Я бы тебя не загадала - Алекс Хилл
– Никита Сергеевич… – миролюбиво заговаривает охранник, перейдя на официальный тон.
– Дай сигарету, – обрываю я, поежившись от холода.
Денис протягивает мне пачку и щелкает зажигалкой перед лицом. Закуриваю, и после пары затяжек становится чуточку легче. По большому счету охранник прав, ситуация тупая и не стоит такого количества внимания. Как к работнику к Дэну не подкопаться, да и как к мужику тоже, из шестерых фейсеров он единственный с башкой на плечах. Димон помешан на девках, Гена и Кирюха двух слов связать не могут, даже если мозги их воедино сложить, а Леша и Паша и вовсе два долбача мейд ин Раша, там что ни история, то анекдот. Зато мышцы у всех что надо, а за плечами или армия, или спортивная боевая подготовка.
– Что ты им наплел? – спрашиваю куда спокойнее.
– Сказал, что ты недавно откинулся.
– И за что сидел?
– За то, что чуть не убил бывшего своей подружки простым карандашом.
Дэн скомканно усмехается, а вот я смеюсь в голос, чем пугаю пару ворон, спящих на соседнем дереве.
– И они поверили?
– Ты себя видел? Вылитый уголовник!
Поворачиваюсь к охраннику и стряхиваю пепел, ударив по фильтру большим пальцем:
– Еще слово, и я точно сяду. За твое убийство.
– Об этом я и говорю, – произносит Дэн и тихонько цокает. – Что там за девчонка-то была?
– Та, у которой ты паспорт в этот раз не спросил, отличник гребаный. Ты же с одиннадцати до двух на входе стоял?
– Я с Димоном, но-о-о… Можно немного конкретики? Через нас там такие толпы ходят.
– Чернявая, с косичками. Ты мог и в зале ее видеть. Со мной у бара.
– А-а-а… – многозначительно тянет он. – Так это из-за нее? Припоминаю. Около полуночи пришла, да? Димка от восторга чуть не задохнулся, да и я оценил, но лучше моей Маринки, конечно, никого нет.
– Она на тебя что, прослушку повесила?
– Я бы не удивился. – Дэн комично разводит руками. – А этой с косичками нет восемнадцати?
– Фактически есть, даже девятнадцать, только толку от этого немного, – отвечаю мрачно, представляя, как Аня сейчас громит мой кабинет в детском истеричном припадке.
– Она твоя, что ли?
Крепкая затяжка обжигает горло, и я выдыхаю вместе с дымом:
– Пока моя.
– Неожиданно, – задумчиво произносит Денис. – На принцесс потянуло, Клим? А ты знал, что чаще всего они сами превращаются в драконов? Разобьешь ей сердце, и она выжжет твое.
– Ты обдолбался?
– Да я просто мелкой своей сказки начал читать, там такая муть, ты себе не представляешь. Ничему полезному они девочек не учат, вот я и решил – надо свои придумать. Хочу воспитать дочь сильной, чтобы она могла таких, как ты, с говном жрать.
– Ну удачи, – хмыкаю я, стреляя окурком в сторону, и шагаю к служебной двери.
Спускаюсь по лестнице, проверяя время – до закрытия еще около часа. Интересно, успеет ли моя принцесса-ебанесса разнести кабинет по кирпичикам за это время, потому что освобождать ее я пока не планирую?
Бужу Радика, объявив, что можно закрывать кухню. Возвращаюсь за бар и отдаю редкие заказы, попутно приступая к затирке рабочих поверхностей. Последние полчаса смены всегда самые скучные и длинные, но в пять утра мы не без удовольствия выпроваживаем последних гостей, а затем я распускаю уставший и сонный персонал. Оставшись в умиротворяющем одиночестве, закрываю кассовую смену. Выручка почти рекордная, лучше было только в сентябре, когда я две недели работал за баром в паре с Максом. Выключаю подсветку, оставив гореть только несколько светильников в зале, и бреду к кабинету, прислушиваясь – тишина, но она может означать все что угодно.
Ненадолго останавливаюсь перед дверью. Над головой светит желтая лампочка, за стеной все еще ни звука, и ведь телефон молчал все это время, хоть я и думал, что Аня будет закидывать меня смешными малолетними угрозами, скучая здесь взаперти. Поворачиваю ключ в замке, готовясь к худшему. Возможно, Аня там уже шашлык из моей куртки пожарила, превратив стол в пепелище, или выложила из клочков порванных документов гневное послание. Распахиваю дверь и тянусь к выключателю на стене, но так и не касаюсь. Свет из коридора озаряет каморку, все на своих местах: хлам на столе, папки в стеллажах. Делаю пару шагов вперед и в правом углу на небольшом кожаном диване вижу белеющую блузку. Аня спит, свернувшись калачиком, под головой вместо подушки моя куртка, а свитер укрывает бедра и ноги. Подхожу ближе, обдумывая, как лучше разбудить Никитину, и присаживаюсь на корточки, глядя на умиротворенное лицо. В памяти непрошено всплывают глупые слова Дэна. Сердце она мне выжжет, да? Пусть сначала найдет его. Да и ее сердце я не трону, мне это совсем не нужно. Достану видео для Сереги, и пусть катится на все четыре стороны, а пока… продолжим игру.
Глава 8
POV Аня
– Смотрю, ты неплохо здесь освоилась. – Тихий глубокий голос, который я без труда узнаю, выдергивает из сна лишь наполовину.
– Ты вроде сказал, что я могу чувствовать себя как дома, – бормочу в ответ и не тороплюсь открывать глаза.
– Не говорил, но подразумевал. Видишь, ты и правда учишься понимать меня с полуслова, а сама все скулила, что мы не сможем подружиться.
– Мы и не сможем.
– Да ну? – иронично уточняет Никита. – Знаешь, Аня, на этом диване чего только не происходило, но спят на нем впервые.
– А где же тогда спишь ты?
– Дома.
– Да-а-а… – бездумно тяну я, – там адски жарко, вокруг бурлят котлы и пляшут братья твои черти.
– Ты меня с демона до черта понизила? – приглушенно усмехается он, и я улыбаюсь, все еще пребывая в сонном тумане.
– Думаю, ты можешь быть полукровкой.
– А я думаю, что пора тебя выпороть.
Никита сдергивает свитер с моего бедра и хлестко ударяет, но ткань слишком мягкая, да и силы вложено недостаточно, чтобы причинить боль. А ведь у Никиты сил немало, тот парень у бара на полметра отлетел из-за одного точного удара. Воспоминания о потасовке призывают дрожь, что развеивает дремоту. Разлепляю ресницы, неторопливо приподнимаюсь и смотрю на Никиту, что сидит передо мной на корточках. Свет в кабинете не горит, только желтое сияние льется из коридора
