Родина юности - Хён Хыгюн
В такие минуты ему казалось, что в мире царит покой и гармония и не существует никаких проблем. «Каждый человек живет в ожидании счастья, стремится к нему… Вот так и мы с Чонхи. Мы имеем право на счастье, мы пришли к нему нелегким путем…»
В дверь постучали, и на пороге появился Мунсу.
— Становится холодно, товарищ бригадир, — озабоченно произнес Мунсу. Усевшись рядом с Тхэхо, он спросил, зачем тот позвал его.
— Просто хотелось поговорить в спокойной обстановке. Для начала, может быть, закурим? — Тхэхо вытащил пачку сигарет и предложил Мунсу. Конечно, он пригласил парня не для праздного разговора. Тхэхо не понравились вчерашние рассуждения Мунсу об институте, о том, что у него не хватает времени для занятий. Вот он и решил поговорить с ним наедине. Начал он издалека:
— Говорят, сегодня закончили монтаж первой компрессорной установки. Это правда? Молодцы. У нас, водолазов, сейчас горячая пора, никак не выберу время наведаться к ребятам и чувствую себя очень виноватым.
Мунсу не сразу откликнулся на слова бригадира, он долго молчал, а потом как-то нехотя, лениво произнес:
— Да… Может быть…
Тхэхо насторожился. «С парнем происходит что-то неладное… Все время витает в облаках… Нужно, чтоб он поменьше фантазировал и больше приглядывался к жизни… Тогда он будет твердо стоять на земле… Дерево с глубокими корнями не боится капризов погоды и обычно буйно цветет…
На какое-то мгновение Тхэхо представил себе Мина, в нем вновь закипело раздражение, он сердито сказал:
— Мунсу! Я хотел кое о чем поговорить с тобой.
Юноша уловил в голосе бригадира нотки раздражения и покорно ответил:
— Я слушаю.
— Человеческая жизнь слишком коротка, и человеку не всегда удается осуществить все свои замыслы. Поэтому очень важно иметь перед собой ясную цель и бороться за ее достижение. В общем, я одобряю твое решение поступить в институт. Услышав слово «институт», Мунсу сразу насторожился, а Тхэхо продолжал: — Но мне думается, что метод достижения цели ты выбрал неправильный. Вчера я уже говорил тебе, что институт это не место, куда может прийти всякий, кто захочет.
Мунсу снова пожалел, что поделился с Тхэхо и пожаловался на недостаток времени для занятий; он рассчитывал на его поддержку, а вместо того получил взбучку. Зачем же слова возвращаться к этой теме?
— Но ведь что ни говори, а время для занятий нужно! Это же факт! — не сдавался Мунсу.
— Вот видишь, ты опять за свое. Ты пойми, речь идет совсем не о том, нужно или не нужно время для занятий! Ты должен почувствовать призвание учиться всем своим существом, не только разумом, но и сердцем.
— Сердцем? — удивленно повторил Мунсу. — Я, конечно, понимаю, что абсолютно бездарные люди не должны идти в институт. Что толку от буйвола, если у него нет ног…
Сравнение показалось Тхэхо довольно странным, однако он не стал возражать. Ему хотелось убедить Мунсу в том, что он затеял этот разговор с самыми добрыми намерениями.
— Каковы бы ни были наши успехи, мы не должны успокаиваться на достигнутом. Каждый должен стремиться работать еще лучше, чем прежде. Презрения достойны те, кто рассуждает: «Я поработал, теперь могу и отдыхать»…
Мунсу смутился. «Неужели мою просьбу о переводе на другую работу бригадир расценивает как стремление к легкой жизни? Нет, молчать нельзя!»
— Вы знаете, в какую эпоху мы живем? Ученые изыскивают возможности применения пластмасс в строительстве гидроэлектростанций. Предполагается возведение плотины высотой в восемьдесят метров. И мы не должны отставать от технического прогресса, с жаром сказал Мунсу. Он понимал, что уклоняется от основной темы, но никак не мог подыскать аргумент, чтобы отстоять свою позицию.
А у Тхэхо складывалось впечатление, что с ним говорит не Мунсу, а кто-то другой, и ему очень хотелось разоблачить парня.
— Сдается мне, Мунсу, что ты смотришь на жизнь слишком узко и не замечаешь, что происходит вокруг нас.
— Только глупец не заметит, что сейчас наступает век науки и техники, — перебил бригадира юноша.
Черт побери, да ведь это же слова Мина! Тхэхо повысил голос:
— Ты повторяешь чужие слова! А тебе надо бы научиться смотреть на себя со стороны и бороться!
— Бороться? С кем?
— С собственными недостатками.
— Что? — Мунсу вскочил с места и тут же снова сел.
— Обижаться нечего. Мне кажется, у тебя неправильный подход к жизни. Если ты не чувствуешь себя в ней хозяином, никакой институт, никакая наука не помогут тебе стать настоящий специалистом.
Мунсу отказывался понимать Тхэхо, ему хотелось крикнуть: «Хватит!» — но он сдержался.
Тхэхо догадывался, что парень злится, но спокойно продолжал убеждать его. Возможно, спор длился бы и дольше, но Тхэхо решил, что пора его закончить.
С тоскливым чувством покинул Мунсу домик водолазов. Тхэхо продолжал сидеть все в той же позе. После разговора с Мунсу осталось ощущение какой-то пустоты. Чем больше он думал о нем, тем сильнее убеждался, что разговор этот не получился. Однако он и мысли не допускал, что неправ. В упорном сопротивлении Мунсу он видел влияние Мина и потому сердился на инженера. Он готов был сейчас же, немедленно идти к Мину, чтобы сказать ему все… А не поспешил ли он с выводами, обвинив во всем одного Гвансика? Тхэхо задумался. Что, если попробовать пригласить на стройку родителей Мунсу? Это, конечно, не решение проблемы. Но парень больше других тоскует по дому, это факт. Для стариков здесь найдется подходящая работа, да они и сами, наверное, не прочь пожить вместе с сыном… А для Мунсу надо подобрать работу поинтереснее. Кладовщик или учетчик — это скучно, надо придумать что-нибудь другое. Может быть, поставить его бурильщиком? Ведь он принимал участие в монтаже компрессорной установки… А завтра надо бы отправить его на спортивный праздник, пусть немного развлечется… Кто-то без стука, рывком распахнул дверь. Тхэхо вздрогнул. К его удивлению, это был Мунсу.
— Вы все еще здесь, товарищ бригадир?
Мунсу с грохотом придвинул табуретку и сел рядом с Тхэхо. По нему было видно, что он хочет что-то сказать, но не может решиться.
— Товарищ
