Правитель с доставкой на дом - Виктория Виноградова
— Ты чего? — Дарвенн притягивает меня к себе и гладит по плечу.
— А? — я не стразу понимаю, о чем он спрашивает.
— У тебя взгляд стал такой странный. Все нормально?
Заставляю себя встряхнуться. Действительно, что это я? Ну не увижу его больше. И что? Я его знаю всего ничего. Да, у нас был потрясающий секс, но это ведь не повод привязываться.
— Прости. Задумалась, — я стараюсь улыбнуться и вернуться к деловому настрою. — В общем, мне кажется, что это прямо то, что тебе надо. Предлагаю глянуть в интернете, где могут быть места силы неподалеку от Москвы.
— Иди сюда, — Дарвенн запускает пальцы в мои волосы и целует. Так тепло и трогательно, будто мы сейчас ищем не способ вернуть его домой, а обсуждаем, куда съездить на выходных. Сердце вновь отзывается щемящей тоской. Кажется, я начинаю понимаю, почему так упорно не хотела с ним сближаться. Вот именно поэтому. Чувствовала, что мне не захочется расставаться с ним.
Делаю глубокий вдох и стараюсь сосредоточиться на поиске мест. Как только мы вводим в поисковике «места силы Подмосковье» браузер моментально выдает список конкретных локаций. Особенно Дарвенн изучает те, где когда-то проводились языческие обряды. Говорит, что это больше всего похоже на места, наполненные магической энергией.
В итоге останавливаемся на двух вариантах: урочище Белые Боги возле села Радонеж — про него пишут, что местность обладает мощной энергией. И урочище Шушмор — с ним связано множество мистических историй и аномальных явлений.
Выбираем для начала Белых богов — до них от меня всего час езды в сторону Сергиева-Посада. Ехать на ночь глядя в лес опасно — можно запросто заблудиться, так что решаем отправиться туда с утра пораньше. Чем быстрее избавлюсь от Дарвенна — тем лучше.
Остается придумать причину, по которой я завтра опоздаю в офис. Может, сказать, что у меня разболелся зуб и пришлось срочно ехать в стоматологию? Сергей Павлович будто чувствует, что я собираюсь увильнуть от работы, потому что ровно в этот момент мой телефон принимается истошно названивать, а на экране высвечивается его имя.
— Вот только тебя сейчас не хватало, — обреченно стону я и жму «ответить».
Десять вечера, рабочий день уже давно закончен. Чего ему не отдыхается?
— Здравствуйте, — я стараюсь выдавить из себя хоть какой-то намек на дружелюбие.
— Мне от тебя нужен новый медиаплан по «Вектору», — заявляет начальник, даже не поздоровавшись. — Они решили перераспределить бюджет между площадками, я тебе уже скинул на почту все данные. Смету, естественно, тоже обнови. И им не понравились рекламные объявления для таргета — переделай. Утром это все должно быть у меня.
У меня даже рот приоткрывается от возмущения.
— Сергей Павлович, сейчас почти ночь. Я физически не успею. Давайте завтра с утра…
— Нет, не давайте, — резко обрывает он. — Я уже пообещал клиенту, что цифры будут готовы к девяти.
Чудом сдерживаюсь, чтобы не выругаться прямо в трубку. Какого черта? Почему каждый раз он что-то обещает, а отдуваться приходится мне? Вот на сто процентов уверена, что клиенты даже не заикались, что новые данные им нужны так быстро. Сергей Павлович, как обычно, сам предложил, желая понравиться. Как же меня бесит эта его черта!
Так и хочется сказать: «Ты обещал — ты и делай. А я не собираюсь из-за твоего идиотизма всю ночь не спать. Мне не восемнадцать лет, чтобы так над своим здоровьем издеваться. Я сейчас из-за твоей прихоти не высплюсь, завтра буду сидеть с больной головой, клевать носом, понаделаю ошибок в отчетах, и мне же потом за это еще и прилетит».
Но вместо этой пламенной речи я скромно пытаюсь воззвать к его совести.
— Но это объем работы на целый день, а на дворе уже ночь...
— Островская, мне казалось, что ты хочешь стать руководителем отдела. Или ты уже передумала?
Глава 19
— Хорошо, сейчас сяду делать, — быстро произношу я в трубку, пока Дарвенн не успел выхватить у меня телефон.
Сбрасываю вызов, показывая, что не позволю королю вмешиваться в мою работу. Но Дарвенн перехватывает мое запястье.
— Лера, — он произносит это так серьезно, что я теряюсь. В его голосе нет привычного флирта и игривости. — Нам нужно поговорить о твоей работе.
— Не начинай, — морщусь я. Мне и так сегодня предстоит тяжелая ночь, у меня нет сил еще и нравоучения слушать. — Ты просто не понимаешь, как у нас все устроено.
— Ошибаешься.
— Да? Будешь меня сейчас убеждать, что король из параллельного мира разбирается в таргете, интернет-рекламе и медиапланах? — с вызовом произношу я, надеясь остудить его воинственный пыл.
— Нет. Но я каждый день работаю с теми, кто управляет другими людьми. Так что прекрасно разбираюсь в психологии руководителей и в том, как они манипулируют подчиненными.
Закатываю глаза.
— Я понимаю, что Сергей Павлович иногда переходит границы, но ты не знаешь всей моей ситуации. Я же не дура, чтобы просто так впахивать. У меня скоро повышение, так что спасибо за заботу, но правда, не надо вмешиваться.
— Дай угадаю, — не отстает Дарвенн. — Твой начальник постоянно говорит, что ты талантливее остальных, что ты незаменимый сотрудник, он видит в тебе огромный потенциал и именно поэтому дает тебе задачи, с которыми никто больше не справится?
Я хмурюсь. Потому что он прав: Сергей Павлович любит по секрету сказать, что я на голову выше остальных коллег.
— Будешь доказывать, что я бездарность и начальник меня обманывает?
— Вовсе нет. Но ты не замечала, что он говорит это всякий раз перед тем, как взвалить на тебя очередную тяжелую работу? Или задачу, над которой должны работать несколько человек.
— Ты не понимаешь, — резко обрываю я.
— А еще он наверняка любит рассказывать, что хороший руководитель обязан всего себя отдавать делу. И если ты хочешь стать руководителем, то…
— И что? — перебиваю я. — Скажешь, что это не так? Да, он иногда перегибает. Да, может специально давить на чувство ответственности. И что? Ты даже не был у меня на работе, не видел наши взаимоотношения, а уже делаешь выводы. Руководитель — это большая ответственность, и если я хочу возглавить отдел, то не должна бояться трудностей.
— Ответственность награждается не похвалой, а деньгами, — парирует Дарвенн, — а у тебя пока только переработки.
— Это временно, — я уже не сдерживаю раздражение. С чего он решил, что смеет лезть в мою жизнь? — Все, закрыли тему.
— Не закрыли. Я понимаю, что тебе больно и не хочется об этом
