Сквозь стужу - Алекс Войтенко
Меня добило заключение от известного госпиталя «Сальпетриер» — одной из старейших и крупнейших больниц Парижа, в котором говорилось о том, что моя будущая супруга физически неспособна иметь детей, в следствии травмы, полученной из-за падения с балкона второго этажа в шестнадцатилетнем возрасте.
Оплатив работу детектива, и забрав все приготовленные для меня документы, я покинул контору, и после долгого времени сидел в номере отеля, думая о своем будущем. И честно говоря, не находил в нем места для Александры. Все предоставленные мне бумаги, говорили скорее о том, что семья ищет все возможные пути, только чтобы выбраться из долговой ямы. Это подтверждалось еще и бумагой, где говорилось о недавно, буквально около полугода назад, расторгнутой помолвкой, между Александрой Тарасовой и Франсуа Эстеном Грифф, племянником Теодора Антуана Эмиля Грифф — французского модельера и дизайнера модной одежды, а также костюмов для театра и кино, которая должна была состояться буквально через две недели после гибели супруга моей невесты. О какой любви можно было вести речь, если девушка, готова на все, чтобы сохранить свое текушее положение и расплатиться с долгами, не обращая внимание на то, как на это посмотрят в обществе. Сомнения, в искренности ее чувств по отношению ко мне, все более превращались в уверенность тонкого рассчета.
Решив быть до конца честным перед девушкой, которую любил и хотел, чтобы она стала моей женой, я набрал ее номер и услышав в телефонной трубке ее голос, задал один единственный вопрос:
— Почему ты не сказала мне о долге, который висит над твоей семьей?
Честно говоря, я ожидал всего, что угодно, но только не того, что услышал. Во ответ на меня посыпалась площадная брань, и обвинения в корыстности моих побуждений в ее отношении. Ее слова, звучавшие в трубке телефона, спустили меня с небес на землю. По всему выходило, что Александре, совершенно не нужен был я, нужны были только средства, которыми я располагаю, и которые пойдут на уплату ее долгов. А после… у меня перед глазами вдруг «во всей красе» появилась картина автомобильной аварии, что произошла с ее супругом, которая вполне могла случиться и со мной, в недалеком будущем. Когда вдруг станет ясно, что большего от меня взять невозможно.
Я молча положил трубку и следующие несколько дней не находил себе места, пытаясь понять, как можно существовать с такими мыслями о будущем, как моя несостоявшаяся супруга.
Через неделю, со мной связались представители верфи, и доложили об окончании постройки судна. К этому времени, через Морское кадровое агентство, уже была нанята команда, предназначавшаяся для работы рыболовного-морозильного траулера, и после подписания всех необходимых документов, судно вышло в море.
Глава 17
Э17
Построенное судно казалось самым современным на данный момент. Дизельный двигатель производства британской компании «Mirrlees», мощностью одна тысяча сто лошадиных сил, обеспечивал тринадцать узлов крейсерской скорости судна с автономностью в тридцать шесть суток. Установленное на судне оборудование было способно выдавать более полутора тысяч банок консервированной рыбы, нескольких сортов, в течении восьми часов, пяти тонн рыбной муки в сутки, и до ста двадцати тонн жира из печени. Рефрижераторные трюмы вмещали до пятисот кубометров замороженной продукции, и примерно столько же сухой муки, консервов и рыбьего жира.
Команда судна состояла из сорока четырех человек, из которых тридцать из которых занимались ловом и переработкой рыбы, остальные составляли команду корабля, во главе в капитаном-директором. Функции главы плавучего завода, сразу же были переданы в руки опытного человека. Я же выступал в качестве владельца судна, изредка вставая к его штурвалу, только ради того, чтобы не забыть полученные навыки.
На время этого перехода, его двухкомнатные апартаменты, были заняты мною, он же пока делил свою временную каюту со старшим помощником. И насколько я понял, никакой обиды в этом вопросе у него не было. Что в общем-то было немудрено, учитывая то, какой оклад ему был обещан за службу на моем корабле.
Я же скорее наблюдал за жизнью на корабле, пытаясь вникнуть во все тонкости этого дела, и сравнивая его с тем, которым занимался в своей прошлой жизни. Мое судно попутно осуществляя лов рыбы, пересекло Атлантику, и спустя двадцать семь суток, зашло в воды Бразилии войдя в залив Гуанабара, пришвартовавшись у пристани Рио-де-Жанейро. Ближайшие трое суток, пока корабль освобождался от готовой продукции, и загружал запасы для следующего перехода, я осматривал достопримечательности столицы Бразилии, отдыхал на ее пляжах. Не забыл посетить и статую Христа-Искупителя, расположенную на вершине горы Корковаду в Рио-де-Жанейро. На вершину ведёт электрифицированная железная дорога, с курсирующим по ней миниатюрным поездом. Она была построена инженерами Перейрой Пассосом и Терсейрой Соарешем задолго до возведения статуи еще в 1882 году и впоследствии сыграла важную роль в сооружении монумента: по ней наверх доставлялись строительные материалы. От конечного пункта рельсового пути к подножию статуи устроена извилистая лестница из двухсот двадцати ступеней, а в толще мраморного цоколя статуи находится маленькая часовня.
Через три дня, наше судно вновь вышло в море, и вновь пересекло Атлантику, направляясь в сторону Кейптауна, где по договору, составленному еще в Рио-де-Жанейро, мы должны были сдать очередной улов. Здесь, мы простояли всего чуть больше суток, хотя и успели посмотреть грандиозное представление в театре под открытым небом в Мейнардвилл-парке, который известен своими ежегодными представлениями пьес Шекспира. Театр вмещает в себя до семисот человек зрителей, а подмостками театральной сцены, является сам парк. В этот раз здесь показывали пьесу: «Сон в летнюю ночь» рассказывающую о будущей свадьбе герцога Афинского Тесея и царицы амазонок Ипполиты. Пьеса состоит из пяти актов, в каждом из которых развиваются интриги связанные с героями пьесы. В итоге все заканчивается свадьбой. Представление мне очень понравилось. Ничего подобного раньше нигде не видел, одно то, что сценой является весь парк, выводило пьесу, на совершенно новый уровень.
Дальше, наш маршрут шел в сторону индийского океана. Еще находясь на службе во флоте, читал статью о том, что компании, занимающиеся рыболовством, почему-то не особенно жалуют Индийский
