Маскарад - Ирена Мадир
– Я убью Рутила, хасса ни.
– Иол… Ты говорил, что это трудно, а если…
– Я сделаю это для тебя, подарю его голову, даю слово. Мисхе хо арне.
– Что значит последнее?
– «Сердцем и костьми», – переводит Призрак, поправляя кулон на моей шее. – Это сокращение от «клянусь сердцем и костьми».
– А что такое «хасса ни»?
– Ни – это «моя», – усмехается Иолит. – Значение второго слова раскрою потом, идёт?
Я прикрываю улыбку стаканчиком кофе. Почти уверена, то загадочное «хасса» –это что-то милое.
– В любом случае ты не можешь убить его прямо сейчас. Нужно что-то придумать…
– Я договорился о встрече с одним знакомым… Он может помочь. Он уже сливает информацию о Рутиле. Так что, возможно, всё пройдёт быстро, дорогая.
– И всё же… Тина здесь в опасности. Что, если твой психованный дядя придёт сюда?
– Для этого я и вызвал сюда того, кто сможет присмотреть за твоей сестрой.
– Кто это? Кто-то из Иных? Потому что, знаешь, папа уже и так не очень хорошо настроен по отношению к тёмным… Не представляю, как буду объяснять всё это, учитывая, что он рвёт и мечет, пытаясь придумать, как засадить Рутила.
– Вряд ли выйдет…
– Ему скажи.
– Скажу. И вообще, обсужу всё сам, отдыхай.
– Иол…
– Что?
– Будешь объяснять всё папе? Серьёзно?
– Ну, не всё, но в общих чертах. Не переживай об этом, я всё решу.
Мой тяжёлый вздох слышат, кажется, даже в соседнем крыле здания. Но я не спорю. Меня и так клонит в сон и сил что-то доказывать нет. Да я бы и не успела, потому что из лифта выходит очередной тёмный эльф.
Это высокий мужчина с золотистыми длинными волосами, в чёрной одежде, напоминающей вещи Иолита, разве что вместо косухи на нём распахнутый плащ. Он опирается на трость в виде меча в ножах… Или это и есть меч? Призрак реагирует на незнакомца спокойно и поднимается, кивком приветствуя его. Тот отвечает тем же, косясь на меня бледно-розовыми газами. На вид ему около тридцати, лицо узкое с точёными скулами, а кожа серовато-смуглого цвета. Острые уши более вытянутой формы, чем у Иолита.
– Надо же, быстро ты, старик, – хмыкает Призрак.
Тот неодобрительно цокает языком, я же хмурюсь, пытаясь понять, кто тут вообще старик.
– Дорогая, это мой наставник, Родолит.
– Когда ты рассказывал о нём, я думала, это будет действительно… ну, пожилой мужчина.
– Он и есть пожилой, просто тёмные живут долго и хорошо сохраняются, погоди, сейчас он откроет рот, и ты поймёшь, что он просто ворчливый старикашка.
– Оболтус! Зачем тогда звал бедного инвалида? – бурчит Родолит. Взгляд розовых глаз изучающе скользит по мне, в нём заметна лёгкая заинтересованность.
– Добрый вечер, – решаю я всё же поприветствовать его.
– Надо же, какая очаровательная девушка. – Уголки губ Родолита чуть приподнимаются, но улыбка отдаёт горечью, когда он замечает кулон с иолитом на шее. Его пальцы тянутся к собственному уху, в котором блестит серьга-гвоздик с камнем таким же розовым, как его глаза. – Если этот маленький пакостливый засранец будет обижать, скажи мне, я его отделаю.
– Спасибо.
– Она сама меня отделает, – вздыхает Иолит, ласково проводя ладонью по моей макушке. – Подождёшь, дорогая? Я найду твоего отчима и поговорю с ним, ну и покажу Родолиту палату твоей сестры.
– Да… А потом? Когда я была в палате, Тина, писала в выданном ей блокноте огромными буквами, чтобы мы перестали ходить вокруг неё, так что решили, что с ней останется только Сэл, мама поедет домой, а папа… вроде хотел разобраться во всём и поговорить с юристами…
– Отвезу тебя в театр. В подземельях ты будешь в безопасности. Идёт?
– Идёт.
– Всё будет хорошо, Юна, – обещает Иолит.
И я ему верю.
***
Случившееся в театре вызвало всеобщее волнение, однако разбираться со всем в ночь после премьеры никто не стал бы, поэтому и само здание театра опустело. Юристы отчима также отложили встречу на утренние часы, но заявление в полиции всё же осталось. После общения с Родолитом и Иолитом, отчим немного успокоился, но обещал ещё обсудить со мной выбор партнёра.
Родители в итоге уехали, какое-то время пытаясь уговорить переночевать у них, но подземелья явно были безопаснее для меня и для них тоже… Если Рутил решит найти меня, лучше, чтобы это случилось подальше от родных.
Сэл дежурил у Тины, а Родолит охранял их покой в тенях. Иолит же, как и обещал, отвёз меня в театр, передал ключи от нескольких дверей здания и наконец научил пользоваться проходами. Всё оказалось крайне просто: коснуться рамы и либо подождать, либо произнести слово-активатор на эльфийском.
– Лучше спуститься сразу, – сказал после Иолит.
Но я отказалась. Мало ли что может случиться, лучше оставаться на связи, а внизу был шанс того, что ничего ловить не будет. Конечно, на верхнем уровне нусфон бы сработал, но кто знает… Перестраховаться надёжнее.
Поняв, что я твёрдо намерена проверить свой будущий кабинет на удобство и спать там на диване, Призрак сдался. Зато вернул мой пистолет! С ним я чувствовала себя немного увереннее.
На прощание Иолит крепко поцеловал меня, а после ушёл. Мне же оставалось ждать и надеяться на хорошие вести. О чём бы Призрак ни договорился, это должно было приблизить нас к решению последней проблемы – убийство Рутила. По этому поводу я не чувствовала ни капли сожаления. Меня больше волновало состояние Тины, а ещё слабое чувство вины за то, что я не защитила её…
– Мяу, – в дверь скребётся Маго, отвлекая от мыслей.
Я поднимаюсь, впуская её в кабинет. По крайней мере, мне составят компанию. Стянув туфли, я ложусь на диван, прикрываясь пледом. Кошка запрыгивает рядом и сворачивается клубочком у бока, громко монотонно мурлыкая. И несмотря на трудный, бесконечно долгий день, колыбельная Маго позволяет отключиться за считаные минуты. Однако сон длится недолго…
Не сразу понимаю, что звук появился не где-то в грёзах, а в реальности. Но судя по тому, что кошка подняла мордочку и навострила уши, сверкая в полумраке кабинета глазами, мне не показалось. Рукой я нащупываю оставленный рядом нусфон и, щурясь от его света,
