Товарищ Чили - Аркадий Яковлевич Сахнин

заряжали и разряжали их. От этого лязга можно было сойти с ума. Мы думали, что нас всех сейчас расстреляют. Допросы продолжались всю ночь». Подобные свидетельства очевидцев самых различных мировоззрений были опубликованы в десятках стран.

Хунта официально объявила, будто на столичном стадионе заключено семь тысяч человек. Однако все, кому удалось выбраться оттуда, свидетельствовали, что там было не менее пятнадцати тысяч обреченных. Они содержались в ужасающих условиях, почти без пищи. Часть из них находилась на скамьях стадиона за проволочной решеткой, под направленными на них стволами пулеметов и автоматов, остальными были забиты подсобные помещения и раздевалки под трибунами. Многих заставляли стоять на коленях, их били по ногам, а малейшего подозрения в неповиновении было достаточно для расстрела на месте на глазах у всех. Из глубин спортивных сооружений доносились крики пытаемых и выстрелы.

Здесь, на крупнейшем стадионе столицы, которым гордились чилийцы, где шли крупнейшие футбольные и другие соревнования, было совершено чудовищное по своему зверству убийство Виктора Хара. Поэт, композитор, певец, не расстававшийся со своей гитарой, он был любимцем молодежи и трудового люда Чили. Его песни звучали по всей стране. Виктор Хара не бросил гитары, когда его схватили и загнали на стадион. Конечно же, видя кошмар, творившийся там, он хорошо понимал, чем это может кончиться, если он начнет петь. И коммунист Виктор Хара ударил по струнам и запел революционную песню. Ее подхватили заключенные.

Взбесившийся от ярости офицер приказал отрубить гитаристу руки. И эта инквизиция была совершена. Но теряя силы, ослабевшим голосом Хара продолжал петь. Ему проломили голову и уже мертвого, в «назидание» остальным заключенным, повесили перед трибуной.

Волны кровавого, безудержного террора неслись по всей стране. В те дни французская газета «Монд» писала: «Большинство наблюдателей считает, что этот государственный переворот — один из самых кровавых в Латинской Америке с начала нынешнего столетия».

С упорством маньяков, методично, один за другим военщина оцепляла и прочесывала кварталы городов и населенных пунктов, особенно в рабочих районах, в поисках сторонников Народного единства. Реакционные газеты, сыгравшие немалую роль в том, что хунта захватила власть, систематически печатали фотографии политических и общественных деятелей, за головы которых, как в самые мрачные времена фашизма, хунта сулила огромные «вознаграждения» предателям, готовым выдать за барыш народных вожаков.

Хунте удалось схватить выдающегося борца за рабочее дело, профессионального революционера. Генерального секретаря Коммунистической партии Чили Луиса Корвалана. В 1932 году, когда Луису было шестнадцать лет, он вступил в партию. С тех пор вся его жизнь принадлежала народу. Он героически переносил преследования реакции, аресты, ссылки, концлагеря, пытки, и ничто не могло сломить его воли к борьбе за светлые идеалы своего народа. В годы правления кровавого президента Гонсалеса Видела в глубоком подполье выходила «Эль Сигло» — боевой орган чилийских коммунистов, звавший народ на борьбу. Ее редактором был Корвалан. С 1958 года Луис Корвалан — Генеральный секретарь чилийской компартии. Неоценима его роль в создании Народного единства, в победе блока левых партий на президентских выборах в 1970 году, в осуществлении коренных социально-экономических преобразований за последующие три года.

Кровавая хунта схватила Луиса Корвалана, и сообщение об этом вызвало невиданную бурю протестов, пронесшихся над миром, против готовившейся расправы и остановило занесенный над ним топор палачей.

Трудно предвидеть, что может прийти в голову опьяненной кровью военщине, но в момент, когда писалась эта глава, хунта боялось расправиться с несгибаемым борцом Лючо, как любовно называли его в народе.

Пламенный революционер, бесстрашный коммунист Корвалан и в застенках продолжал борьбу. Оттуда, из глухого каземата на весь мир разнесся его голос: «С помощью военного переворота нельзя остановить борьбу народа... Я люблю свободу, но меня не пугает тюрьма. Совесть моя спокойна, я не боюсь смерти».

Только великая, неистребимая вера в народ, в его правое дело, в его неизбежную победу над силами реакции могли продиктовать ему эти слова. Только великая убежденность коммуниста, подлинно революционная стойкость и непревзойденная воля вселили в него спокойствие перед нависшей над ним угрозой, которое устрашило даже его палачей.

Преступная банда генералов хунты схватила члена Политкомиссии ЦК Компартии Чили Родриго Рохаса, члена ЦК Компартии Паскуаля Барраса, бывшего префекта провинции Сантьяго Хулио Стуардо и других политических деятелей.

Репрессиям подверглись многочисленные иностранные подданные, аккредитованные в Чили, иностранные студенты и специалисты, работавшие там по приглашению правительства. На посольство Кубы «гориллы» совершили вооруженное нападение. Акты произвола и насилия были допущены в отношении учреждений и граждан ряда стран, в том числе и Советского Союза.

В ответ на это СССР, ряд других социалистических стран прервали дипломатические отношения с Чили, где произвол и попирание самых элементарных, общепризнанных норм международного права стали «нормой» для новоявленных правителей. В ходе обсуждения в Совете Безопасности ООН вопроса о кровавых злодеяниях хунты было указано, что своими действиями она бросает вызов всему международному общественному мнению.

Этот вызов возмутил человечество. Волны народного гнева прокатились по всем континентам. Бесчисленные демонстрации протеста трудящихся против кровавого разгула военщины прошли в десятках стран мира. Президенты, парламенты, правительства, государственные и партийные деятели, крупнейшие представители науки и культуры от имени своих народов заклеймили позором организаторов фашистской резни в Чили, выразили горячую поддержку героическому чилийскому народу. Всемирный Совет Мира на внеочередном экстренном заседании принял обращение к правительствам и народам планеты — остановить руку палачей чилийского народа. Возмущенный голос протеста против варварских преступлений хунты прозвучал с трибуны Международной конференции солидарности с народом Чили, состоявшейся в Финляндии, Конференция приняла «Декларацию о немедленном развертывании во всем мире движения солидарности с народом Чили».

В течение нескольких дней это движение приняло громадные размеры. От имени женщин ста десяти стран Международная демократическая федерация женщин заявила решительный протест против разгула фашистского террора в Чили, призвала к созданию международного трибунала для расследования преступлений военной хунты, потребовала немедленного освобождения Луиса Корвалана и всех загнанных в тюрьмы чилийских патриотов.

С подобными призывами выступили профсоюзные, молодежные и все демократические международные организации.

Великое негодование и гнев против чудовищных кровопролитий в Чили, решительные требования освободить Луиса Корвалана выразили все народы Советского Союза. Волна митингов протесте прокатилась из края в край нашей Родины. Еще до ареста Луиса Корвалана чувства советских людей были выражены в Заявлении Центрального Комитета КПСС по поводу военного переворота в Чили. В этом заявлении, в частности, говорилось:

«Свержение правительства