Гордость злодеев - Зозо Кат
Наивные.
Свейн заприметил Вестара около столов с едой и кивком головы поздоровался. Сам же двинулся к столику с дорогим алкоголем.
Юноша в рясе, попивающий вино… Многие были сбиты с толку. Это же как-то неправильно. Вроде человек, приближенный к Богу, и вот… такое поведение. А Свейн не ограничился бокалом. Ему плевать. Пристальный взгляд мага был устремлен на Андреса, принца королевства Эйдос.
В отличие от остальных Свейн видел все страдания принца. Понимал, что с ним, но ничего не мог поделать. Вообще ничего!
– Скоро начнутся танцы. – Услышала низкий и бархатный баритон за своей спиной. Эджил… – Не окажешь ли мне честь подарить свой первый танец?
– С удовольствием, – отозвалась я, взяла герцога за руку и направилась к лестнице.
Спускаясь, чуть приподняла ткань алой юбки. Сегодня я решила подчеркнуть своим нарядом изысканный цвет рубиновых глаз. Платье и украшения имели преимущественно красный оттенок, в то время как Эджил предпочел привычный черный, хотя и был в алой рубашке.
Мы шли горделиво, игнорируя шепот собравшихся. Сплетен явно не избежать. Но ведь так было всегда. Меня не интересовали ни голоса посторонних, ни смысл сказанного ими, ни взгляды гостей. Единственное, что привлекало меня, – его величество Инг Логмэр.
То, что он делал, что говорил и к кому обращался.
А король совершенно не интересовался нами. Неожиданно его привлекла другая особа. И нет, не Мэрит, что, казалось бы, вполне ожидаемо, а моя мать.
Высокая стройная женщина с идеально убранными каштановыми волосами, серыми глазами и полнейшим безразличием на лице. Приподнятый подбородок, равнодушие во взгляде – именно то, что я видела с младенчества. Она о чем-то разговаривала с королем и, похоже, не испытывала ни малейшего трепета, который обычно возникает у людей, находящихся по статусу ниже собеседника.
Инг – король страны, значит, и титул у него самый высокий, но моя мама смотрела на него так же, как и на остальных. Никак. Словно перед ней пустое место.
Да… этот взгляд я видела с детства. Что бы ни делала, он никогда не менялся. Ее ничего не интересует, кроме цветов, которые она выращивает в саду поместья. Проводит там почти все свободное врем. Именно поэтому я не предполагала ее здесь увидеть. Она, как и отец, еще ни разу не посетила ни одно из мероприятий академии. Даже те, в которых участвовала я лично. Там был только мой сводной брат.
Что заставило ее изменить мнение и приехать сюда?
Но не успела я как следует задуматься над вопросом, как развитие событий озадачило меня настолько, что мне пришлось замереть на месте, чтобы не упасть. Король Инг засмеялся словам моей матери, после чего нежно, можно сказать, трепетно провел тыльной стороной ладони по щеке женщины. Та и не вздрогнула.
Он что-то говорил ей и улыбался, а рука монарха спускалась от щеки к шее, далее, к ключицам и наконец к груди.
– Да как он?.. – ахнула я, не представляя, какие эмоции, в принципе, сейчас должна ощущать. Злость? Удивление? Обиду? Разочарование? Похоже, испытываю все одновременно и ни на чем не могу сосредоточиться.
– Что случилось? – спросил Эджил, заметив мое изменившееся состояние, и проследил за моим взглядом. – Оу, как любопытно… герцогиня Хэлстейн имеет довольно тесные взаимоотношения с королем?
– Омерзительно… – прошептала я, невольно стискивая руку Эджила.
– Не назвал бы измену чем-то подобным, – вздохнул Эджил, поднес мою ладонь к губам и поцеловал, чтобы я расслабилась. – Обидно, подло… можно даже использовать слово «предательство», но только не «омерзительно». Хотя ситуация и в самом деле ужасна. Ведь эта женщина передала мне вас как нечто бесполезное в день нашей свадьбы.
От слов Эджила уже тряслась не только рука, но и тело. Я злилась. Настолько сильно, что хотела уничтожить академию, да и королевство Эйдос в целом. Нет, я уже смирилась с их поведением. Приноровилась к тому, что я лишь инструмент для достижения цели. Но видеть, как мать достигает желанного столь грязными методами… Как я должна на такое реагировать? Неужели жажда власти действительно настолько безудержна?
– Диана, – раздался тихий голос Эджила над самым ухом. – Диана, взгляни на меня, – потребовал он, и я медленно подняла глаза.
Тело еще дрожало, но теперь я старалась успокоиться. И вдруг… почувствовала на губах тепло. Нежное, мягкое, поглощающее и успокаивающее. Всего пара мгновений поцелуя, и голова закружилась, плечи расслабились, а ноги казались ватными. Сердце билось быстро, но уже по иной причине.
И эта причина смотрела на меня с довольной усмешкой.
– Теперь они не твоя семья, – шептал Эджил, поглаживая мои белоснежные волосы. – Они тебе – никто. И ты им больше ничего не должна. Я твоя семья, и, клянусь, никогда не откажусь от тебя.
Просто несколько фраз, суровое и хмурое лицо, но какой же мягкий голос, и эта грубая мозолистая ладонь, поглаживающая мою голову… Не пойму – каким образом, но слова Эджила буквально окрылили меня. Я еще никогда подобного не чувствовала. Будто всю жизнь провела обмотанная стальными цепями, причем их было так много, что и дышать удавалось с трудом.
Каждый год, каждый месяц, неделя, день или даже минута!.. Очередное мгновение, и на мне образовывалась новая цепь. Я к ним привыкла и уже не замечала. Считала это чем-то естественным. Но появился он… Эджил… И освободил меня.
Сбросил цепи, и я осознала: оказывается, можно жить, не задыхаясь от непосильной ноши.
На губах появилась умиротворенная улыбка, которую я подарила Эджилу.
Мне хотелось сказать многое, но единственное, что удалось:
– Спасибо.
На какой-то миг Эджил растерялся. Изумленно смотрел на меня, а на щеках его пылал румянец, но молодой мужчина сразу же взял ситуацию под контроль, ведь зазвучал вальс.
– Диана, прошу тебя, потанцуй со мной.
И, не говоря более ни слова, мы закружились по залу.
* * *
Первый танец следует танцевать с супругами или возлюбленными, чтобы выразить то, как дорог тебе этот человек.
Второй можно подарить другу, родственнику или аристократу, к которому испытываешь симпатию.
Третий танец чисто символический, и его зачастую используют ради знакомства или закрепления отношений.
Все остальные не имеют особого значения, да и мало благородных леди, которые выдержали бы три танца подряд. Это просто и удобно. Многое можно сказать глазами, сохраняя молчание. И аристократы заранее готовятся к тому моменту, когда смогут пригласить партнера, чтобы выразить свою дружбу или упрочить связи.
Но сегодня все было иначе.
Я помню наш прошлогодний бал с Эджилом. Первый танец он подарил
