В долине бабочек - Александр Валерьевич Телёсов
– А что она предъявила при заселении? Паспорт? – Во мне нарастала тревога.
– Она заселилась по турецкому виду на жительство. Сейчас отправлю тебе фотографию.
Через секунду мне прилетело изображение документа – на меня смотрела девушка с длинными волосами, в очках.
– По-моему, это не она… – Я увеличила лицо на экране. Челка была настолько длинной, что закрывала даже брови. Над губой проглядывала родинка. – У Айрин точно не было родинки, – вспомнила я.
– Вария, если эта девушка рисует себе поддельные документы со скоростью типографии, нарисовать родинку над губой ей точно не составило бы труда. – Зейнеп была возмущена моей недальновидностью. – Знаешь что? Ее такси приехало, я сейчас ей позвоню и сообщу об этом, а после побегу к выходу и постараюсь незаметно посмотреть, она это или не она. – Подруга отключилась.
Я вышла в коридор, Филипп замахал мне. Доктор уже ушел, и он стоял один.
– Я потерял тебя. Врач сказал, что Алису, возможно, завтра выпишут, но ей придется долго сидеть на диете. Ее отравление оказалось настолько сильным, что шла речь о том, чтобы перевезти ее в Стамбул, но все обошлось. – Он сел на металлическое кресло у стены. Я видела, что ему стало легче.
– А чем она могла так отравиться? Это все-таки мороженое? – Я села рядом.
– Да, в городе было зафиксировано несколько случаев. Какая-то жуткая кишечная инфекция, компетентные органы проводят расследование. Надеюсь, больше никто не пострадает. Наверное, надо ехать домой, ты что думаешь?
– Ты езжай, а я прогуляюсь. Жду важного звонка. – Телефон завибрировал, это была Зейнеп. Я вскочила и побежала в сторону лестницы. – Увидимся позже.
– Тебе как-то помочь? Ты очень странно выглядишь.
Но я уже скрылась за дверью и не ответила. Выбежав на улицу, я перезвонила Зейнеп.
– Вария, прости, но, по-моему, это не она.
Не знаю, что я испытала в этот момент: облегчение или разочарование.
– А как ты поняла, что это не она? – Я села на лавку в тени апельсинового дерева.
– Айрин худенькая, а эта девушка полненькая. Лицо я не рассмотрела: она была в капюшоне и очках. – Зейнеп говорила расстроенно.
– Слушай, ну ведь она же маскируется. Наверное, могла под одежду подложить что-то, чтобы казаться полнее, нет? – Я цеплялась за любые возможности, потому что все же хотела, чтобы ее скорее поймали.
– Знаешь что? Я пойду в ее номер и проверю, она это или нет.
– А так можно?
– У меня есть мастер-ключ, я сотрудница отеля, формально я имею право зайти в любой номер, тем более ее там нет – и она даже не узнает, что я приходила. – Судя по звуку шагов, она уже куда-то шла. – Сейчас скажу Юсуфу, что не пойду пить с ним кофе.
– Он тоже приехал с тобой? – Я очень соскучилась по ним обоим, с момента нашей встречи прошло много времени, и я очень хотела встретиться с ними лично.
– А как же! В отеле столько девушек на него засматривается, я его ни за что не оставлю там одного.
Мне стало смешно от мысли, что кто-то, кроме Зейнеп, может влюбиться в маленького щуплого Юсуфа.
– Тогда будь осторожна, не хочу, чтобы у тебя возникли неприятности.
– Все нормально. Я зайду в номер, посмотрю, что там и как, и быстро выйду. – Она отключилась.
Я сидела и думала, что если в отеле действительно живет Айрин, то тогда ее арестуют, а я стану свободной. Я скучала по Москве, хотела увидеть мать, зайти в свой книжный, может, даже опять устроиться туда работать. Но вот таких друзей, как здесь, у меня там точно не будет. Где я еще найду подругу, которая ради меня пойдет на должностное преступление?
Телефон снова зазвонил, на этот раз Зейнеп звонила по видеосвязи.
– Вария, ты что, обгорела? Какая-то красная!
– Да, немного. Утром не намазалась кремом и загорала.
– Так, я у номера. На двери табличка «не беспокоить». Если это Айрин, то денег у нее должно быть и правда много – она поселилась в трехкомнатном люксе!
Зейнеп постучала в дверь и громко произнесла:
– Уборка номеров. – Затем, судя по звуку, приложила карту к замку и вошла в номер.
– Ну что там? Ты можешь переключить камеру, чтобы я видела не тебя, а комнату?
Через секунду я увидела на своем телефоне помещение, заваленное вещами. Я вспомнила, что, когда была в номере у Айрин в отеле, где мы познакомились, кругом тоже валялась ее одежда.
– Пока, кроме беспорядка, ничего подозрительного. – Она провела телефоном вдоль стены, где стоял диван.
– Что там торчит сбоку? – Я увидела какое-то темное пятно, которое показалось мне подозрительным.
– Это волосы! – Зейнеп наклонилась и достала из-под кресла парик – судя по всему, именно в нем постоялица отеля и фотографировалась для очередных документов. – Очки тоже тут, значит, все же это может быть Айрин. – Она показала мне очки в роговой оправе.
Затем Зейнеп перешла в спальню, там все тоже оказалось вверх дном. Для того чтобы устроить такой свинарник, в номере нужно было жить как минимум неделю. Но мы знали, что Айрин нигде не останавливалась больше чем на одну или две ночи, а значит, она обладала талантом превращать в хаос все, до чего дотрагивалась, будь то номер в отеле или чья-то жизнь.
– Вария, это точно она! Смотри! – Зейнеп повернула камеру в угол спальни, и я увидела розовое платье – то самое, в котором Айрин была на яхте, именно в этом наряде она совершила ограбление и сбежала.
– Вот это да! Значит, она нашлась! – Я стала нервно смеяться.
– Вария, в номер кто-то входит, она вернулась! Что мне делать? Меня уволят, если она поднимет скандал! – Изображение на моем телефоне металось из стороны в сторону.
– Зейнеп, без паники, полезай в шкаф. Судя по тому, что все ее вещи валяются на полу, туда она точно заглядывать не будет.
Зейнеп бесшумно пересекла комнату, открыла шкаф, а затем закрыла. Изображение на экране погрузилось во тьму, а затем связь прервалась. Следом прилетело сообщение: «Я буду писать, так безопаснее». А еще через минуту второе: «Она говорит на русском языке, я
