Маскарад - Ирена Мадир

что в его плече всё ещё зарастает дыра от пули. Не без удовольствия добавляю ему новую рану, рассекая лицо наискось, но, когда пытаюсь воткнуть нож ему в живот, он всё же перехватывает мои запястья. А из коридора уже появляется Рутил, успевший снять пиджак и расслабленно расстегнуть верхние пуговицы рубашки. Он хватает меня за волосы и резко дёргает. Я рефлекторно отступаю, а затем охаю от боли и складываюсь пополам, когда Рутил бьёт кулаком мне в живот. Нож выпадает из рук.

– Ты только что подписала самой себе приговор, ты в курсе? – по-особенному радостно сообщает Рутил и наклоняется ко мне, пытающейся сделать вдох. – Сфен, дай мне её игрушку.

Тот поднимает нож, передавая его своему боссу, и ладонью стирает кровь с лица. Порез стремительно затягивается, но взбешённый взгляд Сфена того стоит.

– Ты доставила нам проблем, детка, – продолжает Рутил.

– Я старалась, – едва слышно проговариваю я, выпрямляясь и тут же получая тяжёлую пощёчину от Сфена, которая вполне могла бы откинуть меня в сторону, но Рутил продолжает держать за волосы, как за поводок.

– Так даже интереснее. Было бы лучше, будь у нас время, но мне нужна твоя чуть более сговорчивая версия… – Нож, повинуясь движениям Рутила, оставляет царапину на моём виске. – Кажется, ты не понимаешь, в чьих руках власть.

Остриё скользит вниз и буквально протыкает мою щёку насквозь. Вспышка боли сводит живот, и я пытаюсь дышать ровнее, ощущая, как кончик металла упирается в сжатые зубы, царапая эмаль. Рутил вытаскивает нож, окрасившийся алым, и рассекает лиф платья, которое тут же пропитывается кровью: лезвие режет не только ткань, но и мою кожу. Раны на мне будто горят, добавляя неприятных ощущений, однако я лишь прерывисто дышу, не издавая ни звука.

– И это… Это тебе тоже больше не понадобится, – Рутил поддевает ножом цепочку, подаренную Иолитом, и дёргает с такой силой, что, уверена, на моей шее остаётся алый след. Украшение поддаётся, и цепочка рвётся, а кулон со звоном падает на пол.

Сфен тем временем хватается за платье, легко спуская его вниз по моим ногам. Я пользуюсь случаем, чтобы резко вскинуть колено. Оно прилетает прямо в нос ублюдка, и тот охает, буквально садясь на зад и ошарашенно прижимая руку к лицу. Несмотря на боль, зрелище радует меня и я, довольная собой, издевательски смеюсь. Однако хохот прерывает очередной удар…

На сей раз Рутил бьёт меня головой об стол с такой силой, что мир начинает кружиться, а перед глазами вспыхивают пятна. Я тяжело дышу, тошнота усиливается, ноги подкашиваются. Рутил бьёт меня под колени, вынуждая-таки рухнуть вниз. Он тянет за волосы, выдирая пряди, и волоком тащит меня в спальню. Всё, что я могу – это держаться за его запястья, чтобы Рутил не содрал мне скальп, и радоваться тому, что я всё ещё в белье. Одна лямка бюстгальтера разрезана, но он ещё держится на теле.

У кровати мы останавливаемся, меня дёргают вверх, и я с трудом поднимаюсь лишь для того, чтобы получить болезненный тычок между лопаток и рухнуть на постель животом вниз. Рутил зловеще нависает позади.

– Знаешь, Иолит всегда был надменным уёбком, – рассуждает он, – не пойму, почему племянничек замкнулся на ком-то вроде тебя.

Теперь Рутил силой переворачивает меня на спину. Его колено становится между моих ног, пытаясь раздвинуть их.

– Иди на хуй! – Я плюю в него и радостно улыбаюсь, когда слюна достигает цели. В памяти всплывает слово, когда-то использованное Иолитом как раз по отношению к Рутилу, и шипение мгновенно вырывается наружу: – Тшэс!

– Нахваталась эльфийских ругательств? Миленько… Сфен, тащи наш подарочек! – приказывает Рутил громко, стирая со щеки кровавую слюну. – Сделаем эту блядь посговорчивее, чтобы не мешала, а пока…

Внезапно нож вонзается в моё бедро по самую рукоять, я дёргаюсь и кричу от боли, буквально чувствуя, как металл царапает кость, задев её. Рутил убирает руку, но пальцем щёлкает по рукояти, и вибрация от лёгкого движения лезвия внутри мучительна.

– Это похоже на секс, да? – Рутил ухмыляется, вытаскивая нож лишь наполовину, а затем вновь погружая его в рану, направляя чуть вбок, к кости.

– Если это секс, у меня для тебя плохие новости, – сипло отвечаю я сквозь боль.

Адреналин внутри лишает меня всякой разумности, оставляя только злость к моему истязателю. Мысленно я обещаю себе выжить, просто чтобы хотя бы пару раз пальнуть прямо в рожу Рутила, а лучше в яйца. Его ширинка знакомо натягивается, заметны лёгкие движения ксенов. Вот что возбуждает этого ублюдка – чужое страдание.

Сфен приближается, держа в руке небольшой пакетик. Голова всё ещё кружится, а от боли на лбу выступила испарина, и всё же я чуть поворачиваюсь, чтобы рассмотреть содержимое. Оно золотистое и переливается даже под тусклым светом фонарей с улицы.

– Знаешь, что это, детка? – Рутил забирает пакетик и трясёт им перед моим лицом. – Золотая пыльца, подвид золотой пыли, но усиленной… Такую несколько декад назад твой Иолит помогал перевезти, а после оставил мне «сюрприз» в виде двух трупов тёмных. Иронично, что теперь ты примешь это. Говорят, даже после первого применения у немага может развиться зависимость. Проверим?

Он хочет, чтобы я приняла это? На территории Конфедерации это вещество запрещено, хотя в соседней Республике всё иначе, да и маги из любого кантона не брезгуют золотой пылью. В конце концов, для них, это всего лишь усилитель их собственной энергии, позволяющий временно увеличить объёмы накопления магии в теле. Собственно, точно так же золотая пыль обычно действует и немагов. Однако лишь маги способны выдерживать резкий прилив силы.

Я плохо знала о том, что именно происходит, но точно знала, что магия опасна, особенно для неподготовленного человека, получавшего сразу огромный запас. Ходили слухи, что кто-то мог видеть прошлое и будущее, однако его мозг не выдерживал нагрузки и буквально начинал гнить, как и некоторые части тела. Со временем эффект становился обратным, и человек уже не мог жить без золотой пыли, которая поддерживала тот же запас магии и приостанавливала распад организма.

Хотя самые ужасные последствия происходили обычно лишь к десятому-двадцатому применению, а потому многие добровольно принимали золотую пыль, в жажде открыть будущее, например. Привыкание же развивалось гораздо быстрее, буквально за пару применений. Но всё это золотая пыль. Обычная… Что будет происходить от улучшенной версии в виде золотой пыльцы? Оставалось лишь догадываться…