Осколки наших разбитых сердец - Daria Tetslova
Игорь зашел, и в прихожей сразу стало тесно. Он молчал, просто смотрел на меня в упор. Я заставила себя не отводить взгляд и стоять прямо.
— Привет, Лесь, — говорит он негромко.
— Привет. Мы уже собрались, — отвечаю сухим тоном.
Игорь переводит взгляд на дочь. В руках у него обычный плюшевый медведь кофейного цвета. Он заметно нервничает — перехватывает игрушку поудобнее, прежде чем присесть перед Ладой на корточки.
— Привет, Влада. Это тебе.
Лада берет медведя, проводит ладошкой по мягкому меху.
— Ой, какой классный! Спасибо, дядя Игорь! — с этими словами она делает шаг вперед и обвивает его шею руками.
Игорь явно этого не ожидал. Он на секунду цепенеет, руки так и остаются висеть в воздухе, а потом он судорожно выдыхает и крепко прижимает её к себе. Утыкается носом в её макушку и закрывает глаза.
Я смотрела на них, и внутри всё переворачивалось. Обида, злость и какая-то дурацкая, непрошеная нежность застряли в горле комом.
— Смотри, мам, он такой мягкий! Мы возьмем его с собой? — Лада обернулась ко мне, показывая подарок.
— Конечно, возьмем, — выдавила я, глядя, как она радостно приплясывает на месте.
Игорь поднялся во весь рост. Теперь он стоял слишком близко. На лице еще держалась та редкая, мягкая улыбка, а в глазах стоял предательский блеск.
— Едем? — спросил он.
Я просто кивнула, не в силах выдавить ни слова.
Уже у самой машины я резко затормозила и обернулась к нему:
— Ладе нужно автокресло.
Гуляев лишь хмыкнул и с легким щелчком открыл заднюю дверь. На сиденье стояло совершенно новое, еще пахнущее магазином кресло.
Я усадила Ладу, а она тут же пристроила рядом своего нового плюшевого друга.
— Садись вперед, — негромко сказал Игорь, когда я уже потянулась к ручке задней двери.
— Я с Ладой.
— Лесь, вперед сядь, — голос не терпящий возражений.
Спорить при ребенке не хотелось, поэтому я молча обошла машину.
В салоне пахло новой кожей и его парфюмом — знакомый аромат вызвал легкий укол ностальгии, который я тут же подавила.
Игорь завел мотор и плавно вырулил со двора.
— Ты уже взял билеты? — спросила я вполголоса.
Украдкой поглядывая на него, я заметила, как Игорь то и дело бросает взгляды в зеркало заднего вида. Словно проверял, что Лада всё ещё здесь, в его машине. Будто она могла просто взять и исчезнуть.
— Да. На «Чебурашку». Подумал, ей должно понравиться.
— Хороший выбор, — я невольно улыбнулась, глядя на пролетающие мимо дома.
До кинотеатра ехали почти в тишине. Лада сзади увлеченно шепталась с медведем, а мы с Игорем перебрасывались короткими, ничего не значащими фразами.
В самом кинотеатре всё прошло на удивление спокойно. Игорь купил огромный стакан попкорна, который Лада почти полностью уничтожила за время мультика.
Весь сеанс я чувствовала его взгляд на себе чаще, чем на экране. Это сбивало с толку и не давало расслабиться.
Когда вышли из зала в просторный холл торгового центра, Лада, заприметив в центре танцующие фонтаны, тут же сорвалась с места.
— Мам, я посмотрю! Можно?! — выкрикнула она на ходу.
— Только далеко не убегай! — крикнула я вслед, глядя, как она несется к воде.
Мы с Игорем остались стоять у колонны. Он проводил её взглядом, а потом повернулся ко мне.
— Лесь, я не хочу тянуть. Я хочу рассказать ей всё. Сказать, что я её отец.
Меня будто током ударило. Вот этого я и боялась больше всего.
— Слишком рано, она ещё не готова к таким новостям, — я упрямо качнула головой. — И я всё ещё тебе не доверяю.
— Я не собираюсь исчезать, если ты об этом, — твердо ответил он. — Я хочу быть в её жизни.
— А где гарантии, Игорь?! — я нахмурилась, чувствуя, как внутри закипает протест. — Ты хочешь вот так просто и бездумно вывалить на ребенка, что ты её папа, но что дальше? Быть родителем — это не только в кино водить и игрушки дарить. Я должна быть уверена, что завтра ты снова не решишь улететь в свой Мюнхен.
Я говорила быстро, на одном дыхании, не замечая ничего вокруг. И только когда Игорь вдруг изменился в лице, глядя мне за спину, я резко осеклась.
Лада стояла совсем рядом. Видимо, подбежала за чем-то, но так и замерла, не дойдя до нас пару шагов. Она прижимала медведя к себе и смотрела на нас огромными, растерянными глазами.
— Папа?... — тихо, почти одними губами, переспросила она.
Глава 36. Будет труп – звоните.
— И как она отреагировала? — спрашивает Влад, внимательно изучая мое лицо после рассказа о прошедшем вечере.
— Случилась истерика. Она не успокаивалась до самого дома, просто ни на что не реагировала, — тяжело выдыхаю, и по коже пробегает мороз от свежих воспоминаний. — В машине уже вырубилась. Видимо, психика просто не выдержала.
Влад недовольно качает головой.
— Слишком долго тянули. Вместо выяснения отношений нужно было решать, как без травм для детской психики сообщить ей, что он – её папа. А теперь момент упущен, и я бы даже сказал – запущен.
Я опускаю глаза. Крыть нечем. Он прав – мы слишком много времени потеряли, меряясь обидами и припоминая прошлое, а нужно было просто сесть и по-человечески договориться ради нее.
— Она сейчас у твоих родителей? — спрашивает он.
— Нет. Я утром отвела её в садик, — отвечаю я, вспоминая наше утро. — Она была непривычно тихой. Сама оделась, молча съела завтрак, ни разу не закапризничала. А перед самым входом в группу остановилась и спросила: «Мам, а дядя Игорь сегодня придет?»
Я посмотрела на свои руки. Пальцы мелко дрожали, и я спрятала их в карманы халата. В горле стоял плотный ком, мешающий нормально вдохнуть.
Меня до дрожи пугает это её молчание. То, какой понурой она стала всего за одну ночь, как будто в ней что‑то погасло. Словно огонёк, который всегда светил ярко, вдруг начал мерцать и угасать.
Внутри меня всё горит от чувства вины – я кожей чувствую этот надлом, который я, как мать, должна была предотвратить. Но не уберегла. Собственными руками всё испортила, и теперь моя
