Проклятая земля - Светлана Тюльбашева

по реставрации сейчас не ведутся. Охраны нет, смело заходите, не забудьте фонарики. Аккуратно, на третьем этаже в одной из комнат обвалился пол. Для максимальных ощущений лучше осматривать усадьбу ночью, но для этого, разумеется, потребуется автомобиль.

Прикрепляю карту, на ней отмечено, как добраться до усадьбы и где припарковаться.

4

Аня проснулась ранним утром от вибрации браслета, полежала несколько минут, собралась с духом и тихонько выскользнула из постели. Она умылась, поднялась на второй этаж, стараясь не наступать на скрипящие половицы, нашла среди беспорядочно разбросанных коробок нужную, вытащила спортивную форму, оделась и вышла из дома.

Солнце еще не успело нагреть воздух, Аня поежилась, вспомнила, как уютно лежать под одеялом рядом с теплым мужем, и, не дав себе передумать, побежала.

Раньше она занималась бегом всерьез, где-то в коробках на втором этаже лежал кубок с берлинского марафона — ее главное спортивное достижение, но потом начались проблемы с коленями, она взяла паузу, вскоре встретила Лешу и так закрутилась, что, хоть бег и оставался ее отдушиной, в соревнованиях она больше не участвовала.

В наушниках звучала музыка, треснувший стертый асфальт закончился, за поворотом появилось поле, за ним к лесу прижималось розоватое здание усадьбы. Поколения любителей заброшек вытоптали широкую и удобную тропу, Аня быстро ее преодолела и побежала вдоль высокого забора с пиками, табличек «Не входить! Частная территория! Охраняется!», парадного входа с огромными воротами, через которые в лучшие времена в усадьбу заезжали кареты. Ворота были надежно обмотаны ржавой железной цепью, но это не спасало усадьбу от многочисленных посетителей: несколько секций забора с торца давно рухнули.

Усадьба слегка наклонилась и рассматривала бегущую девушку сквозь осколки выбитых окон, рухнувшие куски стен, заросший бурьяном сад и сгнившее здание конюшни.

На мгновение Аня повернула голову, ей показалось, что в окне мелькнула тень, она отшатнулась, но, присмотревшись, поняла, что это лишь игра света. Вскоре снова начался лес, Аня добежала до соседней деревни, хотела пересечь ее насквозь, но, услышав собачий лай, развернулась и побежала в обратном направлении.

Рядом с усадьбой она посмотрела на часы и сделала то, о чем давно мечтала, — с разбега упала в высокую траву. Солнце согревало лицо, Аня, закрыв глаза, слушала музыку и думала, что сегодня будет хороший день и, в сущности, все не зря — да, это совсем другая жизнь, и сложностей в ней будет сильно больше, чем полагает Леша, но все же будет и хорошее, например утренний бег по полям и лесным тропам.

Она мысленно перечисляла список дел на сегодня: убрать на первом этаже, отмыть пол от строительной пыли, приготовить обед, начать, а лучше и закончить класть плитку в ванной. Сваи для шатров должны приехать уже завтра, сами шатры лежали на складе в Москве. Открыться Леша хотел через месяц, хотя пока это казалось малореалистичным, чтобы не сказать нереалистичным вообще.

Из мыслей ее выдернул холодок, пробежавший по коже, и ощущение чужого присутствия. Она рывком села, открыла глаза и выдернула наушники. На поле жужжали проснувшиеся насекомые, в лесу пели птицы, вокруг — никого, но что-то было не так. Ее не оставляло ощущение чужого взгляда.

Розоватая усадьба поблескивала осколками стекол. Казалось, она не просто стоит — нависает, и Аня словно уменьшилась, а усадьба, напротив, увеличилась и немного наклонилась вперед. Не отрывая взгляда от окон, Аня начала подниматься, но в последнюю секунду решила, что если сейчас убежит, то потом сама себя накрутит и ей станет страшно здесь бегать, а этот маршрут ей понравился. Что-то просто послышалось сквозь музыку, может, птица вскрикнула или в усадьбе что-то скрипнуло. Ей всего лишь померещилось, такое бывает у городских людей в безлюдных сельских местах.

Она решила подождать еще минуту, легла обратно на траву, включила таймер и закрыла глаза. Как только он просигналил, вскочила и побежала домой. На обратной дороге она часто оборачивалась, но сзади не было никого.

5

На столе посреди разбросанных вещей стоял ноутбук. Леша заглатывал яичницу и одновременно висел на утреннем созвоне. Увидев жену, он махнул рукой в сторону сковородки на плите — мол, там завтрак — и тут же, отвернувшись, включил микрофон:

— IAB-587 на код-ревью, Паш, посмотри, пожалуйста. 602 заблокирована бэкендом, там нужно прокинуть поле, я создал задачу, ребята обещали выкатить к пятнице. Пока планирую переключиться на таску по авторегистрациям, нужно подумать, как лучше сделать. Дима, возможно, я к тебе сегодня приду обсудить варианты.

Аня ушла с работы год назад и начала искать новую, но потом поняла, что они не тянут стройку, ребенка и две работы одновременно, и так и не вышла в офис, перебиваясь заказами на фрилансе. Заказов было то больше, то меньше, в последнее время их не было вообще.

Леша продолжал работать. Он подключался к ежеутреннему созвону, а затем переключался на стройку. Аня отвечала на сообщения в корпоративном мессенджере и проверяла почту, имитируя его присутствие в рабочее время, она же с выключенной камерой подключалась к бессмысленным встречам, во время которых от мужа не требовалось ничего говорить. По ночам Леша писал код — ровно столько, чтобы ему нельзя было сказать, что он совсем ничего не делает.

Коллеги знали, что он купил какую-то дачу, но не догадывались ни о состоянии этой дачи, ни о планах строительства, ни об истинном месте работы в системе Лешиных ценностей. Тот планировал уволиться, как только их доходы от глэмпинга позволят это сделать.

— Всем спасибо, хорошего дня! — Он улыбнулся и захлопнул ноутбук. — Господи, как же они надоели. Лев, ты чего ковыряешься? Помидоры очень вкусные, ты хоть попробуй. А ты как побегала?

— Да я… — начала Аня.

— Лев, аккуратнее, пожалуйста!

Мальчик выбросил скользкий от масла кусок помидора из тарелки на стол. Подумав, Аня не стала рассказывать, что ей что-то померещилось, и пошла в душ.

За прошедший год они успели сделать капитальные работы — пробурить скважину и провести воду, поменять проводку, полностью перестроить дом, снести хозяйственные постройки во дворе, закрывающие вид с дороги. Основная работа была вроде бы сделана, но дом выглядел жутко. Пыль и грязь покрывали все поверхности. Груды досок — верхние шкафчики будущей кухни — лежали на полу в полиэтилене вместе с коробками плитки для ванной. Жить можно было только на первом этаже, в единственной полностью отремонтированной комнате, на первом же этаже были душ и туалет, но пока без плитки. Второй этаж хранил все их вещи. По ночам Ане снилось, как потолок обваливается и они задыхаются под грудой коробок и сумок.

Первым делом нужно было убрать и хоть как-то расставить вещи по местам, перенести все лишнее на второй этаж и выкинуть мусор. Отмыть все, что можно отмыть, и начать класть плитку в ванной. Леша же планировал собирать пристройку.

6

На их участке поля места хватало для восьми шатров. Максимум — десяти, но тогда некоторые стояли бы в неприятной