Журавушки - Михаил Иванович Смирнов

реку и небо и о чем-то думать. О чем? Скорее всего, что обо всем и о жизни – тоже.

…Давно ушел в мир иной дед Павел. И бабушки Тани нет. Рядом лежит. И вообще, давно уже деревни нет, Васильевки, и жителей её. Одни уехали и не вернулись, а другие лежат тут же, на мазарках. Лишь журавли печально курлычат, летая над притихшей округой. И сюда же каждый год приезжает Шурка – Александр.

Семья есть, и дети подрастают, но каждый год он приезжает со всей семьей в эту умершую деревню. Посидят возле родных могилок, поговорят с дедом и бабушкой, пройдутся по кладбищу, всматриваясь в редкие фотографии и едва заметные надписи, где-то подправят, а там цветок положат или букетик ромашек, потом спустятся к дому, который и домом нельзя назвать, а дальше отправятся к речке Ветвянке, над которой были заметны журавли.

И казалось, радовалась речка, услышав детские голоса и увидев их, когда они появлялись на берегу. Разводили костер. Шурка, похожий на деда Павла, такой же крепкий и высокий, с такой же густой бородой, усаживался возле костра, к нему прижималась жена, частичка его – душа светлая, с которой встретился в водовороте жизни, дети с другого боку притулились, и он начинал рассказывать обо всем.

О своем детстве, когда приезжал сюда и они с дедом уходили на речку и сидели вот так же, как сейчас, а дед рассказывал о жизни, о людях-пылинках и светлых душах. Обо всем говорили с дедом. А теперь Александр рассказывал своим детям. Говорил то, что с малых лет ему закладывал в неокрепшую душу дед Павел.

И эти маленькие зернышки проросли и дали всходы. Крепкие и надежные. И теперь каждый год привозил Александр своих детей, чтобы тоже заложить зернышки в неокрепшие души. Привозил к речке Ветвянке и до утра рассказывал им про водовороты жизни, про речку, которая жизнью называется, о тропках, по которым люди всю свою жизнь шагают. И журавушках с душами погибших и умерших солдат. Обо всем говорил…

А утром они уедут. Уедут для того, чтобы в следующий раз вновь вернуться сюда, и снова будут всю ночь говорить. О чем? Да обо всем и о жизни – тоже…

* * *

…Деревни, как маленькие винтики в огромном механизме, вылетели на полном ходу, и никто не заметил – эти самые винтики – эти самые деревни, которые люди покидали в поисках лучшей жизни. И они стали умирать, а таких деревень по всей стране – несметное количество.

– Скажи, дед, а сколько жителей осталось в Васильевке?

Но ответом будет тишина, лишь журавушки кружились над притихшим погостом…