ВАСИЛИЙ ОСОКИН
ИСКУССТВО ПРАВДЫ
*
М., Издательство «Знание», 1964
К ЧИТАТЕЛЮ
У советской поэтессы Ксении Некрасовой есть стихотворение «Чаша в сквере». Девушка-работница как-то стирала пыль с огромной мраморной чаши — и вдруг застыла: перед ней, как живой, предстал изумительный рисунок растения, искусно вкомпанованный в камень...
И в такой вот час и возникает
светлое желанье стать ученым
или зодчим мудрым и суровым,
чтобы все, что видишь, все, что понял,
от себя народу передать.
Велика сила искусства! Оно пробуждает в человеке лучшие мысли и чувства, часто определяет всю его судьбу.
Подлинное искусство бессмертно. 600 с лишним лет прошло со дня рождения великого русского живописца Андрея Рублева, но не потускнели его образы и краски. Из глубины веков сумел он донести до нас живые черты своей эпохи. Сколько с тех пор прошло событий на Руси, великих и страшных, героических и скорбных... Но художник писал с такой силой чувства, голубые и алые лучезарные его краски положены с таким мастерством, так «звучат», что и мы ощущаем светлую скорбь этого выразителя дум народных по разоренной врагами Руси. И вместе со скорбью в образах Рублева слышится пламенный и мудрый призыв к сплочению сил для победы.
Если так близки и волнующе понятны нам творения древних мастеров, то еще более глубокий отклик рождает в нас искусство современников и мастеров недавнего прошлого.
Направленность искусства бывает разная. Подлинные шедевры живописи, графики, скульптуры облагораживают человека, вызывают у него желание подражать положительным героям, заставляют изумляться мастерству, правде выражения и глубине психологической характеристики. Зоркий глаз художника подмечает зло во всевозможных проявлениях, его кисть разоблачает и высмеивает пороки, помогает бороться с ними. Таково русское и советское реалистическое искусство. Какие бы значительные произведения наших мастеров мы ни взяли, всегда увидим, ощутим в них большую гуманистическую идею.
Веками складывались лучшие черты отечественного искусства: гуманность, реализм, народность. Все лучшие свойства характера русских людей воплотило в себе наше искусство — многообразное и правдивое, простое и сложное, страстно-взволнованное и мечтательно-созерцательное, полное любви и ненависти.
Шли годы, стиралось все мелкое, оставалось для потомков все великое, все значительное. Искусство в России завоевывало новые вершины, но неизменным оставался его жизнеутверждающий характер, и бережно переносили позднейшие художники в свои творения лучшие традиции прошлого. И, конечно, обогащали палитру мирового мастерства новыми открытиями, новым видением мира. Например, работавший во второй половине XIX века живописец А. К. Саврасов с предельной откровенностью, бережно и трогательно передал все то, что восхищает человека в самом простом и обыденном, в самом скромном пейзаже неповторимой русской весны.
А любуясь картинами И. И. Шишкина, мы словно попадаем в вечно зеленое царство русского леса, ощущаем целительные запахи сосны, слышим, как шумит, волнуется беспредельное море ржи. И беззаветная преданность матери-родине растет и ширится перед этими шедеврами, издавна украшающими сокровищницу отечественного искусства — Третьяковскую галерею.
Широко известна любовь нашего народа к былинам, сказаниям, песням. От них веет детством, стариной, народной мудростью, безудержной фантазией. Эта любовь к народному творчеству, характернейшая черта русского человека, тоже нашла своего талантливейшего выразителя, вдохновенного поэта-художника. Нельзя оторвать глаз от полотен Виктора Васнецова, от его нетленных, переливающихся самоцветами картин. И, пожалуй, сказочный эпос нигде, ни у одного народа еще не нашел такого блистательного художника.
В советское время появились новые мастера кисти, карандаша, резца, и советская действительность предъявила к ним свои высокие требования. Появилось новое искусство, созвучное великой героической эпохе социализма. Никогда оно еще не звучало так доходчиво и страстно, приобщая к своим пламенным идеям справедливости миллионы и миллионы трудящихся.
Но есть искусство другого рода, искусство человеконенавистническое, прославляющее войну и растленный образ буржуазного существования. Собственно говоря, искусством такое и не назовешь. Ибо, если человек свой талант направляет и развивает во зло человечеству, то этим он отрешает себя от великой когорты подлинных мастеров.
Во зло человеку направлены и такие течения в искусстве, как абстракционизм и формализм, поскольку они чужды народу, не обогащают духовный мир зрителя, а затемняют его. Эти течения на недавних встречах руководителей партии и правительства с художниками и на июньском Пленуме ЦК КПСС были сурово осуждены как течения реакционные, антинародные.
Наша партия, наш народ будут решительно отстаивать идейную чистоту, высокое художественное совершенство советского искусства. Искусство, призванное запечатлеть и прославить в ярких художественных образах эпоху революционного преобразования мира, великое и героическое время строительства коммунизма, само должно быть боевым, революционным, подлинно народным. Только произведения больших революционных идей, созидательного пафоса и высокого реалистического художественного мастерства доходят до глубины души человека, рождают в нем высокие гражданские чувства и решимость посвятить себя борьбе за счастье людей.
Еще ярче и очевидней для нас теперь огромный вклад, внесенный в культуру замечательными мастерами реализма. Эта книжка ставит своей задачей дать живые черты внешнего и внутреннего облика некоторых из этих мастеров — дореволюционных и советских.
С некоторыми советскими художниками автору книжки удалось встречаться, и он стремится передать их мысли о своем труде, о долге художника, о великом назначении реалистического искусства, искусства правды.
ГРАЧИ ПРИЛЕТЕЛИ
Преподаватель Московского училища живописи, ваяния и зодчества Алексей Кондратьевич Саврасов пришел в то утро возбужденный. Даже пышная лопатообразная борода его как будто радостно топорщилась. Драгоценными алмазами сверкали на ней брызги капели.
— Ну, птенцы мои родные! На воздух! За город! Проталины появляются! Грачи прилетели, гомонят и усаживаются в гнездах! Сегодня работаем на натуре. Сколько вас всех, двенадцать? Ордынский, отряжаю вас в контору дилижансов. Вот вам деньги, летите. Пешком не пойдем, дудки! А то прозеваем! Закажите до села Алексеевского!
И Саврасов торопливо стал рассказывать про подмеченные им сегодня признаки весны. Тотчас же воцарилась тишина. Он говорил про то, какие славные голубоватые, а пожалуй, и чуть-чуть лиловатые тени лежат на уже пористом снегу в Сокольниках, как весенний воздух окрашивает в совсем необыкновенные тона предметы и что теперь следует работать на природе другими кистями. Временами он быстро подходил, почти подбегал к окну, замолкал, восхищенно следил за полетом птицы и как о каком-то значительном событии взволнованно говорил о новых, весенних оттенках в оперении голубей.
Как хорошо
