Невеста в 40+ - Соня Вишнякова
Причём из нас двоих это я одета в стильные брендовые вещи. Она похожа на какую-то девицу лёгкого поведения, правда, в возрасте уже, когда подобные девицы идут на пенсию. Лет ей может тридцать пять или около того.
Но не в этом суть, а в том, что я совершенно не в курсе — кто она такая.
Как оказалось, у него с ней всё кончено.
Я никогда не лезла своим носом в его бывшие отношения, никогда не выспрашивала, но умом понимала, что они были.
Только всё это было от нас с Сергеем настолько далеко, что я была уверена — там не о чем и знать и совершенно не была готова столкнуться нос к носу с его бывшей.
Она явно не уродина. Немного безвкусна, но, как сказать. Мужчинам обычно нравятся женщины, одевающиеся нарочито сексуально, слегка напоминающие путан, но не путаны. Так вот она именно такая. И этот факт больно защемил где-то внутри.
Красное платье похоже на кружевную ночнушку. Лаковые шпильки.
Я одеваюсь так в спальню, а она на улицу. Причем, скорее всего, подобным образом она одевается каждый день. Чёрные волосы блестят глянцем и аккуратно зачесаны на один бок. Она хороша. Признаюсь. Может быть даже красивее меня.
О, чёрт!
Я в деловом костюме, тоже на шпильках… но этот пакет с пиццей.
Мадам направилась к двери, смерила меня оценивающим взглядом.
— Кристина, — окликнул её Сергей.
— Ну? — она повернулась, словно делая одолжение, словно он её умоляет обернуться.
Умеет же так себя поставить, это нужно иметь талант.
— Пожалуйста, в следующий раз, когда у тебя что-то сломается в машине, найди другую станцию техобслуживания. Здесь тебе не рады.
— Конечно, найду, дорогой. Только и ты по ночам мне не звони, когда тебе скучно, — она вышла, и стук её каблуков эхом разлетелся по гаражу…
Шаги её затихли. Повисла долгая гнетущая тишина.
— Я должен оправдываться? — Сергей первый её нарушил.
— Ты не должен оправдываться, — не знаю, куда деть взгляд.
— Я не звоню ей, когда мне скучно.
— Хорошо, — рассеянно киваю, — я вот… обед тебе принесла… проезжала мимо… дай, думаю заеду, — лепечу, но на фоне того, что я сейчас увидела, звучит это глупо, неуместно.
— Спасибо, я как раз собирался заказать доставку.
Снова пауза, во время которой ощущаю какое-то странное дежавю. Я это уже видела, или слышала, или казалось, что видела и слышала. Только ситуация кажется не новой, а уже пройдённой, уже когда-то пережитой.
Мой разум упирается, чтобы не строить ассоциаций. Он борется, пытается вразумить глаза и сердце, что это совсем не то, что я пережила с Марком, это совершенно другое.
— Я пойду, — я резко развернулась, ступила за порог.
— Лена! — его поспешные шаги, захват пальцев на предплечье. — Ты не можешь так уйти.
— Мне некогда, Серёж, — я повернулась, смотрю ему в глаза, что я хочу там увидеть.
Правду. Я хочу увидеть правду.
Но разве не всё ясно. Ситуация ясна. Однозначна.
Она двусмысленна. Резко пробудившаяся ревность домыслила всё за меня.
— Я же знаю, что ты сейчас подумала.
— Да ничего я не подумала, ну, зашла к тебе бывшая… мне-то что за дело, — высвобождаю руку.
— Я ни в чём перед тобой не виноват, не заставляй меня чувствовать себя виноватым. Она приехала, хотела, чтобы я посмотрел машину. Я отказался. Она пошла сюда, для какого-то важного разговора. Я ей всё сказал. Точка. Какие-то ещё будут вопросы? — крепко держит, не отпускает, а у меня вот-вот слёзы брызнут из глаз.
— Да, будут, — выпаливаю.
— Задавай, — говорит, глядя сурово.
— О каких звонках ты ей говорил?
— О её звонках.
— Значит, она тебе названивает…
— А я не беру трубку.
— Понятно, — закусываю губу.
— Ты хотела, чтобы я тебе рассказал о том, что какая-то неадекватная, навязчивая особа названивает мне каждый день?
— Ого, каждый день, — усмехнулась.
— Ты хотела об этом знать? Чтобы что? Чтобы постоянно думать, накручивать себя?
— Понакручивала бы и перестала. Ко всему человек привыкает. А теперь я узнаю, что ты был не до конца честен со мной.
— Да между нами ничего нет! Она осталась в прошлом, я с ней даже не жил. Так, встречались, чисто для… — он остановился.
— Серёжа, не усугубляй ситуацию. Мне неинтересно, для чего вы встречались. Отпусти. Мне нужно подумать.
— Я что, должен был предоставить список всех, с кем встречался до тебя?
— А там целый список? Может, ещё кто-то объявится? — сама прорывается язвительность.
— Нет, — сказал сквозь зубы. — Не утрируй, — потянул меня к себе, попытался обнять, но я уперлась рукой в его плечо.
— Не надо. Мне пора. У меня важная встреча, боюсь опоздать, — говорю холодно.
— Пожалуйста, не будь сейчас такой. Я не хочу, чтобы из-за какой-то ерунды мы поссорились.
— Ну, если для тебя это ерунда… то для меня то, что я сейчас увидела и услышала, пока ещё не очень укладывается в голове. Мне нужно время. Прости, но я действительно должна ехать.
— Я не хочу, чтобы ты вот так уезжала. Иди ко мне, — расставил руки для объятий.
А я не могу сделать к нему и шага. Не могу подойти и просто приткнуться, как всегда. И сразу всё решится. Сразу… Но сейчас почему-то я этого сделать не в состоянии.
— Ладно. Всё, я ушла. Меня ждут. Давай вечером поговорим, — я развернулась и пошла из мастерской.
Иду к машине. Пытаюсь вздохнуть, тяжело получается. Что-то перекрывает горло.
Только не плакать. Только не плакать.
Сажусь за руль. Вижу, как из гаража появляется Сергей. Поспешно завожу машину, выруливая в сторону.
Хочу уехать, подумать. Мне нужно подумать, расставить всё по полочкам, каждую услышанную фразу, каждый уведенный жест.
33
Уехала. Телефон сразу начал трезвонить, не переставая. На экране — Сергей.
Слёзы душат. Тянет вернуться. А я давлю на педаль газа.
Наверное, зря я уехала, но по-другому никак не показать, что мне это не нравится. Совершенно не нравится. Я не хочу, чтобы так было.
Что я должна думать? Что?
По щекам сплошным потоком текут слёзы. Не хочу, а плачу. Не в силах остановиться. Слёзы глаза застилают, не вижу куда еду, не разбираю дороги.
Нет, так не пойдёт.
Вырулила к обочине, заглушила мотор. Вышла из машины и пошла куда-то вглубь улицы, по аллее.
Нужно попытаться хорошо всё обдумать.
Что с нами происходит? Или это только со мной творится что-то неладное? Почему я так реагирую? Кто прав и кто виноват?
Получается, снова я
