Сомневайся. Искусство критического мышления - Ларс Герберт
Глава 2. Анатомия мышления
Вы когда-нибудь ловили себя на том, что, глядя на часы, не можете вспомнить, какое сейчас число? Или открывали холодильник и через секунду забывали, за чем пришли? А может быть, мгновенно узнавали знакомое лицо в толпе, даже не успев подумать? Подобные моменты случаются с каждым, и они прекрасно иллюстрируют устройство нашего мышления. Мозг — удивительный орган, который одновременно ведёт себя как суперкомпьютер и как капризный ребёнок. Чтобы научиться мыслить критически, необходимо сначала понять, как именно мы мыслим. Без этого знания любые попытки улучшить качество своих рассуждений будут напоминать попытки починить двигатель, не заглядывая под капот.
Современная когнитивная психология предлагает удобную и наглядную модель, которая объясняет, почему мы так часто принимаем необдуманные решения и почему иногда, наоборот, способны на глубокий анализ. Речь идёт о разделении мышления на две системы. Их называют по-разному: система быстрого и медленного мышления, система автоматического и контролируемого, или просто система 1 и система 2. Впервые эта концепция в полной мере была осмыслена в работах психолога Дэниела Канемана, хотя её корни уходят в более ранние исследования. Модель оказалась настолько удобной, что сегодня её используют в самых разных областях — от экономики до педагогики. Давайте разберёмся, что же это за системы и как они взаимодействуют.
Система 1 работает быстро, автоматически, без ощутимых усилий и без контроля с нашей стороны. Это та часть мышления, которая отвечает за мгновенные реакции. Когда вы отводите руку от горячей плиты, прежде чем осознали боль, — это она. Когда вы без труда понимаете, что на лице собеседника улыбка, а не гримаса гнева, — это тоже она. Система 1 управляет нашими врождёнными навыками и теми, что стали автоматическими после многократного повторения. Чтение знакомого шрифта, вождение автомобиля по привычному маршруту, интуитивное решение простых арифметических примеров вроде два плюс два — всё это её работа.
Система 2, напротив, требует усилий. Она включается, когда мы сталкиваемся с чем-то непривычным, сложным или требующим сознательного контроля. Именно с её помощью мы решаем трудные математические задачи, планируем отпуск, пытаемся понять запутанный текст или сдерживаем себя, чтобы не сказать лишнего в споре. Работа системы 2 всегда сопровождается ощущением сосредоточенности, а часто и утомления. Вы замечали, как устаёте после нескольких часов интенсивной умственной работы? Это устаёт система 2, которая, в отличие от системы 1, имеет ограниченный ресурс и быстро истощается.
Интересно, что система 1 не просто работает быстрее — она всегда работает. Её нельзя отключить. Она постоянно обрабатывает огромные массивы информации: оценивает окружающую обстановку, считывает эмоции, улавливает знакомые образы. Благодаря этому мозг не перегружается, ведь если бы мы каждую секунду сознательно анализировали всё, что видим и слышим, мы бы просто не выдержали. Система 1 действует как надёжный фильтр, пропуская только самое важное или необычное, чтобы передать эстафету системе 2. Но у этой экономии есть и обратная сторона: система 1 часто ошибается, и её ошибки имеют системный характер.
Чтобы лучше понять, как эти две системы взаимодействуют, представим себе человека по имени Томас. Утром Томас просыпается от звука будильника. Он не размышляет о том, нужно ли вставать: привычка берёт верх, и он автоматически тянется к телефону, чтобы выключить звонок. Это сработала система 1. Затем Томас идёт в ванную и чистит зубы. Действия настолько привычны, что они не требуют сознательного контроля. В голове в это время могут крутиться обрывки мыслей, воспоминания о вчерашнем дне или планы на сегодня. Внезапно он замечает, что зубная паста закончилась. Мгновение — и система 2 активируется: нужно принять решение, взять новый тюбик из шкафчика или использовать пасту жены, которая стоит рядом. Несложный выбор, но он уже требует небольшого осознанного усилия.
Позавтракав, Томас садится за рабочий стол и открывает электронную почту. Среди писем он видит сообщение от незнакомого отправителя с заголовком, который вызывает тревогу. Система 1 тут же подсказывает: «Это опасно, не открывай!» — или наоборот: «Выглядит интересно, открой скорее». Но Томас уже научился не доверять первым импульсам. Он включает систему 2 и начинает анализировать: от кого пришло письмо, какие признаки фишинга в нём есть, нет ли в адресе отправителя подозрительных деталей. Это требует времени и внимания, но зато позволяет избежать возможных неприятностей.
В течение дня система 1 и система 2 постоянно взаимодействуют, причём первая часто пытается подменить собой вторую. Мозг устроен так, что в большинстве ситуаций мы полагаемся на автоматические реакции, потому что они экономят энергию. С точки зрения эволюции это было оправдано: наши предки не могли позволить себе долго размышлять, когда перед ними возникала угроза в виде хищника. Мгновенное решение — бежать или замирать — было вопросом выживания. Сегодня таких угроз стало гораздо меньше, но древние механизмы никуда не делись. Они продолжают управлять нашими решениями в самых разных сферах: от выбора товара в магазине до оценки чужих высказываний.
Однако у системы 1 есть одно важное свойство, о котором полезно знать каждому, кто стремится мыслить критически. Она опирается на ассоциации, на прошлый опыт, на эмоциональные следы. Если в прошлом вы однажды купили продукт определённой марки и он оказался вкусным, в следующий раз система 1 автоматически подтолкнёт вас к той же полке в супермаркете. Если вы слышите утверждение, которое соответствует вашим убеждениям, система 1 склонна принять его без проверки. Она словно говорит: «Это знакомое, значит, верное». Именно поэтому мы так легко попадаем в ловушки предвзятости подтверждения и других когнитивных искажений. Система 1 не задумывается о качестве аргументов, её задача — быстро дать ответ.
Система 2, в свою очередь, ленива. Ей не нравится напрягаться без необходимости. Канеман в своих работах подчёркивает, что система 2 находится в состоянии комфортного безделья большую часть времени. Она включается только тогда, когда система 1 сталкивается с препятствием. Это препятствие может быть внешним — например, неожиданный вопрос, сложная задача, противоречивая информация. Или внутренним — когда мы сами сознательно решаем не доверять первому впечатлению. Но даже в этом случае система 2 часто работает вполсилы, выбирая самый лёгкий путь. Например, вместо того чтобы глубоко анализировать сложную проблему, она может удовлетвориться
