Школьницы - Элизабет Томазина Мид-Смит
— Сейчас же иди сюда! Ну, чего ты стоишь, открыв рот и расставив ноги? Уверяю тебя, ты похожа на глупую овцу!
— Зачем ты так со мной? Я вовсе не овца, — обиженно проговорила Джейн, подходя к подруге.
— Пойдем погуляем, — предложила Гарриет. — Мне не хотелось обидеть тебя, Джейн… Только… только эта новенькая, эта Робин… она совершенно невыносима.
— А мне она нравится! — заметила Джейн.
В глубине души она восхищалась Робин. Конечно, Гарриет считалась ее лучшей подругой, но она редко бывала так оригинальна и так смела, как новенькая.
— Да-а-а! — протянула Гарриет. — Ты хочешь сказать, противная девчонка, что променяешь меня на нее?
— О, нет, Гарри, конечно, нет! Я тебя люблю гораздо больше, чем ее, ты моя давняя подруга, — возразила Джейн. — Но мне кажется, что можно иметь и двух подруг. Робин мне нравится, и очень грустно, что ей не хочется дружить со мной! Она отталкивает меня…
— Одно утешение, — проворчала Гарриет, — что она скоро сама себя вытолкнет из школы, если будет продолжать так вести себя. Подумать только: сегодня она вздумала поправить мисс Спарк! Мне еще никогда не случалось такого видеть!
Джейн засмеялась:
— Это было ловко!
— Дерзко! — поправила ее Гарриет.
— Но она была права, а мисс Спарк ошиблась, — упрямо проговорила Джейн.
— А я уверена, что ошиблась именно она, — заметила Гарриет, — хоть и принялась доказывать свою правоту с помощью энциклопедии.
Девочки уже дошли до площадки для игр. Тут была тень, и жару июльского солнца смягчал приятный ветерок. Гарриет, щеки которой разгорелись от досады, стала постепенно остывать. Джейн пристально смотрела на нее.
— Гарриет, — сказала Буш, — не правда ли, ты ни на минуту не можешь заподозрить меня в том, что я кого-нибудь люблю так же, как тебя?
— Надеюсь, Джейн, — ласково ответила Гарриет. — Это было бы ужасно с твоей стороны… Но послушай, нам нужно как-нибудь прекратить все это.
— Прекратить что? — спросила Джейн.
— Нельзя позволять новенькой быть в центре внимания. Это смешно! Она пробыла здесь не больше недели, а между тем все уже уступают ей. Она расхаживает по школе, высоко подняв голову, разговаривает со старшеклассницами и ни чуточки не боится ни мисс Спарк, ни даже мисс Девиньи. Если так будет продолжаться, она скоро станет поправлять и миссис Бёртон. Я больше всего на свете хочу поймать ее на том, чего она не знает. Не может же она знать все!
— О, Гарриет! — воскликнула Джейн.
— Да, да, я хочу этого, — горячо повторила Гарриет. — Мне больше ничего не нужно, потому что она все отняла у меня!
— Не понимаю, о чем ты говоришь…
— Я была первой ученицей! Я знала, что все награды будут моими! Меня считали самой способной ученицей в школе. Я не хвалилась этим, но была спокойна и довольна. А теперь я уже и не умная, и не способная: первой в классе стала она. И хоть Робин поступила к нам совсем недавно, это она получит награду, а не я! Я знаю — непременно получит! Правда, она не училась прежде в школе, но знает ужасно много. О, Джейн, я ее ненавижу! Зачем, зачем только она приехала?!
— Бедная моя Гарри, — ласково прошептала Джейн.
Ей было очень приятно, что подруга так откровенна с ней. До сих пор Гарриет, эта стройная девочка с бледным лицом и прямыми волосами, относилась к кругленькой черноглазой Джейн свысока. Она обращалась с ней как со служанкой и только время от времени снисходительно выслушивала ее. Теперь Джейн испытывала гордость: подруга доверила ей свою тайну, самые заветные мысли.
— До приезда Робин только мы с тобой были дурными воспитанницами в нашей школе, — заметила Джейн мягко.
— О, мы совсем не были дурными! — возразила Гарриет. — Тебе просто нравилось так думать, Джейн. Я сказала тебе, что мы нехорошие, и ты стала гордиться этим. Но мы никогда не были такими отчаянными, какой может стать Робин. Говорю тебе, с тех пор как она приехала, я места себе не нахожу!
— Давай поможем ей стать отчаянной, — тихонько предложила Джейн.
— Что? — переспросила Гарриет, внимательно глядя на свою маленькую подругу.
— Я все знаю о ней, — помолчав, продолжила Джейн. — Я слышала, что говорили учительницы: что ее прислали сюда потому, что дома она шумела и никого не слушалась. До сих пор она была только немножко странной. Все, что она делала, ей легко прощали, поскольку она новенькая и еще не привыкла к нашим правилам. Давай заставим ее сделать что-нибудь такое, чего старшие не прощают… Заставим сделаться ужасно непослушной.
— Знаешь, Джейн, ты гораздо умнее, чем я думала, — призналась Гарриет. — Это неплохая мысль! Конечно, с нашей стороны дурно желать чего-нибудь подобного, но ведь она держится слишком вызывающе, и… и… Если она отнимет у меня славу самой умной девочки, сделается первой ученицей и получит награду, я этого не вынесу. О, она сегодня пристыдила меня перед другими… Не скажу тебе, как именно, это неважно, но она… Она смеялась, когда я уходила из комнаты! И другие тоже. Я ее ненавижу! Я все готова сделать, чтобы доставить ей неприятность!
— Не надо делать ничего слишком заметного, — предостерегла подругу Джейн. — Будем действовать осторожно. Если она действительно была непослушной дома, то почему бы ей не оказаться непослушной и в школе? Ты так умна, что сумеешь устроить это, Гарриет!
— А ты достаточно сообразительная, чтоб помочь мне в этом, — ответила Гарриет. — Теперь ни слова. Молчок! Все будут пить чай на лужайке, и мы пойдем к ним. Теперь мне уже не так плохо, Джейн, потому что ты моя настоящая верная подруга, и мы решили действовать вместе. Давай думать, думать… А завтра встретимся здесь в это же время и поговорим.
— О, Гарриет, — сказала Джейн. — Я очень рада тому, что мы с тобой придумали, но в
