Невеста в 40+ - Соня Вишнякова
В общем, сын не знает о Сергее и, тем более, о том, что я переехала.
Хотя, Сергей давно сказал своей дочери о том, что у него есть я и вот-вот должен нас познакомить.
— Мам, я это, хочу приехать на выходные. Давно не виделись, я по тебе соскучился.
— Ну, конечно, сыночек! Ой, как я рада, ты себе не представляешь. Конечно, приезжай, буду ждать тебя очень.
— Ты рада?
— Конечно, я рада, что за вопрос?
— Просто, ты, наверное, сердишься на меня, что оставил тебя сейчас одну, — грустный голос.
— Ну, что ты, милый. Я на тебя никогда не сержусь.
— Ну, хорошо, тогда жди меня. В пятницу вечером приезжаю.
— Обязательно буду ждать, приготовлю тебе твою любимую картошку фри, — от радости даже дыхание сбилось.
— Мам, я не ем картофель фри, уже давно.
— Ой, точно, ты же на здоровом питании. Прости, совсем забыла.
— Ничего страшного, приеду, расскажу. Ну, всё, давай. Я позвонил, чтобы тебе это сказать.
— Давай, целую. Жду тебя!
— Пока.
Он отключился.
Я стою, смотрю на телефон, поднимаю взгляд, Сергей стоит в проёме.
— Сын приезжает, — говорю, слегка не понимая, что мне теперь делать, — нужно срочно перевозить все вещи обратно.
— Зачем? — смотрит мне в глаза.
— Ну, он же не знает.
— Так узнает, — пожал плечом.
— Ты думаешь… надо ему сказать?
— Давно пора ему сказать.
В пятницу вечером стою на перроне. Поезд вот-вот подъедет. Стою одна. С Серёгой договорились, он будет ждать нас на стоянке. Чтобы не огорошивать Макса новостью прямо с первых секунд. Ну, и дать нам наобниматься. Я его не видела полгода.
Потом, на стоянке спокойно познакомимся.
Поезд подъезжает, иду к восьмому вагону. Пассажиры один за другим выходят из салона, я взволнованно прижала руки к груди. Наконец, показался Максим.
Он изменился до такой степени, что, если бы вот так по улице шла, не узнала бы собственного сына.
— А-а! — я расставила руки, он вышел из вагона подхватил свою небольшую, спортивную сумку.
— Мама!
Мы обнялись, я стиснула его так сильно, как могла.
— Мам, задушишь, — смеётся мне на ухо.
— От счастья задушу, — наконец, отпускаю, смотрю в его лицо, — боже, какой ты стал, совсем взрослый.
Высокий, крепкий, спортсмен. Совсем не в отца. Мой сын какой-то слишком идеальный. С правильными рассуждениями. Не юлит, не обманывает. Прямолинейный и честный. В нем собралось всё лучшее от нас.
— Вроде я и в тот раз был взрослый, — улыбается.
— Я не верю. Как ты вырос… борода, а, ну, да сейчас же мода такая.
— Да нет, просто нравится, — потрогал тёмную бороду.
— В прошлый раз у тебя не было бороды.
— Ну, вот, немного сменил имидж. Так солиднее и добавляет мне лет, а значит, мне больше доверяет руководство.
— А девушка не возмущается?
— Какая девушка, мама, ты о чём? — усмехается.
Он у меня совсем не бабник. Можно, даже сказать, вообще. Ждет, наверное, ту самую, единственную. Может, и правильно это. Весь в работе и в учёбе. Работает в строительной компании и заочно учится в университете. Говорит — сначала нужно построить карьеру, а потом уже семью. Может, и правильно говорит. Успеет ещё. Ему только 21. Куда спешить.
— Ну, ладно, пойдём скорее. Пойдём. Хочу тебя кое с кем познакомить, — беру его под руку.
— А папа? — глазами ищет кого-то.
— А что папа? — останавливаюсь, — Мы развелись, у него своя жизнь. Я же тебе говорила.
— Ну, да, просто подумал, может, вы вместе приедете… меня встречать.
— Я здесь, тебе этого недостаточно? — склонила голову набок.
— Просто… его бы я тоже был рад видеть.
— Увидитесь ещё, — говорю шутливо, но на самом деле упоминание о его папе меня слегка раздражает.
Нет, я понимаю, Марк его отец и он любит его, так же, как и меня, но… меня это вот прямо раздражает.
Вышли к стоянке. Веду сына к черному внедорожнику, у которого, небрежно сунув руки в карманы джинс, стоит Сергей.
— А где твоя машина? — Макс водит взглядом по стоянке.
— Вот, — указываю на черный внедорожник.
— Ого, — сын остановился.
— Вернее, это не мой, это Серёжи. Познакомься, это — Сергей. Сергей, это — мой сын Максим.
— Очень приятно, — он протянул руку для рукопожатия.
Макс остановился и медленно, неуверенно протянул свою.
— А Сергей это… кто? — перемещает взгляд с него на меня.
— Мы… как бы это тебе сказать… — я неловко замялась.
— Мы живём вместе, — помог мне Серёжа.
— А, — Макс слегка открыл рот от удивления, — типа… бойфренд? — вижу, что-то он не сильно доволен.
— Ага, сожитель, — улыбнулся Серёга, а у меня нервно задергалась жилка у виска.
— Понятно. И где вы живёте? У нас дома? — Макс впился требовательным взглядом в моё лицо.
— Нет, я живу у него, — стараюсь выглядеть непринуждённой, не получается.
Сыну явно не нравится то, что он видит, но разрулить и сделать так, чтобы понравилось, уже не получится. Раньше нужно было предупреждать. Теперь уже что есть, то есть.
— А в квартире нашей… папа живёт?
Я прямо чувствую себя, как на допросе.
— Нет, — отвечаю коротко, — давай, садимся. Дома обо всём поговорим и всё выясним.
— Окей, — смотрю, Макс не сильно доволен.
Загружаемся в машину. Мы с сыном на заднее сидение. Сергей за руль.
Поехали.
— Так мы сейчас куда?
— Сейчас к нам. Поужинаем. Я ужин вкусный приготовила, а потом, если захочешь, отвезём тебя домой, а не захочешь — у нас останешься.
— Ясно, — водит взглядом по пролетающим за окном огням вечернего города.
Недоволен точно.
Неловко ему и мне тоже не очень.
— Да, кстати, сегодня мы познакомимся с Дашей, дочерью Серёжи. Она обещала приехать к нам на ужин. Посидим.
Тихий вздох сына. Недовольный вздох.
У квартиры мы остановились, оттуда слышна музыка.
— Ты что, оставил включенной колонку? — глянула на Сергея.
— Нет, я всё выключал. Наверное, Дашка уже здесь, — он открыл дверь.
Входим. Звуки на кухне и женский голос, подпевающий мелодии из динамика. Красивый женский голос.
Мы все втроём остановились.
— Доча, это ты? — выкрикивает Сергей, скидывая кроссовки.
Что-то звякнуло, из-за угла показалась девушка… та самая, которую я когда-то видела и приняла за его подружку.
Сейчас я увидела её близко. Тёмненькая, раскосые глаза с восточным разрезом, розовые губы, маленький носик, стройная, худенькая.
Она вышла и остановилась.
— А я тут решила немного похозяйничать, пока вас не было, приготовила салат, — она улыбнулась, и глаза её ещё
