Его фанатка - Анна Джейн
— Да, я знаю. В одночасье я стал злодеем номер один, — улыбнулся Фил. — И это было для меня шоком. Я прилетел из Питера в родной город, когда мне позвонил брат и сказал, что Крис опубликовала видео, в котором призналась, что я якобы бил её. Я не поехал домой и не поехал к родителям — кстати, и там, и там уже были журналисты, а направился в отель. И почти сутки просидел там. Мне казалось, что на голову рухнуло небо. Поэтому какое-то время никак не реагировал на её видео. Потом взял себя в руки — спасибо близким людям, которые оказались в этот момент рядом со мной. И решил действовать. Я не хочу, чтобы моё имя было запачкано чужой грязью. Мне нечего стыдиться.
— А того, что вы соврали всем, что пара, не стыдишься? — прищурился ведущий. Фил коротко рассмеялся.
— Ладно, кроме этого — нечего.
— То есть, ты обвиняешь Кристину, что она оболгала тебя?
— Да, верно. Мы уже подали в суд. Но я не был намерен сидеть и ждать решения суда, поэтому сейчас нахожусь у тебя в студии. И говорю тебе то, чего никогда никому не говорил.
— Я ценю это, дружище, честно, — кивнул ведущий. — Ты смелый парень. Если честно, я о тебе вообще мало что знал до этого скандала. Рок я особо не люблю — знаю пару ваших песен, знаю, что вы крутая группа и совершили прорыв на запад, но на этом всё. А теперь я вижу тебя как личность. И я рад, что именно мне ты рассказываешь то, что не говорил никому. Кстати, в твоём окружении есть наркоманы?
— Было несколько человек, — ответил Фил.
— Помогал?
— Пытался. Одному помог. Он прошёл ту же программу реабилитации, что и я.
— А остальным?
— Им не нужна была помощь. Я ничего не мог сделать. Они этого не хотели, — со вздохом ответил музыкант.
— А вообще можешь сказать, что ты — филантроп? — прищурился ведущий.
— Не знаю. Сложно говорить об этом. Да и к чему? — пожал плечами Фил.
Ведущий уставился в камеру, подняв указательный палец.
— Вы сейчас скажете, что это проплачено, но нет. Мы узнали обо всём сами. Этот человек, который сидит передо мной, на протяжении нескольких лет помогает благотворительному детскому фонду. Не буду озвучивать суммы, но могу сказать, что они приличные. При этом он не афиширует свою помощь детям, и я по своему опыту могу сказать, что так поступают те, кто действительно хочет помочь тем, кому эта помощь нужна. Кстати, руководство фонда обещало, что расскажет о благотворительности Фила в своих социальных сетях. Потому что он реально спасал детям жизни. — Ведущий сделал паузу. — Это вызывает уважение. А ещё — вопросы. Точно ли человек, который бескорыстно помогает больным детям, способен поднимать руку на женщин? Повторюсь — это не пиар. Эту инфу нам никто не предоставлял. Менеджер «На краю», который связался со мной для того, чтобы организовать интервью, видимо, и сам ничего не знает. Верно?
— Верно, — вздохнул Фил.
— Мы всё раскопали сами, — заявил ведущий, довольный ошарашенным взглядом своего гостя.
— Да блин, зачем? — потёр лоб Фил. Было видно, что ему неловко. — Зачем ты вообще об этом говоришь?
— Потому что ты об этом молчишь, когда из тебя делают чудовище. Ну и моё журналистское нутро довольно, что мы об этом узнали, — усмехнулся ведущий. — Ты не думай, если бы мы узнали, что ты бухой гоняешь по улицам на тачке, я бы об этом тоже сказал. Мы вообще сенсации любим. Особенно когда эти сенсации у нас в студии. Кстати, ещё одна возможная сенсация. Мы сняли небольшое интервью. Давай вместе посмотрим.
Следующая видеовставка была не с Филом, а с популярной девушкой-блогером Линой Лебедевой. Она рассказывала о косметике, изредка — о путешествиях и спорте, а в последнее время стала углубляться в современные духовные практики и общаться с правозащитниками, некоторые идеи которых активно поддерживала и продвигала.
Лина сидела в своей квартире — на фоне светлой стены, украшенной гирляндой и панно. Её красивое лицо было сосредоточенным, руки лежали на коленях.
— Я познакомилась со Скорп года два назад — мы из одного агентства и, можно сказать, вместе начинали. Часто пересекались на тусовках, общались, сделали коллаборацию. Наше общение сделалось довольно близким, и я состояла в чате со Скорп и её подружками. Мы общались там и делились планами, мыслями, в общем, всем наболевшим, как говорится. Скорп делала это чаще остальных. Мне иногда казалось, что этот чатик — её королевство, и её все должны поддерживать. Я в курсе многих её дел. Меня могут осудить, сказать, что я поступаю неправильно по отношению к подруге, пусть и бывшей, но, видя, как пытаются травить Фила, я не могу молчать. Считаю, что это нечестно. — Лина выдохнула, словно собираясь с силами, но в глазах промелькнуло что-то злорадное. — Я уверена, что Скорп оболгала Фила. Придумала эту историю с нуля, чтобы банально устроить много шума вокруг своей персоны.
— Почему ты так решила? — раздался за кадром голос ведущего.
— Чат. Скорп всё писала в чат. Всё — начиная с того, что мечтала найти себе популярного парня, чтобы стать известной за его счёт. До того, как придумала план, как обмануть Фила.
Лина подробно рассказывала обо всём, и изредка её прерывал ведущий, чтобы задать тот или иной вопрос.
— А доказательства у тебя есть? — спросил он в конце.
— Мои доказательства — это мои слова. К сожалению, на прошлой неделе у меня украли телефон, — поморщилась Лина. — Когда я восстановила сим-карту, оказалось, что я не вижу переписки.
— А скрины? Ты их не сохранила?
— Да я их и не делала, — улыбнулась Лина. — Не думала, что они могут мне понадобиться. Мы там все делились своими тайнами.
— Значит, ты думаешь, шумиха вокруг Фила — подстава?
— Я в этом уверена. И я считаю, что это ужасно. Насилие над психикой человека ничем не лучше физического насилия, поверьте.
Вставка с Линой завершилась. На экране вновь появились Фил и ведущий. Они снова разговаривали обо всей этой ситуации, о том, что чувствует Фил
