Сбежавшая невеста для императора - Алла Хайдарова
Он знал, кто она. Вернее, теперь знал точно.
Но он не сказал ничего.
Он встал. Пошатнулся. Устоял.
— Идём, — сказал он. — Я выведу тебя. Но если увижу патруль, прячься.
— Договорились, — сказала Мика.
Она пошла за ним.
Она не знала, что идёт за императором.
А он знал, что идёт со своей невестой.
И не знал, что ему делать с этим знанием.
Глава 4. Двое против джунглей
Глава 4. Двое против джунглей
Они шли уже второй день.
Джунгли не становились проще. Воздух оставался тяжёлым, влажным, и каждый вдох давался с усилием. Мика давно перестала считать шаги - цифры путались, сбивались, тонули в гуле насекомых и криках невидимых птиц.
Кан шёл впереди. Он двигался бесшумно, несмотря на рану. Ткань на боку пропиталась кровью, но он не жаловался и не замедлялся. Просто шёл. Как будто боль была чем-то привычным.
— Ты всегда такой молчаливый? — спросила Мика, когда они остановились у ручья.
Она опустилась на колени, зачерпнула воду и плеснула на лицо. Холодно. Почти обжигающе.
— Когда нужно выжить, я молчу, — ответил Кан. Он стоял рядом, опершись о дерево. Смотрел вверх, на кроны. — Шум привлекает хищников.
— Значит, если я заговорю, нас съедят?
— Не сразу. Сначала придут посмотреть.
Мика усмехнулась.
— Ты успокаиваешь.
— Я говорю правду.
Она вытерла лицо рукавом и посмотрела на него. Сейчас, при свете двух лун, он выглядел иначе. Мягче. Лицо уставшее, но спокойное. Как у человека, который привык к боли и не даёт ей власти над собой.
— Кто ты на самом деле? — спросила Мика.
Кан повернул голову. Взгляд - серебряный, острый.
— Я сказал. Охотник.
— Охотники не выглядят так, как ты.
— А как выглядят охотники?
— Они не командуют. Даже когда молчат, — Мика поднялась, отряхнула колени. — А ты командуешь. Я вижу.
Кан не ответил. Просто смотрел на неё, и в этом взгляде было что-то, что она не могла прочитать.
— Ты странная, — сказал он наконец. — Другие землянки не задают столько вопросов.
— Другие землянки сидят в клетках и ждут, что их освободят. Я не жду.
— Что ты делаешь?
— Выживаю.
Она подошла к нему ближе. Кивнула на его бок.
— Дай посмотрю.
— Не нужно.
— Я не спрашиваю.
Она протянула руку. Кан не отшатнулся, но и не помог. Просто стоял, пока она отдирала ткань от раны.
Рана была глубокая. Не сочилась, но края воспалились, покраснели. Мика нахмурилась.
— Начинается заражение. Нужно найти что-то антисептическое. Ты знаешь растения?
— Знаю, — сказал Кан. — За ними нужно идти выше по склону.
— Тогда веди.
— Ты не боишься идти со мной?
Мика посмотрела ему в глаза.
— Боюсь. Но я боюсь умереть в этих джунглях одна. Если ты хочешь меня убить, ты бы сделал это в первый день. У тебя было время.
Кан улыбнулся. Криво, почти грустно.
— Умная, — сказал он. — И опасная.
— Спасибо. Это лучший комплимент за последние три дня.
Он развернулся и пошёл вверх по склону. Мика за ним.
* * *
Через час они нашли то, что Кан искал.
Низкий куст с широкими фиолетовыми листьями. Сок внутри был густым, почти маслянистым, пах мятой и чем-то едким.
— Прикладывай к ране, — сказал Кан. — Заживляет. Убивает инфекцию.
— Ты проверял?
— На себе? Много раз.
Мика сорвала несколько листьев. Размяла их пальцами, выдавила сок на рану. Кан шипел сквозь зубы, но не шевелился.
— Как ты выжил в этих джунглях один? — спросила она, работая. — Без медицины. Без запасов.
— Привык.
— К боли?
— К тому, что никто не поможет.
Мика замерла на секунду. Потом продолжила перевязывать.
— Понимаю, — сказала она тихо.
Кан посмотрел на неё.
— Ты тоже привыкла?
— Я привыкла к тому, что если я не справлюсь, сестра умрёт, — она затянула узел. — Это мотивирует.
— Она больна?
— Была. Теперь - нет. Я сделала для этого всё.
Она отступила на шаг. Осмотрела свою работу. Кровь не проступала, повязка держалась.
— Готово, — сказала Мика. — Теперь не геройствуй следующие два дня, ладно?
— Я не геройствую.
— Тогда перестань идти так, будто за тобой гонятся.
Кан усмехнулся. Усмешка вышла хриплой, но в глазах мелькнуло что-то тёплое.
— Ты первая, кто пытается мной командовать.
— Я не командую. Я советую, — Мика улыбнулась. — Если я хочу командовать, я говорю прямо.
— И что ты скажешь мне сейчас?
Она задумалась. Потом указала на ближайшее дерево.
— Сядь. Отдохни. Ты потратил слишком много крови.
Кан хотел возразить, но Мика уже разворачивалась и шла к ручью.
— Я принесу воды, — бросила она через плечо. — Не смей умирать, пока меня нет.
Он смотрел ей в спину. И думал о том, как странно: он император, перед которым трепещут целые кланы. А эта землянка говорит ему «сидеть» и «не умирать».
И он слушается.
* * *
Ночь они провели у ручья.
Кан разжёг костёр - быстро, ловко, без лишних движений. Мика сидела с другой стороны, смотрела на огонь и молчала.
— Расскажи о своей планете, — попросила она. — Я знаю только то, что мне сказали на корабле. А этого мало.
Кан помешал палкой угли.
— Что ты знаешь?
— Что вы - воины. Что у вас кланы. Что женщина - трофей. Что император - жестокий тиран, — Мика подняла глаза. — Это правда?
— Правда, — сказал Кан. — Но не вся.
— Расскажи всю.
Он помолчал. Потом заговорил, глядя в огонь:
— Кха'Тари - планета силы. Здесь выживает тот, кто сильнее. Мы не умеем прощать слабость. Женщины здесь... — он запнулся. — Женщины здесь не выбирают. Их выбирают.
— Как меня.
— Как тебя, — он посмотрел на неё. — Но это не всегда было так. Тысячу лет назад Кха'Тари была другой. Женщины правили наравне с мужчинами. Они были воинами, вождями, лекарями.
— Что случилось?
— Война. Предательство. Кто-то решил, что сила - только в мышцах. А не в уме. Не в духе.
Мика молчала. Он говорил, и голос его звучал тяжело, как будто каждое
