Часовой памяти - Коллектив авторов

времени-то у меня не было совсем. В самом деле: «дело» – «бизнес», приковавший тогда меня к нему его заботами, не терпящими отлагательств, отнимал у меня все силы и всё время до последней склянки[11]. Я жил, как галерный раб, добровольно и даже с радостью устроивший такую свою судьбину. Как умалишённый, не понимающий, что такое рассудок. Будто Маугли[12], вскормленный дикими зверями, прозябающий в нехоженой тайге, не представляющий, что такое человеческая жизнь. Придавшись своему «делу» – истово, без оглядки, взращивая его и лелея – без перерывов и отлучек, я позабыл обо всём на свете: и о своей родне, и о своей молодой семье… Всё своё и самого себя я отдал своему дитю – рукотворному моему детищу – ДЕЛУ.

То наваждение… Впрочем… Впрочем, то уж будет совсем другая история.

Итак, на чём я остановился? Ах, да: не было времени. Так-так!

«Знание – сила». «Многие знания – многие беды». «– Что они хотят? – Чтобы не было богатых. – Странно сие! А мой дед желал, чтобы не было бедных». «Ему покажешь медный грош и делай с ним, что хошь». «Всему своё время». «Каждому своё». «Всяк сверчок знай свой шесток».

До чего же прекрасен русский язык! Как собственная «нравственность», он способен обосновать и даже оправдать собственную же ленивость и лицемерность. Только скажи – хоть себе под нос, хоть во всеуслышание – мол: «нет времени!» или «я так не умею!», а ещё прибавив: «зачем, это не главное в жизни» или «бог даст», «бог простит», – и всё: ты свободен и от обязательств, и от спроса. И главное уже не главное. И дело уже не дело. И память не память. Здорово! А тут и пословицы наши, поговорки, да присказки в помощь и на все случаи жизни, на все состояния души человеческой (а другой-то и не бывает).

Вроде бы всё так и есть. Да! Всё так, да не так. А вернее сказать – совершенно иначе! Крылатая фраза без контекста, в котором она к месту значится, на автомате сказанная, – пустословие, к тому же вредное. А полупословица – так и вообще брехня, вздор, приводящая к оправданию чего угодно: хоть собственной лени, хоть предательства, хоть никчёмности.

Оправдаться перед другими возможно почти всегда: немного усилий и фантазии – и дело в шляпе. Другой вопрос – хорошо ли от этого другим, «нужно» ли им это. И если «нужно», то в какой степени это самое «нужно» им важно. «Оправдание» способно предстать и как «ширма» для человеческой несостоятельности, и как подлинное объяснение причины его же – человека – неспособности или преждевременности какого-либо его действия.

Совсем иное – оправдание перед самим собой! О-о! Тут уж распаханная целина – ври не хочу: урожай-то подлинный не нужен, а «робу пропотевшую» от трудов «праведных» продемонстрируем легко и кому угодно.

Но тут – стоп! Зачем себе-то врать?! Для чего? Праведного, честного внутреннего успокоения, равновесия, удовлетворённости – не случится: волна самообмана отхлынет и вновь обнажатся отнюдь не досужие скалы и косы непременных обязательств и дел, сдюжить с которыми получится лишь тогда, когда разберёшься сам в себе. И, разобравшись, сделаешь то, что обязан, что диктует тебе твоё внутреннее Слово: честно, с душой, без прикрас.

Самооправдание – это грех. Тот грех, что от лжи и лени. А они – ложь и лень – не что иное, как праздность: один из семи грехов смертных. Так в Евангелии сказано.

Однако оправдания себе я нашёл. Причём на любой вкус. А вот «свободного времени» выделить не удосужился. Я провалился в собственные «обоснованные оправдания», закутался, запутался в них… почти на четверть века. Лишь внешние силы с их неизбежными обстоятельствами сумели пробудить меня через потери самых близких и дорогих для меня людей. Цена по счёту, по которому я не рассчитаюсь и до конца своих дней. Как спящая красавица, я открыл глаза, увидев вокруг… не пустоту, но одиночество. Почти – «одиночество». И – множество дорог…

Но это – уже про другие «дороги». Хотя… Хотя путь-то один – познание. Вернее сказать – познавание. И в первую очередь – себя!

Дорогу осилит идущий. Второй шанс

Не избежал я и треволнений, возникавших время от времени: а вдруг окажется, что мои архивные раскопки приведут меня к извлечению на свет ужасного факта о том, что мой дед-солдат – предатель Родины. И такое «допущение» приводило меня то в бешенство, то в замешательство: «Он… Он мой дед! – какая, к чертям собачим, „измена“!»; «А стоит ли ворошить прошлое?». Но в какой-то момент возмутившись таким своим «допущениям», я дал себе зарок: «Нужно искать и во что бы то ни стало найти: я должен знать всё, всё, что было. А там уж – разбирай и понимай сам: что, как и почему!»

К тому же ещё два обстоятельства скрепили меня.

Время от времени – между «делом» – возобновляя вялые «поиски», я узнал, что мой прадед, расстрелянный в 1937 году по небезызвестной 58-й статье[13], был реабилитирован в марте 1958 года (о чём ни бабушка, ни отец, ни мама не узнали в этой жизни).

И ещё одно. Как-то случайно мне стало известно, что в первый пандемийный 2020 год была произведена реконструкция Мемориала Великой Отечественной войны на железнодорожной станции Взлётная в Домодедовском районе. У прежнего памятника я бывал не раз: скромный такой был, с двумя десятками фамилий воинов-земляков. Теперь же, как я выяснил, фамилий очень много. И вот в один из тёплых, солнечных майских дней, купив по традиции красные гвоздики, я отправился к мемориалу.

Центральную стелу мемориала среди молодой листвы деревьев и кустарника я разглядел ещё от автобусной остановки. Подойдя ближе, увидел, что на гранитных досках, расположенных по бокам от стелы, выгравированы фамилии воинов-домодедовцев, «павших в боях за Родину в 1941–1945 гг.». Сколько их – я не сосчитал. Не додумался. Не сообразил. Меня целиком поглотила одна строка, высеченная в левом столбце четвёртой сверху, – «Александров Юрий Александрович».

Странное ощущение посетило тогда меня: никакого замирания, никакого томительного сердцебиения. Как будто бы я уже был здесь, видел и знал, что фамилия моего деда на своём месте – как и всегда…

Вернувшись домой, доставая ключи от входной двери, я обнаружил у себя в руках те красные гвоздики, что я принёс к мемориалу, но которые так и не возложил. Странно! Вот тут-то в сердце и голове зарокотало: «Не дрейфь! Дерзай!»

Так вот. Совсем недавно я возобновил свои поиски. Основания предполагать, вернее – быть уверенным, что теперешняя моя попытка станет успешной, объявились стопроцентные.

Во-первых, появились различные специализированные интернет-форумы, где разные люди ищут своих родных, пропавших без