Маркатис #6. Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями) - Гарри Фокс

— Спасибо, — сказал я.

Катя улыбнулась, наклонилась и чмокнула меня в губы. Коротко, но так тепло, что я на секунду забыл, что происходит с моими штанами.

А они уже спускались.

Лана стянула их вместе с трусами, и я почувствовал прохладный воздух на коже. Я попытался приподняться, чтобы хотя бы как-то обозначить протест.

— Лана, как бы…

Она посмотрела на меня. Грозно. С тем самым выражением, которое не терпит возражений.

— Что? — сказала она. — Мы тебя голым что ли не видели?

И, не дожидаясь ответа, она взяла мой член в руку, а потом — в рот.

Я задохнулся, не успев даже вдохнуть.

Её губы были мягкими, влажными, и она начала медленно, ласково, смотреть мне прямо в глаза, пока её голова двигалась вверх и вниз. Я чувствовал, как её язык скользит по головке, как она вбирает его в себя, и мир перестаёт существовать за пределами этой комнаты.

Мария закатила глаза. Она стояла рядом, скрестив руки на груди, но потом, вздохнув, начала расстёгивать блузку.

— Обязательно сразу с секса начинать? — спросила она с лёгкой укоризной, но в голосе не было настоящего протеста.

Она села рядом со мной на кровать, и я увидел её: блузка распахнута, открывая чёрный кружевной лифчик. Ткань плотно облегала её грудь, и я, не выдержав, засунул руку под чашечку, нащупав тёплую кожу.

Мария выдохнула, прикрыв глаза.

Катя, заметив это, смутилась. Она быстро поставила поднос на стол и, покраснев, отошла в сторону, делая вид, что поправляет книги. Но я видел, как она украдкой наблюдает за нами, и в её взгляде читались и смущение, и любопытство.

— Кать, — сказал я, пытаясь позвать её голосом, который почти исчез от Ланиных ласк. — Иди сюда.

Она замялась, но всё же сделала шаг. Потом второй. И когда она подошла достаточно близко, я протянул ей руку и потянул к себе, чтобы поцеловать. Она наклонилась в неудобной позе — одной рукой опираясь на моё плечо, второй придерживая подол юбки. Её губы были тёплыми, чуть дрожащими, и я чувствовал, как она тает в этом поцелуе, забывая о неловкости.

А внизу Лана продолжала своё дело. Её язык двигался ритмично, и я ощущал, как напряжение нарастает с каждой секундой. Я пытался сосредоточиться на Кате, но тело уже не слушалось.

— Лан… — выдохнул я в губы Кати, чувствуя, как всё внутри сжимается в тугой узел.

Я не выдержал.

Волна накрыла меня, и я кончил прямо в рот Лане, чувствуя, как она принимает всё, не останавливаясь, не отрываясь. Она продолжала сосать, пока последние спазмы не стихли, и только тогда медленно поднялась, вытирая губы тыльной стороной ладони.

Мария тем временем наклонилась к моему левому уху и начала покусывать мочку, шепча ласково, почти мурлыча:

— Молодец. Вот так хорошо.

Я целовал Катю, чувствуя, как она сжимает мою руку, её дыхание стало прерывистым, и я знал — она тоже хочет быть ближе. Но поза была неудобной, и я чувствовал, как устают её ноги.

Лана встала, поправила юбку, одёрнула блузку и, не глядя на нас, произнесла:

— Я в ванную.

— Тоже надо, — выдохнул я, оторвавшись от Кати.

— Ещё чего, — возмутилась Мария, хватая меня за плечо. — Как она выйдет, так и пойдёшь. А то её ещё там нагнёшь.

— А что в этом плохого? — улыбнулась Лана уже в дверях, сверкнув алыми глазами.

— Ты убьёшь его своими домогательствами, — парировала Мария. — Давай иди уже.

Лана фыркнула, демонстративно шевельнув бёдрами, и скрылась за дверью ванной.

Катя тем временем смотрела на меня с такой влюблённой улыбкой, что я невольно улыбнулся в ответ.

— Принести чаю? — спросила она, и её голос был мягким, почти шёпотом.

— Было бы чудно, — ответил я.

Она пошла к столику, а я перевёл взгляд на Марию. Она смотрела на мой член — всё ещё влажный, ещё стоящий, как ни в чём не бывало.

— Убрать? — спросил я с лёгкой усмешкой.

— Только попробуй, — сказала Мария, и в её голосе не было шутки. — Трусы испортишь. Пусть отдыхает и дышит.

Она улеглась рядом со мной, задрала юбку, открывая чёрные кружевные трусики, и я снова почувствовал, как внутри всё сжимается.

Катя вернулась с чаем, и я принял его, чувствуя, как в комнате становится жарко.

— Кто-нибудь хочет чаю? — спросила она с мягкой улыбкой, стоя возле нас.

— Я бы выпила, — сказала Мария, и её взгляд скользнул по мне с той же хитринкой, что и у Ланы.

Я сделал глоток и откинулся на подушку.

Моя рука скользнула под трусики Марии, и я почувствовал, как её дыхание перехватило. Она была мокрой — горячей, влажной, готовой. Её бёдра чуть приподнялись навстречу моим пальцам, и она выдохнула:

— Тебе нужно отдыхать.

Я усмехнулся, продолжая ласкать её, чувствуя, как её тело отзывается на каждое движение.

— Я этим и занимаюсь, — ответил я, глядя ей в глаза.

В этот момент я почувствовал, как снова встает. Член, только что отдыхавший после Ланы, снова налился силой, готовый к действию.

Мария, заметив это, усмехнулась. Она приподнялась, медленно, с лёгкой улыбкой сняла трусики и, не спрашивая разрешения, оседлала меня.

— Я сама всё сделаю, — прошептала она, насаживаясь на мой член. — Отдыхай.

Она начала двигаться — сначала медленно, плавно, давая мне привыкнуть к её ритму. Её дыхание участилось, она тяжело дышала, прикрыв глаза, и я видел, как её грудь колышется под расстёгнутой блузкой.

Я задрал её юбку, открывая все прелести, которые она пыталась скрыть при каждом движении. Мои руки легли ей на бёдра, я сжал их, притягивая её ближе к себе, и начал двигаться активнее, вбиваясь в неё снизу.

Мария застонала — громко, откровенно, прямо мне в ухо, и я чувствовал, как она сжимается вокруг меня, как её тело отдаётся каждому движению. А затем, она сняла полностью блузку.

Я приподнял голову и увидел Катю. Она стояла у столика, прикусив губу, и смотрела на нас широко раскрытыми глазами. В её взгляде читались и смущение, и любопытство, и что-то ещё — что-то, что она сама, возможно, не до конца осознавала.

— Кать, — позвал я её, не останавливаясь, — иди сюда.

Она сделала шаг, потом второй. И когда она подошла достаточно близко, я протянул ей руку, чтобы она тоже была рядом.

Мария с неохотой слезла с меня. Её дыхание всё ещё было сбивчивым, щёки