Тайный ребёнок от Космического Босса - Кира Иствуд
“Освободи меня!!!”
Инстинкт сработал раньше разума. Я вздохнула, закрыла глаза.
Сосредоточилась на этом крике, на этой рвущейся к свободе сущности передо мной. И тут же реальный мир замедлился — так всегда бывает, когда ныряешь на пси слой.
Я максимально раскрыла своё псионическое поле – небезупречно, но отчаянно как упорный ребёнок, распахивающий слишком тяжёлую для него дверь. Я никогда не была в этом сильна, но сейчас очень старалась. И едва получилось, направила свою пси энергию к наксу, ударила по сетям, что его пленили.
Это было похоже на попытку разорвать стальной трос голыми руками.
Сопротивление было чудовищным, чужая энергия жгла изнутри, отзываясь острой болью в висках.
Я стиснула зубы. Мысленно зарычала. Накс нужен Эльзасу! Он нужен Арону! У меня получится!
Я вложила в следующий импульс всю свою ярость, весь страх, всю любовь – дикий, необузданный поток шиарийских эмоций. В пси-пространстве волна энергии, исходящая от меня, на мгновение вспыхнула, схлестнулась с чужим холодом.
И… что-то поддалось! Одна нить, самая тонкая, лопнула с едва слышным звенящим звуком. Потом вторая. Третья! Одновременно на меня плитой навалилась усталость. Но я не останавливалась. Я рвала нити, одну за другой, передавая наксу свою энергию. И он жадно принимал её.
Сейчас я не знала насколько это нормально, но чувствовала, что происходящее правильно. По неизвестным причинам моя энергия подходила. Словно я уже заранее была синхронизирована с наксом.
Духовная сущность змеи в пси-пространстве билась с удвоенной силой, помогая мне изнутри.
В реальности же прошло не более пары секунд. В реальности я сидела над плененной змеёй-наксом… как вдруг она засветилась под косицей моего хвоста. Сначала тускло, затем всё ярче, изнутри, сквозь путы. Сеть дрогнула, нити начали натягиваться, трещать. И вдруг – с резким, как щелчок высокого напряжения, звуком – путы вспыхнули и… распались сотнями искр.
Серебристая змея мгновенно ожила. Её тело изогнулось волной… и тут же, смазавшись серебристой молнией, метнулось через зал.
Через миг змея уже была у ног Эльзаса, обвивала его лодыжку, сливаясь с ним в единое целое.
Изменение было мгновенным.
И ошеломляющим.
Движения Эльза вдруг стали не просто быстрыми – они стали предвосхищающими. Он не блокировал удары Дерека – он уже не был там, куда тот бил. Его собственный удар, короткий и сокрушительный, пришёлся точно в солнечное сплетение драконоида, заставив того крякнуть и отступить. Одновременно по залу прокатилась волна… энергетического давления на пси спектре.
Бластеры у нескольких бандитов, только что поднятые для выстрела, взорвались у них в руках с оглушительным грохотом. Крики боли смешались с воплями ужаса. Толпа дрогнула, началось смятение. Многие побежали прочь.
Эльзас пошёл в атаку.
Теперь он был невообразимо быстр, точен, неудержим. Каждый его удар, каждый блок был выверен до совершенства. Дерек отступал, его чешуя трескалась под ударами, дыхание стало хриплым. Эльзас загнал его к стене, отрезая пути к отступлению.
— Довольно! – проревел Дерек. Его взгляд метнулся к Альте, которая лежала на полу. – Приказываю, убей…
Но я уже была рядом! Мой хвост обвил толстую чешуйчатую шею драконоида, сжимаясь с бешеной силой, перекрывая дыхание, не позволяя сказать больше ни слова.
Дерек захрипел, его рука дёрнулась к горлу, пытаясь сорвать хватку.
Но приказ уже прозвучал. Хотя и не до конца.
Альта вскинула дрожащую руку.
В её ладони вспыхнул сгусток нестабильной синей энергии – дикой, неконтролируемой. Глаза девушки засветились яростью.
Синий луч, кривой и неровный, но невероятно мощный, рванулся из её руки. Он прошёл в сантиметре от Эльзаса и вонзился… прямо в грудь Дерека, которого всё ещё держал мой хвост.
Раздался глухой хлопок, запахло горелой плотью и чешуёй.
Синие глаза Дерека за миг до смерти успели отразить шок и неверие. Он рухнул на колени, потом плашмя на пол.
Всё было кончено.
Тишина, наступившая после грохота боя, была оглушительной.
Оставшиеся бандиты, увидев падение своего лидера, суетливо начали разбегаться, растворяясь в тёмных проходах базы. Только стоны раненых нарушали тяжёлую тишину.
Эльзас стоял, тяжело дыша, прижимая руку к окровавленному плечу. Его взгляд встретился с моим.
Он шагнул ко мне, обхватив свободной рукой за плечи, притягивая к себе. Я вжалась в его грудь, дрожа всем телом, обвила хвостом, глубоко вдохнула — чувствуя запах крови, и неповторимый кофейно-мятный шлейф собственного запаха Эльзаса. Его дыхание было горячим у моего виска.
— Арон… — произнесла я.
— Всё хорошо, Ди, – хрипло прошептал Эльзас. – Через накса я уже отменил вакумизацию. Связался с ии-змеёй и наш сын уже скоро будет…
— Мама? — вдруг раздался в зале голосок нашего ребёнка.
Я резко повернулась.
Эльзас тут же заступил так, чтобы застывшее лицо мёртвого драконоида было не видно.
Из темноты одного из проходов выползла знакомая сегментированная ИИ-змея. На её спине, крепко обхватив её шею руками, словно верхом на коне, сидел Арон. Золотые глаза сына были широко удивлённо раскрыты.
Нахмурившись, Арон внимательно оглядел хаос в помещении. Разбитые экраны, осколки на полу. И сделал свой вывод.
– Мама? Папа? – грозно спросил Арон, нахмурив брови. – Вы что… снова?! Снова ссоритесь?!!
* * *
Обняв сына, мы заверили его, что не ссорились. Но он не спешил верить нам на слово –очень по атлантиански!
Выбираясь в серый предутренний час из лабиринтов-катакомб базы, встречая уже на поверхности мобили служб и спецагентов всех мастей – мы с Эльзасом оба держали Арона за руки. Обсудить всё по-тихому наедине пока не удавалось.
А теперь Эльзасу понадобилось переговорить с очень высокопоставленным чиновником. Без меня. Но Арон категорически отказался подождать, и Эльзас недолго думая подхватил сына на руки, чтобы уйти вместе.
Недалеко. Вон к тому тонированному мобилю со скрытыми номерами, что парил на другой стороне оцепленной улицы… А я была совсем не против остаться. Перевести дух. Арон и Эльзас скептически(одинаково!) оглядели выбранное мной место и пришли к выводу, что на десять минут(так и быть) они оставят меня здесь. Среди проблесковых маячков и снующих туда-сюда военных и экспертов – площадь, на которую мы выбрались из подземелий, выглядела вполне безопасной.
Утренняя прохлада бодрила. Хотя я всё ещё отходила от событий. Проникновение на базу, спасение сына… Хорошо, что всё позади… Хотя мой хвост всё ещё подрагивал от пережитого волнения.
Я с удовольствием дышала полной грудью, расположившись в одиночестве (в относительном одиночестве) прямо на постаменте моей любимой статуи “Дружбы народов”.
