрутиться, отвечая на вопросы перед конструктом правды. Оставалось надеяться, что награда Татьяны будет соответствовать риску и затраченным деньгам. Раньше она не была жадной и частенько помогала баронессе по мелочам. Именно поэтому фон дер Рекке решилась пойти на эту авантюру. Не в благодарность за прошлую помощь Татьяны, а в надежде хорошо заработать на своей.

Подниматься в гору пришлось пешком. Сазонов не разрешил воспользоваться автомобилем и своего не дал. Наверняка мелко мстил за её вредность.

Позади баронессы шёл один из людей Сазонова и нёс её сумки с самыми необходимыми для девушки вещами. Из вредности баронесса устроила забег по лестнице, лишь пару раз остановившись передохнуть. Она следила за собой и регулярно занималась спортом. Это было дешевле, чем оплачивать услуги лекаря.

На верху её уже ждали.

Майор внимательно следил за прибывшей девицей. Сейчас он жалел об отключившемся даре. Инстинкт подсказывал, что от этой гостьи будет очень много проблем, но в чём они будут выражаться, увидеть не мог. К сожалению, он получил прямой приказ пропустить гостью.

— Я могу увидеть Татьяну? — Прямо спросила баронесса, стараясь не показывать беспокойство, внезапно возникшее под пристальным взглядом этого человека.

— Можете. — Словно приняв важное решение, майор добавил. — Запомни, девочка, если ты станешь источником проблем для князя или Татьяны, я тебя лично придушу.

— Что вы себе позволяете⁈ — Возмутилась девушка. — Не смей мне угрожать, холоп. Веди меня к Татьяне!

— Следуйте вон к той палатке. — Майор снова стал вежливым. — Верни вещи баронессе. Дальше она сама справится. — Приказал он сотруднику Сазонова.

Недовольная девушка подхватила сумки и пошла в указанном направлении.

— Не нравится она мне. — Пробормотал майор. Он достал переговорник и, дождавшись ответа, начал говорить: — Мэнни, всё бросай и едь сюда. Нет. Предсказывание не проснулось, но всем нутром чую, что грядёт большая неприятность. Не задерживайся.

* * *

— Давай перекусим? — Предложил Степан. — Скучно.

— Никогда не воспринимал еду как весёлое занятие. — Хмыкнул я. — Тебя в детстве не учили, что играть с едой нехорошо?

— У меня в детстве любая еда была радостным событием. — Мрачно ответил Степан. — Я, наверное, большую часть денег отдам на благотворительность. Пусть хотя бы сотня пацанов выживут с моей помощью. Всё равно не представляю, куда деньги тратить.

— Это будет глупо.

— Потратить деньги на таких, как я? Пусть лучше сдохнут?

— Ты собрался лечить симптом, когда надо лечить болезнь. Дети не должны жить на улице. Теперь ты граф. У тебя намного больше возможностей, чем просто раздать деньги, большую часть которых разворуют.

— Ещё бы знать, что делать с этими возможностями.

— У тебя голова большая. Думай. Там же не сплошная кость? Как граф ты можешь напрямую обратиться к императору. Но он тоже не волшебник. Абстрактные желания вроде пристрой всех детей в семьи, он выполнить не может. Нужно чётко проработанный закон. К тому же стоит учесть, что ребёнок, хотя бы год, проживший на улице, долго в семье не проживёт. Снова сбежит.

— Откуда ты знаешь? Да у нас мечта у каждого была, что в один прекрасный день найдётся богатый родственник, который заберёт жить к себе.

— Вот видишь. Именно богатый заберёт. Причём туда, где действуют строгие правила даже внутри семьи. Богатство — это не вседозволенность. Ты должен это понимать. А детям нужна именно она. Точнее, дети её хотят. На самом деле им нужна строгая дисциплина и почти насильное вбивание знаний.

— Мало кто добровольно согласится на такие условия. Даже регулярная кормёжка их не удержит. Нужен другой путь.

— Ищи. Я ведь не утверждаю, что моё предложение единственно верное. Как раз я больше чем уверен, что ошибаюсь, начав так же как и ты лечить симптомы простыми методами. Но, чтобы мы не придумали, всегда будет стоять вопрос учителей и преподавателей. Кстати, чувствуешь разницу между этими словами?

— Не особо. Оба учат.

— Не совсем так. Учитель прежде всего учит учиться, а преподаватель преподаёт предмет, который ученик учит сам. Если первый не научит, то второй и подавно не сможет передать свои знания. Я это к чему говорю? Учителей, хороших, надо сначала