ведьму! А твой отец… Это он должен был править! И подчинить всех воинов цзянху, собрать их на битву! А вместо этого его вышвырнули, как мусор! Мы живём в проклятом мире из-за семьи У и жадности клана Шэ! Но с Шэ покончено, так что остался лишь один враг! Нам нельзя быть мягкотелыми!
Цзян Сюэлян смотрел на него с интересом.
– Ученик Ван Сиюя до мозга костей такой же безумец… Что ж, если нынешний император – один из принцев, братьев Цзиньюаня, я легко тебе помогу. Годами я жил при дворе, и знаю их всех. Только… помоги старшему брату встать.
* * *
Пока они шли по коридорам, Цзян Сюэлян спросил, медленно шаркая, словно старик.
– Цзян Сюэцина… нашли?
Ван Фэй покачал головой.
Цзян Сюэлян глубоко вздохнул.
– Я так и думал. Что ж… по крайней мере, брат в покое и безопасности…
Он заслонился рукой от яркого света, зашипел сквозь зубы.
Ван Фэй, щурясь, прошёл вперёд, отвязал от коновязи мирно хрустящего яблоком осла.
– Прошу, старший брат, садись.
Цзян Сюэлян прошаркал к ослику, но всё не мог забраться в седло. Пришлось взять его на руки и усадить.
– И куда же мы едем, младший брат? – с лёгкой улыбкой спросил он, склонившись и дожидаясь, пока Ван Фэй пристроит ему на голову свою плетёную шляпу.
– В Сяньду, Новую столицу. На испытания придворных музыкантов. Нам ведь нужно попасть во дворец, так?
Ван Фэй поправил гуцинь на спине, взял осла за повод и, насвистывая, пошёл к Восточным воротам.
Сноски
1
Ли Бо «Навещаю отшельника на горе Дайтянь, но не застаю его» («Собаки лают и шумит вода…»). Перевод Гитович А. И.
2
Сыма Сянжу (179–117 до н. э.), ханьский государственный деятель и поэт. Считается изобретателем жанра тяоцинь – чтением стихов под гуцинь.