Родина юности
현희균
청춘의 고향
ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА
Хён Хыгюн — современный прозаик Корейской Народно-Демократической Республики. Автор нескольких рассказов: «Во имя того дня». «Мы так победили» (1958), «Утренняя заря», «Хорошо в Чхансоне», «Высота», «Эхо», «Ветер», написанных в шестидесятые годы. Из самых последних можно отметить рассказы «Весла» (1966), «Дорога» (1968); известен как очеркист, автор путевых заметок «Изменения, происшедшие на берегу реки Амноккан» (1964) и романа «Родина юности». Писатель остро чувствует проблемы, стоящие перед страной на каждом этапе ее развития, и откликается на них своим творчеством. Так, в первых его произведениях показана разруха, принесенная войной (1950—1953 гг.), горе вдов и сирот, трагедия семей, оставшихся по разные стороны линии фронта. Последующие произведения посвящены восстановлению народного хозяйства. Свою главную задачу автор видит в создании образа современного трудового человека. Роман «Родина юности» вышел в свет в 1966 г. Это первое крупное произведение Хён Хыгюна. Роман посвящен молодому поколению строителей социализма, приехавших со всех концов страны на молодежную стройку; он наглядно знакомит читателя с жизнью современной Корейской Народно-Демократической Республики, показывает пути ее развития, думы, чаяния, дела ее молодого поколения — юного хозяина страны.
ГЛАВА 1
На равнине еще разгар знойного лета, а здесь, в глубоком ущелье, затерявшемся среди горных хребтов Нанрим, осень вступила в свои права.
На отвесных, словно отполированных скалах то тут, то там притулились высокие деревья, уже одетые в осенний наряд. От стремительно бегущей реки Чанджиган веет холодным дыханием. По обоим ее берегам разбросаны домики: контора, бараки для жилья — это вырос поселок рабочих, строящих гидроэлектростанцию. Около каждого домика громоздятся горы строительного материала — штабеля бревен, огромные мотки металлической проволоки.
Кан Тхэхо стоял на обрывистом берегу, любуясь величественной панорамой гор. Вылинявшая зеленая гимнастерка со следами погон на плечах, обгоревшее под лучами солнца лицо говорили о том, что ему знакомы тяготы походной жизни и тяжелый физический труд. Во всем его облике чувствовалась военная выправка. Тхэхо смотрел на уходящие ввысь горные хребты.
Он был зачарован красотой открывшегося перед ним пейзажа, но в то же время чувствовал какую-то суровость и жестокость, таящиеся в нем. Мрачный вид гор и скал с беспорядочно разбросанными деревьями ассоциировался у Тхэхо с дикими зверями, готовыми вот-вот сорваться с места. На обнаженные скалы, как ширма отгораживающие ущелье с востока, падали лучи заходящего солнца, и от этого панорама гор казалась еще величественнее. Будь это нагромождение гор творением чьих-то рук, естественно было бы предположить, что их создание явилось результатом скверного настроения или дурного характера ее «творца». Тхэхо испытывал чувство необъяснимого страха и волнения, словно только что обнаружил неведомую для себя страну.
Полгода назад сюда, на самую высокую точку севера страны, где на склонах гор Нанрим, как бы споря друг с другом, тянутся к небу вершины деревьев, по призыву партии устремилась молодежь. Будущие строители гидроэлектростанции продолжают прибывать и сейчас. Несмотря на трудности, с которыми приходится сталкиваться ежедневно, на стройке царит атмосфера жизнерадостной деятельности и неиссякаемого юношеского задора. Об этом и размышлял сейчас Тхэхо, глядя на стройку. И чем внимательнее рассматривал, тем больше обнаруживал в ней что-то незнакомое и значительное. Предчувствие подсказывало, что в будущем его ждет полнокровная жизнь с ежедневной напряженной работой и множеством интересных событий.
Где-то недалеко зашуршал гравий. Тхэхо посмотрел вниз, туда, откуда доносился шум. На берегу реки около подъемного крана сновали грузовые автомашины. Наверх, тяжело дыша, поднималась девушка с красной косынкой на шее. В руках у нее была бутылка с водой. На какое-то время их взгляды встретились. Девушка смутилась, отвела взгляд и быстро прошла мимо Тхэхо. Затем обернулась, еще раз посмотрела на него и пошла к конторе.
Лицо девушки показалось Тхэхо знакомым, но он не мог вспомнить, где ее видел. Тхэхо стал спускаться вниз, увлекая за собой поток мелких камней. Почти у самого берега реки он увидел неглубокий колодец, по-хозяйски красиво обложенный небольшими камешками. Через белый песок редкими толчками пробивалась со дна родниковая вода. Тхэхо догадался: та девушка, которую он только что встретил, приходила сюда за водой. У самого колодца расцвел багульник, его ветки с чуть подрагивающими от слабого ветерка лепестками свисали над водой. Рядом на четырехугольном камне лежала фарфоровая чашка с ручкой. Тхэхо зачерпнул полную чашку и выпил. От ледяной воды заломило зубы. Он наклонился, чтобы положить чашку на место, и вдруг услышал:
— Товарищ Тхэхо! Вы слышите, товарищ Тхэхо!
Обернувшись, он увидел девушку, с которой недавно встретился наверху. Подбежав к Тхэхо, она схватила его за руки.
— Вы дядя Тхэхо? Верно я говорю? Я вас не узнала и… — Девушка запнулась, ее прекрасное юное лицо покрылось румянцем. Очевидно, опа сама испугалась неожиданно вырвавшегося слова «дядя». — Это я, Боннё! Неужели не узнаете меня?
— Боннё?
Тхэхо, не скрывая удивления, внимательно рассматривал девушку. Невысокого роста, крепкая, черные глаза, чуть вздернутый маленький нос… «Где же я видел ее?.. Неужели это та самая Боннё?» Он еще раз пристально взглянул на девушку и сразу вспомнил.
…Это было в тот год, когда окончилась война[1]. Осенью часть, в которой служил Тхэхо, помогала восстанавливать один из разрушенных во время войны заводов. Дочь старого литейщика — тогда Боннё училась в третьем классе начальной средней школы[2] — по вечерам вместе с подругами помогала выпускать стенгазету «Молния». Не было дня, чтобы ее не видели на заводе. Она знала всех, и ее все знали. Именно благодаря Боннё любое заводское событие немедленно освещалось в стенгазете. Боннё сама писала заметки и не раз они были посвящены Тхэхо и его самоотверженной работе. Потом их часть перевели в другое место. Два года назад Тхэхо демобилизовался, после чего работал на строительство электростанции «С». Пять лет они не виделись и вот сегодня неожиданно встретились. Оба очень обрадовались.
— Странно, что мы не узнали друг друга сразу. Да… Я вспомнила вас только тогда, когда в конторе увидела ваше направление, — сказала Боннё и смущенно улыбнулась.
Тхэхо только что приехал на стройку с направлением на центральный участок. Его встретил бухгалтер, проводил в контору, но там никого не оказалось, и тогда, оставив свое назначение на столе учетчика, Тхэхо пошел к реке.
— Боннё, я никак не ожидал встретить тебя здесь! Ты так изменилась за это время, тебя просто не узнать! — радостно воскликнул Тхэхо.
— Вы тоже
