Только с тобой. Антифанатка - Анна Джейн

И сразу же заметила на дороге неподалеку парочку — высокого парня в кепке и длинноволосую девушку в светлом свободном платье в стиле бохо. Я сразу поняла, что они выясняют отношения, но решила, что это совершенно не мое дело. Однако чем ближе я подходила, тем больше понимала — что-то не так. Этот парень слишком странный… И такое чувство, что я знаю его.

Я поняла, кто он такой, когда до них оставалось метров пять.

Кезон.

Антон.

Сволочь, из-за которой разрушилась моя жизнь.

Вот кто это был!

Откуда он только взялся здесь? Что забыл? Боже, Кезон не улетел с «Лордами» в другой город. Он стоял перед девушкой в светлом платье и говорил такое, от чего мне хотелось злорадно хохотать в голос.

— …Я хотел просто увидеть тебя еще раз и понять, простила ли ты меня за то, что я сделал, — сказал он, глядя на брюнетку жалким взглядом. То, что она нравилась ему, было понятно даже идиоту. Он сох по этой девушке. Он обидел ее. И она, наверное, не знала, прощать его или нет.

— Ты серьезно? Ты сбежал с гастролей, чтобы понять… это? — тихо спросила она, и я точно поняла, что это он, Кезон. И эта девушка знает, кто он такой.

На его лице промелькнула растерянность, которая меня порадовала.

— Да. Ты ведь не простила меня? Катя. Мне жаль, что так вышло. Правда, жаль. Я чувствую себя уродом. Вспоминаю о том, что сделал, и мне не по себе становится. Я не такой ужасный, как ты думаешь.

Такой, такой, Катя! Он именно такой! И, кажется, девушка была согласна со мной. Она попыталась слиться.

— Я ничего не думаю. Можно, я уйду? Пожалуйста, давай прекратим это? Ради всего того, что между нами было. Хорошо?

Я мысленно поаплодировала ей. Так его, скотину, так! Пусть мучается!

— Прости меня, хорошо? Прости. Мне жаль, что я так поступил. Я люблю тебя до сих пор.

Я чуть не заорала в голос от этих слов. Этот неадекватный придурок был влюблен в эту девушку, но, видимо, сильно обидел ее. И она не собирается его прощать. Хотя… вдруг простит? Он все-таки не редька с огорода бабы Гали, а известный музыкант. Вдруг Катя возьмет его и простит?

Шестеренки в моей голове заработали с невероятной скоростью. Сейчас эта Катя простит его, и у них снова будет все хорошо. Тогда Кезончик будет доволен и счастлив, и у него все будет хорошо… Но это несправедливо после того, что он сделал со мной! Он должен понести заслуженное наказание!

Я решила стать богиней возмездия. И моментально придумала план — нехитрый, но действенный.

— Антон, вот ты где! А я тебя обыскалась, малыш! — закричала я, не узнавая собственный голос. А после безрассудно кинулась в объятия Кезона. Обвила шею руками и впилась губами в его губы. Пусть Катя видит, что у него есть другая. И не прощает его.

Пусть он тоже страдает!

Я хотела отомстить — всей душой хотела! — но поняла, что не чувствую ног, когда держусь за его плечи и целую, встав на носочки, как школьница.

Он ответил мне. Приоткрыл рот и завладел инициативой. Клянусь, я обалдела от такого и действительно чуть не упала, но, слава богу, это длилось пару секунд, не дольше. После он вырвался из моих объятий и ошалело перевел взгляд с моего лица на лицо своей подружки. Она улыбалась. Черт возьми, она улыбалась, а не злилась из-за того, что ее парня целует какая-то непонятная рыжая девица!

Если бы кто-то поцеловал моего парня у меня на глазах, я бы оттаскала нахалку за волосы. А потом воспользовалась бы методом доброй бабушки Глаши — только вместо мешка с картошкой схватила бы палку с земли.

— Любимый, я так по тебе скучаю, — продолжила я игру. Может быть, эта Катя какой-то тормоз? И еще не поняла, что произошло?

— Какой я тебе любимый? — уставился на меня с яростью Кезон. — Ты вообще откуда здесь взялась?! Какого дьявола, а?!

— Антон, не кричи на меня так, — покачала я головой. — Ты же сказал подождать в машине, а мне там скучно сидеть… А ты кто? — спросила я у девушки.

— Да так, в общем-то, никто, — вынуждена была ответить она. — А ты?

— Катя, — протянула я ей руку и кивнула на Кезона, который, кажется, вот-вот должен был взорваться. — Девушка Антона. Вернее, невеста. — И я погладила свой живот.

У Кати, которая пожала мне руку в ответ, округлились глаза.

— Она от тебя беременна? — спросила она потрясенно. Да, да, наконец-то хоть какая-то реакция!

— Что ты творишь? — злобно зашипел Кезон, которому я обломала всю малину. Так сказать, с корнями вырвала.

— А что я творю, Антош? — промурлыкала я. — Кстати, ты меня когда в гинекологию отвезешь — УЗИ надо сделать… Надеюсь, у нас будет мальчик, — доверительно сообщила я Кате. — Назову в честь папочки. Антон Антонович. Звучит, да? Слушай, а ты его бывшая, что ли? Антоша часто мне про бывшую говорил, которую тоже Катей звали. Рассказывал, что она ему изменила, и теперь он страдает. Но я его успокоила. Чисто по-женски так.

Я вела себя нагло — у меня даже голос наглый был. И я надеялась, что Катя взбеленится. Однако она почему-то лишь улыбнулась уголками губ.

— Я все понимаю, но это понять не в силах, — раздался позади нас спокойный мужской голос. Глубокий и холодный. Я обернулась — к нам неслышно подошел широкоплечий молодой человек со светлыми волосами и высокомерными серыми глазами. Этакий ледяной принц.

— И этот здесь, — улыбнулся Кезон. Да так, что у меня от его фальшивой злой улыбки, которая напоминала оскал, мурашки побежали по рукам.

Обстановка мгновенно накалилась. Между этими двумя явно были какие-то недомолвки.

— И этот, — любезно подтвердил блондин и по-хозяйски обнял Катю. Так обычно парни обнимают своих девушек — словно давая понять всему миру, что она принадлежит только ему. Видимо, подружка Кезона предпочла ему другого. Понятно, почему он так бесится. Аж в лице своем смазливом переменился. Что ж, не все любят суперзвезд.

— Катя и Антон, значит, да? — спросил ледяной принц.

— Да, именно, — подтвердила я зачем-то и положила Кезону руку на грудь, словно хотела вырвать его сердце. А