Этруски. От мифа к истории - Александр Иосифович Немировский
Отвергая «западный адрес» тирренов-турша, В. Бранденштейн приводит следующие аргументы: 1) турша на рельефах Мединет-Абу изображены как типичный малоазийский народ; 2) хеттский текст царя Тутхалияша IV упоминает народ таруиша, очевидно идентичный турша; в настоящее время его отождествляют с троянцами; 3) известия греков о тирренах как обитателях Эгеиды предшествуют появлению тирренов-этрусков в Италии [134, стб. 1911].
Таким образом, представляется надежно аргументированной эгейско-анатолийская локализация «народов моря».
Таршиш и тирсены. В поисках данных о тирренах мы не должны исключать и Библию. Она сохранила о народах Передней Азии, Северного Причерноморья и Средиземноморья множество сведений, историческая ценность которых стала особенно ясна с появлением документов на аккадском, угаритском, египетском, хеттском и других восточных языках. Подобно тому как греческие мифографы произвели от этнонимов множество персонажей типа Тиррена, Иона, Лида, Лелега, Сарда и др. и объединили их в генеалогических преданиях, библейские авторы VII в. до н. э. сделали попытку систематизировать сведения о народах, с которыми непосредственно сталкивались древние евреи или о которых они знали понаслышке.
Слово «Таршиш» мы находим в следующем контексте: «Сыны Иавана: Элиша и Таршиш, Киттим и Доданим» [БытиеХ, 4]. Под «Яваном» библейские авторы понимают греков (ионийцев). Поэтому если не в этническом, то в географическом отношении Элишу и Таршиш, Киттим и Доданима следует искать где-то по соседству с территорией, населенной ионийцами.
Термин «Элиша» исчерпывающе объясняется документами из Мари, Алалаха, Угарита, Хаттушаша и Эль-Амарны как о-в Кипр. Из названия острова греческая легенда вывела мифическую героиню Элиссу, которая, покинув Тир, а затем и Кипр, где она временно обосновалась, поселилась в Ливии, основав там Карфаген [FHG I. Tim. frg. 23]. «Киттим» – это еврейское название того же о-ва Кипр, данное по важнейшему из городов Кипра – Китиону. В финикийских надписях с Кипра kty – это юго-восточный берег Кипра [198, с. 98]. Таким образом, Элиша и Кипр – этнонимы, произведенные из двух названий одного и того же острова.
Давно уже было высказано мнение, что Таршиш соответствует Тартессу, полулегендарному городу на островке у южного берега Иберии. Из советских ученых эту идентификацию поддерживают И.Ш. Шифман [102, с. 17] и Ю.Б. Циркин [96, с. 33].
Против идентификации Таршиша с Тартессом прежде всего свидетельствует упоминание страны Тар-си-си в победной надписи царя Асархаддона [ANET, с. 290]. Трудно себе представить, что ассирийский царь, несмотря на все свое могущество, покорил государство, расположенное на другом конце Средиземного моря [198, с. 100]. Поэтому Дж. Гарбини вполне логично исключает возможность тождества ассирийского Тар-си-си и библейского Таршиша с Тартессом. Однако он полагает, что и Таршиш и Тар-си-си – это не остров, а город Киликии Таре, внося в связи с этим поправку в рассмотренный нами библейский текст: «Сыны Явана: Элиша, Таршиш Киттима, Доданим». Эта эмендация понадобилась ему затем, чтобы представить Таршиш как часть Малой Азии, страны хеттов – Киттима. Между тем и в Библии, и в надписи Асархаддона и Таршиш и Тар-си-си – остров.
К тому же заключению о тождестве Таршиша с Тарсом Киликии приходит немецкая исследовательница М. Римшнейдер [77, с. 42 и сл.]. Для нее главным доводом служат выгодное географическое положение Тарса, наличие у него гавани и всего необходимого для строительства судов, известных авторам Библии как «таршишские корабли». Но этого, на наш взгляд, недостаточно для утверждения, что «тирские купцы отправлялись в плавание на кораблях Тарса». Этому противоречит все известное нам о финикийском судостроении, использовавшем кедровые леса Ливана. Постулируемое М. Римшнейдер разделение труда – «хетты строили корабли, а финикийцы плавали на них» – ничем не подтверждено. Финикийцы не могли находиться в зависимости от хеттов и Тарса в такой важной сфере, как кораблестроение.
Мнение о тождестве библейского Таршиша с Тарсом не является новым. Уже Иосиф Флавий (около 37 – около 95 г.) называл Таршиш, куда бежал пророк Иона, «Тарсом… Киликии» [Ios. Ant. Iud. IX, 10, 2]. Но вряд ли он в этом вопросе опирался на какую-то древнюю историческую традицию. Он знал меньше, чем современные историки, в распоряжении которых находятся древнеегипетские и хеттские источники, сведения греческой традиции о тирренах. Свидетельство Иосифа Флавия важно лишь в том отношении, что это еще один довод против отождествления Таршиша с Тартессом.
Иосиф Флавий понимал, что страна, куда бежал Иона от «лица Господня», не другой конец Средиземного моря. Но, поскольку Иона нанял корабль, его целью не мог быть Тарс. Античная традиция помещает на Лемносе и Лесбосе тирсенов (тирренов), и это дает нам основание отождествить библейский Таршиш и ассирийскую страну Тар-си-си с этими островами у побережья Малой Азии.
История Ионы, севшего на таршишский корабль и выброшенного мореходами за борт во время бури и затем проглоченного китом [Иона I, 3], является бродячим сюжетом. Но наиболее близкую ему параллель мы находим в греческом мифе о тирренских пиратах, широко разрабатывавшемся в античной литературе, впервые в гомеровских гимнах [Нот. Н. VII]. С «тирренского корабля», плывущего в «бесплодном море», где-то между Кипром и Египтом, на выступавший в море мыс высадились тиррены и захватили Диониса, имевшего облик прекрасного юноши. Взяв его на корабль, разбойники привязали Диониса к мачте. Превратившись в виноградную лозу, Дионис освободился от пут, а пираты, прыгнувшие от ужаса в море, стали дельфинами, кроме кормчего, которого Дионис пощадил. В гомеровском гимне нет никаких намеков на то, что злодеи, захватившие Диониса, имели какое-то отношение к Тиррении, т. е. к Италии. Аполлодор, которому приписывают сборник греческих мифов «Библиотека» (II в. до н. э.), излагает несколько иную версию того же мифа. Дионис (как и Иона) нанял корабль тирсенов для переправы с о-ва Икария на о-в Наксос. Но тирсены, оказавшиеся пиратами, проплыли мимо Наксоса, взяв курс на Азию [Apollod. III, 5, 3]. И здесь морские разбойники не имеют отношения к Тиррении (Италии), а тирренский корабль – к кораблям этрусков.
Сходство между библейским мифом об Ионе и греческим мифом о Дионисе (равно как и сходство имен персонажей) было замечено семитологами. Э. Крэлинг объяснил его следующим образом: пророк VIII в. до н. э. Иона, автор пророчества против Ниневии, ни в коей мере не связан с морем; «морская линия» в легенде об Ионе – это результат переработки древнего предания одним из знакомых с греческой литературой еврейских писцов II в. до н. э., который воспользовался мотивами эллинской мифологии [153, с. 305 и сл.].
Трактовка Э. Крэлинга кажется нам неприемлемой по следующим соображениям. 1. Трудно допустить исправление древнего мифа на основе эллинских преданий в условиях ожесточенной идеологической борьбы иудейского жречества
