Осколки наших разбитых сердец - Daria Tetslova
На кухне было жарко. Отец уже усадил Ладу за стол, а мама принялась хлопотать у плиты.
— Садись, Олеся. Сейчас чаю налью.
Она заварила чай, щедро засыпав в заварник облепиху, и между делом, как бы невзначай, уточнила:
— Ладу на все выходные привезла?
— Да. Завтра утром уеду в город. Дела есть.
— Дела, значит, — многозначительно повторила она и как-то странно покосилась на меня. — Ну, дела – это хорошо. Главное, чтобы на пользу.
Отец тем временем уже сосредоточенно чистил Ладе яблоко.
Мама тут же всплеснула руками:
— Костя! Какое яблоко? Ребенка кормить надо, а ты со своими фруктами.
— Лада сытая, — подала я голос.
— А для кого я весь день манты лепила?! — тут же возмутилась мама.
— Завтра начнете откармливать, — я усмехнулась и кивнула на дочь. — Сейчас ей уже ничего не нужно.
Лада, так и не дождавшись яблока, уютно пристроилась на дедушкином плече. Её голова смешно свесилась, и на светлой футболке отца уже расплывалось маленькое влажное пятно.
Отец замер и осторожно отложил нож на край стола. Только сейчас он заметил, что внучка уже вовсю спит.
— Отнесу, — прошептал он.
Он бережно подхватил её и, стараясь не разбудить, понес на второй этаж.
На следующий день, рано утром, пока все еще спали, я выехала обратно в город. Пока машина катилась по пустой трассе, я переписывалась с девчонками в нашем общем чате.
Алина делилась переживаниями по поводу сестры. Странное поведение Алёны не давало ей покоя. Она была уверена, что у той случились какие-то неприятности, которыми она ни с кем не хочет делиться. Алина из-за этого места себе не находила.
Ну а мы с Леной старались успокоить подругу и списывали всё на гормоны. Алина сейчас стала слишком эмоциональной, мнительной и чуткой, вот и видела подвох там, где его, скорее всего, не было.
У Лены тоже было неспокойно. Она всё воевала с Власовым, помогая ему с ребёнком. В этих их бесконечных баталиях никто не хотел уступать, и споры вспыхивали по любому поводу.
А у меня всё наконец-то начало выравниваться. На душе было спокойно и легко, будто я сбросила лишний груз и наконец-то задышала в полную силу.
Уже дома, собираясь на свидание с Гуляевым, я поймала себя на том, что волнуюсь, как девчонка.
Появилось то самое забытое чувство, будто мне снова восемнадцать и меня позвал гулять парень, который мне очень нравится.
Именно так всё и было шесть лет назад. Тогда я, ослепленная любовью сопливая девчонка, не замечала ничего вокруг. Так же, как сейчас, стояла у зеркала и мучилась выбором, какое платье надеть.
Но если тогда мы просто горели страстью и по неопытности быстро выгорели, столкнувшись с недоверием и обманами, то теперь всё иначе.
Сейчас я уже не отключала голову.
Пришло понимание, что нельзя снова бросаться в омут с головой так же неосмотрительно, как раньше.
Ведь отношения – это не только про безудержную страсть и любовь, но и про доверие, уважение, умение говорить и слышать.
Именно доверие – самый прочный фундамент, без которого ничего не получится.
Можно бесконечно спорить из-за бытовых мелочей, но никогда – из-за ревности, потому что когда партнеры по-настоящему верят друг другу, для подозрений просто не остается места.
Я докрашивала губы, когда телефон на столике коротко завибрировал.
«Подъехал. Выходи, как будешь готова».
Я бросила последний взгляд в зеркало, поправила платье и вышла.
Когда дверь подъезда открылась, Игорь стоял у машины, прислонившись к дверце.
Увидев меня, он замер, и в его глазах вспыхнуло всё то же открытое восхищение, что и раньше.
Он шагнул навстречу, сокращая расстояние до минимума, и, не давая мне сказать ни слова, притянул к себе.
Его ладони по-хозяйски легли на талию, прижимая меня почти вплотную.
Поцелуй был жадным и глубоким, от него перехватило дыхание, а внизу живота привычно потянуло.
Игорь целовал меня так, будто голодал все эти годы, и я отвечала ему с той же силой, чувствуя, как кружится голова.
Когда он наконец отстранился, его дыхание было сбитым, а взгляд – потемневшим.
— Прости, не удержался, — хрипло произнес он, всё еще не разжимая объятий. — Ты сегодня просто невероятная.
Я улыбнулась, стараясь выровнять дыхание.
Он открыл дверь, помогая мне сесть в салон, и вскоре мы уже выруливали со двора.
Я не спрашивала, куда мы едем, пока не увидела впереди знакомые огни аттракционов.
Игорь привез меня в парк развлечений – именно сюда, где шесть лет назад было наше первое свидание.
Мы медленно шли сквозь толпу. Игорь крепко держал меня за руку, сплетая свои пальцы с моими.
Когда он вдруг уверенно потянул меня в сторону огромного колеса обозрения, я удивленно остановилась.
— Игорь, ты серьезно?
— Идем, Олеся, — он лишь мягко улыбнулся и увлек меня за собой в кабинку.
Мы начали медленно подниматься. Шум парка внизу затихал, уступая место тишине.
Я смотрела на россыпь огней внизу, но чувствовала на себе его пристальный взгляд.
— Почему ты привез меня именно сюда? — тихо спросила я, повернувшись к нему.
Игорь не ответил сразу. Он ненадолго замолчал, глядя на сияющий горизонт города. Тишина затянулась, становясь очень личной, почти интимной.
Наконец он повернулся, перехватил мои ладони и стал медленно поглаживать их большими пальцами. Было видно, что этим жестом он пытается успокоить и меня, и самого себя.
— Я люблю тебя, Олесь. На самом деле никогда и не переставал, — серьезно произнес он, глядя мне прямо в глаза. — Хочу, чтобы сегодня здесь мы высказали друг другу всё. Оставили в этой кабинке все обиды и недосказанности, которые накопились. Я хочу начать с чистого листа, без оглядки на прошлое. Хочу, чтобы мы просто планировали наше будущее, где будем только я, ты и Влада.
— Я тоже хочу оставить позади все обиды, — ответила я, судорожно вздохнув от переполняющих меня эмоций. — Я боялась, что ты поймешь, что для тебя это слишком большая ответственность. Не хотела, чтобы ты разбил ей сердце. Я ведь знала, как она мечтала о папе, и я переживала, насколько тебя хватит в этой роли… Боялась, что в какой-то момент ты просто устанешь от обязательств
Гуляев сидел напротив, не выпуская моих подрагивающих рук. Он внимательно слушал, не перебивая, давая мне
