Смерть И Пирожки для Ректора Драконьей Академии - Наталья Добкевич

проверим.

Я взяла руку Велара, осмотрела ногти. И замерла.

Под ногтями — кровь. Свежая, ещё алая, не успевшая потемнеть. И частицы кожи — явно содранные при сопротивлении, при отчаянной попытке защититься.

— Есть, — сказала я, чувствуя, как внутри закипает азарт. — Он успел поцарапать убийцу. Перед смертью или в момент укола.

Рейнар наклонился, посмотрел.

— Ты уверена?

— Абсолютно. Смотри, — я показала ему руку Велара. — Свежая кровь под ногтями. Частицы кожи. Он вцепился в убийцу. В последний момент, когда понял, что происходит.

— Значит, убийца ранен, — медленно проговорил Рейнар.

— Не ранен, — поправила я. — Поцарапан. Поверхностно. Это не глубокое ранение, не потеря крови. Но свежие царапины должны быть. На руках, на лице, на шее — куда он успел дотянуться.

Рейнар посмотрел на меня. В его глазах зажёгся огонь.

— Мы можем его найти. По крови.

— У тебя есть магия для этого?

— Есть. — Он достал из-за пояса небольшой флакон из тёмного стекла. — Дай образец.

Я аккуратно, кончиком скальпеля, сняла частицы крови из-под ногтей Велара и перенесла во флакон. Кровь была ещё тёплой, живой.

Рейнар закрыл флакон пробкой, прошептал что-то на древнем языке, которого я не понимала. Кровь внутри засветилась тусклым золотым светом, пульсируя в такт чему-то, чего я не слышала.

— Готово, — сказал он, глядя на флакон. — Теперь я чувствую его. Убийца здесь. В подземелье. Недалеко.

— Куда?

Рейнар повернулся и указал вглубь — туда, где зал саркофага переходил в узкий коридор, уходящий в неизведанную часть подземелья.

— Туда.

Мы пошли.

Коридор сужался, стены становились всё древнее, покрытые не просто символами, а целыми фресками — сцены битв, ритуалов, чего-то тёмного и страшного. Факел Рейнара выхватывал из тьмы лица драконов с пустыми глазами, алтари, на которых горел чёрный огонь, фигуры в капюшонах, склонённые в поклоне перед чем-то, чего я не могла разглядеть.

— Что это за место? — спросила я шёпотом. Голос гулко отражался от стен, будто здесь не любили звуков.

— Древнее святилище, — ответил Рейнар. — Я читал о нём в старых книгах, в запретной секции библиотеки. Считалось, что оно запечатано пятьсот лет назад. Что никто не может сюда войти.

— Убийца смог.

— У убийцы есть артефакт. Он даёт ему доступ туда, куда другим нельзя.

Рейнар время от времени смотрел на флакон. Кровь внутри пульсировала всё чаще, всё ярче.

— Он близко, — сказал он. — Очень близко. Кровь откликается на своего хозяина.

— Корнелий, — мысленно позвала я. — Что ты чувствуешь?

— Магию, — ответил лич. Голос его был напряжённым, почти испуганным — я редко слышала у него такой тон. — Очень сильную. Она идёт из глубины. И что-то живое. Или не совсем живое.

— Демоны?

— Не знаю. Но это опасно, Агата. Очень опасно. Я чувствую ту же энергию, что и пятьсот лет назад, когда его забрали.

— Артефакт?

— Да. И что-то ещё. Кто-то ещё.

— Выбора нет.

Мы шли дальше.

Коридор закончился тупиком. Гладкая каменная стена без единого намёка на проход.

Но Рейнар не остановился — он подошёл к стене, покрытой символами, и приложил к ней руку с флаконом. Кровь засветилась ярко, отчаянно.

— Здесь, — сказал он. — За этой стеной.

— Как войти?

Он осмотрел стену, провёл пальцами по символам, что-то шепча.

— Тайный механизм. Древний. Такие ставили, чтобы скрыть вход в самое святое место.

Он нажал на один из камней. Стена дрогнула — и бесшумно сдвинулась в сторону, открывая проход.

За ней была темнота. Глубокая, древняя, пахнущая чем-то сладковатым и страшным одновременно. И свет — тусклый, красноватый, пульсирующий.

— За мной, — тихо сказал Рейнар. — Будь готова ко всему.

Мы вошли.

Зал оказался круглым, с высоким куполообразным потолком, который терялся в темноте. Стены были расписаны сценами поклонения — драконы, стоящие на коленях перед фигурой в чёрном плаще, алтари, жертвоприношения, тёмные ритуалы. Красный свет исходил отовсюду — от символов на стенах, от пола, от потолка.

В центре зала возвышался алтарь.

Чёрный камень, покрытый письменами, которые пульсировали в такт моему сердцебиению. На алтаре лежал открытый саркофаг — поменьше, чем тот, что мы видели раньше, но такой же древний, такой же зловещий.

А перед алтарём, на полу, были вырезаны символы тёмных драконов. Те же, что мы видели на месте убийства Лилиан.

— Это храм, — сказал Рейнар глухо. — Храм тёмных драконов. Они поклонялись здесь своей силе. Приносили жертвы. Ждали возвращения.

— Где убийца? — спросила я, оглядываясь и пытаясь унять дрожь.

Рейнар посмотрел на флакон. Кровь пульсировала ярко, часто, отчаянно.

— Он здесь. Совсем рядом. Кровь не обманывает.

И тут из тени, от саркофага, раздался голос:

— Вы пришли. Я ждал.

Мы обернулись.

Из темноты выступила фигура.

Дракон. В своём человеческом обличье, но с явными драконьими чертами — чешуя на скулах, глаза с вертикальным зрачком, когти на руках. На лице, чуть ниже скулы, виднелись свежие царапины — следы от ногтей Велара. Три глубокие полосы, уже запёкшиеся, но ещё заметные.

— Кто ты? — спросил Рейнар, поднимая меч.

Фигура шагнула в свет факела.

И Рейнар побледнел так, как я никогда не видела.

— Вэлиан? — прошептал он. — Магистр Вэлиан? Но ты... ты мёртв. Ты погиб сто лет назад! Я сам видел твоё тело!

— Погиб, — усмехнулся дракон. — И воскрес. Благодаря артефакту.

Он указал на саркофаг. Там, внутри, пульсировал чёрный камень — тот самый, из главного саркофага. Он излучал тьму, которая, казалось, впитывала весь свет вокруг.

— Артефакт дал мне новую жизнь, — продолжал Вэлиан. — Новую силу. И цель.

— Какую цель? — спросил Рейнар, не опуская меча.

— Очистить мир от недостойных. — Голос Вэлиана был спокойным, даже задумчивым. — Ректор был слаб. Он не понимал истинной силы, не хотел её использовать. Дарен — предатель. Он хотел использовать артефакт для себя, не для великой цели. Лилиан знала слишком много — она нашла записи о нас в старых книгах. Велар... просто мешал. Он был никчёмным, жадным, глупым. Таким не место в новом мире.

— Ты убил их всех? — спросила я, выступая вперёд.

Вэлиан посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло удивление.

— А ты та самая попаданка, — сказал он. — Судмедэксперт из другого мира. Интересно. Ты