Воплощение Похоти 7. 18+ - Игорь Некрасов
Она открыла окно статуса голема, пробежалась по строчкам — и ничего. Никаких изменений. Никаких новых способностей. Только временно увеличившиеся ХП и физические характеристики.
Я ведь даже позволила ему начать жрать вторую! — пронеслось в её черепушке. — Такой ценный экземпляр… и в пустую.
— Хм, — она постучала пальцем по черепу. — Возможно, процесс ещё не завершён. Или… этого недостаточно?
Голем, не обращая на неё внимания, продолжал чавкать.
Сата вздохнула и развернулась к некромантам, которые всё ещё занимались поднятием нежити.
— Ладно. Изучение нового пока отложим. — она окинула взглядом склеп, забитый телами и костями. — Господин скоро проснётся. Нужно создать для него лучников.
Некроманты, не прерывая работы, молча кивнули, и Сата, вскинув посох, принялась за новую задачу.
Костя.
Костя находился в покоях рабынь — небольшой, но уютной комнатке, которая успела немного преобразиться. Теперь здесь, помимо кровати, стояли пара сундуков для одежды и украшений, а также маленький столик с кувшином вина, которое Костя надыбал при мародёрстве лагеря барона.
В комнате периодически стоял женский плач, смех и разговоры, но сейчас комната была наполнена совсем другими звуками — влажными шлепками, частым дыханием и тихими, сдавленными стонами.
Все три рабыни были с ним. Одна лежала на спине, раскинув ноги, и тяжело дышала — её очередь уже прошла. Вторая сидела у изголовья, приходя в себя. А третья стояла на четвереньках перед Костей, и именно в неё он сейчас вбивался с ритмичностью хорошо отлаженного механизма.
Сам Костя конечно же был в человеческом облике. Тот самый артефакт, который Зразор создал для него, позволял ему принимать эту форму на ограниченное время, и он пользовался каждой минутой. В конце концов, в облике крысы заниматься сексом было… проблематично.
С тех пор как Максим выделил ему это право, Костя наведывался сюда регулярно — иногда раз в день, иногда чаще. Он даже успел это сделать совсем недавно, пока относил в подземелье артефакты для Зразора.
Костя постоянно говорил себе, что это просто способ снять стресс после битв и тренировок. Но если честно, он просто не мог насытиться. После стольких месяцев в уродливом крысином теле возможность снова побыть человеком — и не просто человеком, а мужчиной в постели с женщинами — была для него дороже любых свершений.
И прямо сейчас он отдавался этой возможности полностью. Он двигался резко, быстро, вколачиваясь в рабыню с той же энергией, с какой швырял заклинания во врагов. Его ладони сжимали её бёдра, и кровать скрипела в такт его движениям.
— Ох… — выдохнула рабыня, та, что стояла раком. — Вы такой… ненасытный…
Костя на мгновение сбился с ритма. Он бросил взгляд на свою полоску ХП в углу системного интерфейса — она просела почти на четверть.
Чёрт… а она права, — пронеслось в его голове. — Надо прекращать и передохнуть. Да и вообще… лучше заняться делами. Остальные наверняка уже вовсю работают, а я тут…
Он посмотрел вниз — туда, где его член исчезал внутри рабыни. Она всё так же стояла раком, её спина блестела от пота, и при каждом его движении из её горла вырывался тихий, сдавленный стон.
Ну… ещё разок… — решил он, чувствуя, как желание снова берёт верх над доводами рассудка. — Один разок — и всё. Потом сразу к Зразору.
— Да… да… — прошептал он, ускоряя темп. — Сейчас…
Через пару минут он кончил и, тяжело дыша, остановился. По телу пробежала приятная слабость, и он, выйдя из рабыни, сел на край кровати. Действие артефакта постепенно заканчивалось — он чувствовал, как человеческие черты начинают искажаться, уступая место крысиной морде и серой шерсти.
— Всё, — выдохнул он, и его голос уже звучал с теми самыми присвистывающими нотками, которые выдавали его истинную природу. — На сегодня хватит.
Рабыни, уже привыкшие к его уходам, молча кивнули, и, поднявшись, Костя направился к двери.
Пора к Зразору, — подумал он. — Надеюсь, он там ничего не взорвал. Хотя… кого я обманываю? Наверняка взорвал.
Зразор.
В мастерской Зразора, как обычно, царил творческий хаос.
На его столе, который он с недавних пор сам стал называть верстаком хаоса, громоздились детали: оплавленные кристаллы, ржавые амулеты, сломанные жезлы, обломки доспехов с магическими рунами. Да и, если быть честным, вся его комната была завалена подобным магическим мусором. Куда ни наступишь, там будет лежать обломок чего-то нестабильно опасного.
Сам Изыскатель прямо сейчас трудился над чем-то, зажатым в тисках, и его три глаза были прикованы к работе с маниакальной сосредоточенностью.
— Так-так… — бормотал он, подкручивая какой-то винтик на боку устройства. — Если я соединю этот кристалл с тем стабилизатором… и добавлю капельку маны… то должно получиться… Должно!.. Дол…!
Устройство в тисках зажужжало, затрещало, а затем из него повалил едкий зелёный дым.
Зразор закашлялся, отдёрнул руки и выругался сквозь зубы:
— Да твою ж!.. Опять! — он резко выкрутил устройство из тисков и, не глядя, швырнул его в угол.
Предмет с глухим стуком ударился о стену и тут же начал плавиться, источая тонкие струйки дыма и разбрызгивая во все стороны мелкие искры. Лужица расплавленного металла растеклась по полу и застыла уродливым пятном.
— Ничего… ничего… — Зразор уже забыл о неудаче и снова склонился над верстаком, перебирая новые детали. — В следующий раз получится. Я уверен. Почти уверен. Ну, процентов на сорок…
Дверь скрипнула, и в мастерскую вошла Эля. Она держала в руках небольшой мешок, из которого доносился характерный звон.
— Зразорик! Я принесла тебе ещё хлама, — сказала она, ставя мешок на свободный угол верстака. — Там амулеты, кольца и ещё всякая разная хрень. Всё поломанные, хозяин нормальные вещи ещё не рассортировал.
Зразор, не оборачиваясь, махнул рукой.
— Складывай вон туда, — он ткнул пальцем в сторону груды хлама. — Мне сейчас не до того. Я почти закончил одну хрень, о которой вы мне говорили!
Эля не глядя швырнула мешок в общую кучу — раздался глухой лязг, и сверху посыпались какие-то оплавленные обломки. Затем она, осторожно ступая по полу, двинулась к верстаку.
Она уже давно усвоила простое правило: в мастерской Зразора лучше смотреть под ноги. В прошлый раз она наступила на что-то, что потом целый час не отлипало от ноги и как-то странно покалывало.
Добравшись до верстака,
