Правитель с доставкой на дом - Виктория Виноградова

class="p1">Сердце почему-то начинает биться быстрее. Что означает его фраза «окончательно убедился»? Он намекает, что влюбился в меня? Я осушаю разом почти весь бокал.

— А твоя бывшая… Ты сказал, что она была похожа на меня. Поэтому я тебе понравилась? — спрашиваю это легкомысленным тоном, стараясь выдать за несерьезную болтовню, но внутри все так и трепещет в ожидании его ответа.

— Я не совсем правильно выразился. Вы похожи тем, что обе не спешили бросаться мне на шею. Но в остальном вы очень разные.

Пытаюсь понять, хорошо это или плохо? У меня была версия, что раз я похожа на его бывшую, то возможно поэтому он проникся ко мне чувствами? Но раз он теперь говорит, что у нас почти ничего общего, то это значит, что я ему не нравлюсь? Или что? Я уже запуталась.

Глава 24

Дарвенн подносит к моим губам виноградину. Я улыбаюсь и послушно принимаю угощение, сладкий сок растекается по языку.

— Вкусно? — спрашивает он.

— Очень.

Дарвенн наклоняется и мягко целует меня. Следующую виноградину он передает мне уже губами. Я улыбаюсь и подаюсь ему навстречу, принимая правила этой игры. Фрукты, закатное солнце и его губы смешиваются в безумный коктейль ощущений.

Решаю повысить ставки. Беру ягоду и кладу себе на грудь. Дарвенн наклоняется ко мне, забирая угощение прямо с моего тела. Губы скользят по моей коже, осыпая ее поцелуями. Новую виноградину отправляю в мое декольте. Дарвенн тихо усмехается и наклоняется к вырезу, чуть приспускает верх платья, открывая доступ к телу. Он подхватывает ягоду ртом, проглатывает, а затем приникает к моей груди, лаская ее языком. Выписывает на ней узоры и целует каждый оголенный участок.

Вволю наигравшись, он тянется за клубникой. Подносит ее к моему лицу. Я откусываю половину. Второй половинкой Дарвенн проводит по моим губам, оставляя на них влажный след. Слизывает клубничный сок и тут же накрывает мой рот поцелуем. Следом клубника касается моей шеи. По телу пробегает дрожь. Дарвенн проводит ягодой по моей коже, оставляя за собой сладкую дорожку, а потом повторяет тот же путь губами. Я закрываю глаза и откидываю голову назад, наслаждаясь каждым прикосновением.

Остаток ягоды исчезает у него во рту. Дарвенн берет новую клубнику, вновь дает мне откусить от нее кусочек, а второй частью проводит по моим ключицам. Медленно, неспешно и невероятно чувственно. Я ощущаю, как сок чуть-чуть стекает по моей коже, и как король ловит эти капельки языком, не давая им испачкать мое платье.

Перехватываю инициативу. Беру еще одну ягоду клубники, даю Дарвенну откусить и тут же приникаю к его губам. Поцелуй получается сладостным, сочным и совершенно безумным. Мы сидим на крыше на немыслимой высоте. Внизу раскинулась Вечерняя Москва. Кажется, солнце давно зашло. Но я даже не замечаю этого, не в силах оторваться от Дарвенна. Это похоже на сон. Какой-то фантастический, невозможный, но такой прекрасный, что не хочется просыпаться.

Дарвенн снимает с меня платье и продолжает целовать. Будь на его месте другой мужчина, я бы, наверное, не согласилась раздеться. Но рядом с Дарвенном почему-то спокойно. С ним вообще все кажется простым и правильным. Есть странная уверенность, что что бы ни случилось, он обязательно защитит, позаботится, спасет. Ловлю себя на мысли, что впервые настолько безоговорочно доверяю мужчине.

Дарвенн опускает меня на плед и накрывает своим телом. Ласкает и шепчет о том, как я прекрасна. А затем входит. Медленно, нежно. Это совсем непохоже на наш первый раз. Сейчас в этом столько чувственности и неторопливости, что наше ощущение близости усиливается в сто крат. Хочется слиться с Дарвенном в единое целое. Полностью отдаться ему.

Мое тело само послушно откликается на каждое его движение. Тянусь к нему и обвиваю за шею, прислонясь еще крепче. Меня накрывают эмоции. Понимаю, что будет очень глупо расплакаться прямо сейчас во время секса, но слезы вот-вот нахлынут. Чтобы не заплакать, с силой впиваюсь в его губы. Поцелуй выходит жадным, с оттенком горечи от предстоящего расставания и безграничной благодарностью за все эти ощущения, эмоции, за эту сказку.

Когда нас накрывает оргазмом, мы лежим, не в силах разжать объятия и отпустить друг друга. Я смотрю в его глаза и хочу навсегда запомнить этот момент. Сохранить его в своей памяти, как самое идеальное свидание.

— Наверное, мне лучше одеться? — нерешительно спрашиваю я, поняв, что пауза затянулась.

— Да, давай помогу, — Дарвенн тоже выглядит рассеянным, словно и сам спал и только сейчас пробудился.

Он помогает надеть платье, мы усаживаемся на плед и вновь погружаемся в тишину. Просто глядим друг на друга, не произнося ни слова. Я не знаю, что происходит, и даже понимать не хочу. Мы просто смотрим друг другу в глаза и молчим.

Нас прерывает крик охраны:

— Эй! Что вы тут делаете?! Здесь запрещено находиться!

Мы одновременно вздрагиваем. Я оборачиваюсь. К нам направляется охранник.

— Лера, бери бокалы и вино, — командует Дарвенн.

Сам он подхватывает корзину и скидывает в нее остатки нашего импровизированного ужина.

— Стоять! — кричит охранник.

Спешно забрав вещи, мы срываемся с места и несемся во весь опор к другому выходу с крыши. Ветер треплет волосы. Каблуки стучат по кровле. Позади возмущенно ругается охранник. А мы бежим, как два подростка. Мне словно снова шестнадцать, и я удираю вместе с понравившимся мне мальчишкой.

Добегаем до лифта. Я судорожно жму кнопку вызова. Дыхание сбилось. Сердце колотится, как ненормальное. Но в груди такой неописуемый восторг, какого я уже давно не испытывала.

— Ну же, давай... — прошу я, заклиная лифт ехать быстрее.

— Стойте! — охранник совсем близко.

Двери наконец открываются. Мы буквально вваливаемся внутрь. Охранник появляется в коридоре ровно в тот момент, когда створки смыкаются. Он продолжает ругаться, но лифт уже трогается, опуская нас вниз.

Несколько секунд мы просто пытаемся отдышаться. У меня колет в боку от такой пробежки. А потом я встречаюсь взглядом с Дарвенном и мы начинаем смеяться, как сумасшедшие.

— Извини, — произносит он, — я не думал, что стража так быстро придет.

— Все отлично, — я обмахиваю ладонями раскрасневшееся лицо. — Наоборот. Получилось идеально.

— Правда?

Я прислоняю его к стенке лифта и целую. Так долго, чтобы он и сам прочувствовал через этот поцелуй, в каком я восторге от его сюрприза.

— Правда, — отвечаю я со счастливой улыбкой, когда лифт приезжает на наш этаж и приходится нехотя оторваться от моего иномирного правителя.

Кажется, я влюбилась. Окончательно и бесповоротно.

Глава 25

Я напеваю себе под