Квестор 2 - Эл Лекс
Да что там — тут даже людей-то почти не было! Буквально десяток человек, занявших три столика по углам, и больше никого! Даже у стойки никого не было!
— А где все? — не найдя ответа самостоятельно, спросил я у Бадабума. — Я думал, тут будет куча народа после рейда!
— Будет, еще как будет! — загадочно улыбнулся Бадабум. — Просто чуть позже. Это мы с тобой напрямую сюда пошли, а остальные пока всё обсудят со спонсорами, пока раздадут автографы, пока сделают фотографии с фанатами!.. Короче, не раньше, чем через полчаса надо ожидать гостей! А пока что бар, считай, полностью в нашем распоряжении!
После таких слов я уже ожидал, что он опять полезет на ту сторону стойки и начнет распоряжаться там, как у себя дома, но нет. Подволакивая больную ногу, Бадабум добрался до барного стула, взгромоздился на него, весело крутнулся вокруг своей оси, а потом грохнул кулаком по стойке и рявкнул:
— Ри!
Темнокожий бармен с толстым, собранным из дредов, хвостом, неодобрительно покосился на него, но ничего не сказал и продолжил молча протирать стакан — видимо, уже привык.
Но Бадабум явно и не рассчитывал на его реакцию. Его интересовало, чтобы его услышала Ри — и она услышала. Вышла из-за занавески, прикрывающей проход во внутренние помещения, и оперлась плечом о стену, сложив руки на груди:
— Пришёл признать своё… Ты⁈
Начало фразы она начала ехидно и колюче, но на последнем слове ее голос резко изменился. Это «ты» она выдохнула со смесью недоверия и недовольства, а ярко-зелёные глаза девушки при этом вцепились в меня, как утопающий — в спасательный круг.
— Он! — за меня ответил Бадабум, снова хлопнув ладонью по столу. — Я же говорил, что он вернётся с этой высадки! Ты проспорила, так что гони бутылку!
Астрид после этих слов сощурилась так, словно подозревала Бадабума во лжи, а меня — наверное, в том, что я не настоящий. Настоящему мне — ГГ, а вместо меня в баре сидит объемная голограмма, которую тронь — и руки пройдет насквозь, не встретив никакого сопротивления.
Девушка несколько секунд смотрела на нас, будто ожидала, что сейчас Бадабум вздохнет и признается, что это все шутка и оптический обман зрения, и бутылку тащить не надо, но он не признавался. Тогда Астрид приоткрыл рот и явственно вдохнула, собираясь что-то сказать…
И не сказала. Просто громко фыркнула, выражая всё, что было у неё на душе, развернулась и снова скрылась за шторкой.
— Вы на меня спорили? — я скосился на Бадабума.
— Ещё как! — радостно ответил тот. — Я тебе даже больше скажу — я на тебя ставил! Ну, в смысле, на то, что ты вернёшься, а не останешься на поверхности!
— Настолько в меня верил? — я покачал головой. — Мне же там пару раз чуть ГГ не настал.
— Там всем пару раз чуть ГГ не настал! — Бадабум махнул рукой. — Если ты не заметил, а ты точно не заметил, поскольку даже не знаешь об этом, — среди тех, кто остался на планете, почти четверть являются вполне себе опытными квесторами! Не лучшими из лучших, конечно, но теми, кто сделал это своей работой! Те, у кого за плечами не один десяток, а то и не одна сотня, рейдов, те, кто все тайминги знает как свои пять пальцев, изучил Ламинар лучше чем собственное жилище, в курсе обо всех лазейках и тайных проходах, а также о слабых местах всех тварей и самых эффективных способах их уничтожения!
— Вот именно. — я усмехнулся. — И при всём при этом ты всё равно поставил на меня?
— Да, поставил! — Бадабум тряхнул головой. — И не прогадал, заметь! И заработал более, чем прилично!
— Но ты так и не ответил на вопрос — почему ты это сделал? — я покачал головой.
— А я тебе уже отвечал на этот вопрос. — ухмыльнулся Бадабум. — Вернее, не на этот, но мой ответ от этого не изменится. Я так сделал потому, что я был на твоем месте. На меня тоже никто не ставил, ни в переносном смысле, ни тем более в буквальном. Вот я и решил исправить эту вселенскую несправедливость хотя бы сейчас.
— А еще потому, что он гребаный любитель авантюр. — под грохот поставленной на стойку бутылки, произнесла Ри. — И, чем глубже задница, в которой предстоит оказаться по итогу этой авантюры, тем охотнее он за нее возьмется!
— Эй, мы же договорились, что ты никому не расскажешь этот секрет! — притворно возмутился Бадабум, хватая бутылку и сворачивая пробку. — Выпей с нами, Ри! То, что ты мне продула, ещё не значит, что тебе не следует отпраздновать мою победу тоже!
— Нет, спасибо. — Астрид покачала головой и взглядом указала нам за спины. — Мне работать надо. Гости уже начинают подходить. А вам удачно отметить.
Она подняла вторую руку, поставила на стойку два низких граненых стакана, скосилась на меня через плечо, неожиданно улыбнулась и даже подмигнула:
— С возвращением, чемпион.
И отошла прочь, цепляя по пути полотенце и закидывая его на плечо. Я проводил взглядом ее стройную фигурку, и повернулся обратно к Бадабуму, который уже наполнил стаканы.
— Ну, за твой первый успех! — довольно сказал тот, поднимая бокал. Я тоже поднял свой, мы чокнулись, и Бадабум опрокинул напиток в себя.
— А что именно Астрид имела в виду когда говорила про авантюры? — спросил я, вертя свой стакан в руке и так и не сделав ни глотка.
— А! — Бадабум махнул рукой, одновременно подливая себе. — Да это шутка такая у неё! Чувство юмора у девочки своеобразное просто…
— Под стать самой девочке, насколько я успел её узнать. — я кивнул. — А в каждой шутке, как известно, имеется лишь только доля шутки. К тому же, ты довольно много знаешь про квесторство… Я имею в виду, ты знаешь подозрительно много для того, кто просто занимается тем, что доставляет квесторов с поверхности на станцию. Да и нога твоя…
— Слушай, тебе это точно надо? — вздохнул Бадабум, вертя в руках свой стакан и не поднимая взгляд.
— Ты был квестором? — напрямую спросил я, не давая ему спуску.
— Ну вот, началось. — выдохнул Бадабум и опрокинул в себя второй стакан. — Да, я был квестором. Дальше что?
— Когда ты говорил, что был на моем месте… Ты это имел в виду?
— Когда… — Бадабум недоуменно моргнул. — Ах, вон ты о чем… Ну, можно и так сказать, да.
— Судя
