От Дзена до Нейрона: как улучшить свою жизнь, используя нейронауки Запада и мудрость Востока - Александр Демкин

воспоминания – тут-то в игру и вступает гиппокамп. Есть такая фаза сна, которая называется «быстрый сон», или «фаза сна с быстрыми движениями глаз», – это та фаза, во время которой мы видим сны. Но мы видим их не просто так: мозг в это время впахивает как папа Карло, нейроны очень активно работают, а на ЭЭГ творится просто безумие, потому что происходит процессинг памяти, формирование новых нейронных связей. Мы в прямом смысле «шевелим мозгами» во сне, чтобы утром помнить вчерашний день. И дирижирует всем этим процессом именно гиппокамп.

Амигдала, с другой стороны, – это хранитель наших эмоций. Эта маленькая структура в мозге регулирует наши эмоциональные реакции, будь то чувство страха, удовольствия или волнения. Она как бы страж ворот нашего внутреннего царства, который сигнализирует о возможной угрозе или приятном событии, вызывая соответствующие эмоциональные реакции. Эволюционно это очень древняя структура, ведь чувства страха или радости были нужны задолго до появления на Земле наших хвостатых предков: в доисторические времена те, кто ничего не боялся, просто не выживали, а особенно смелых съели саблезубые тигры. Но и сегодня, несомненно, эмоциональные, а не рациональные реакции во многом управляют нами, и способность успокоиться, найти внутренний баланс – это тоже такая нерациональная реакция, которой можно достичь, воздействуя на подкорковые ядра, к которым относится и амигдала в том числе. О других ядрах мы поговорим в следующих главах. Там ещё много интересного!

Благодаря этому удивительному дуэту мозг способен не только запоминать важные моменты нашей жизни, но и оценивать их эмоциональную значимость, создавая таким образом уникальный калейдоскоп внутренних переживаний.

Как же они работают, эти структуры, какими веществами это обеспечивается и как нейроны «разговаривают» друг с другом?

Начать стоит с того, что наш мозг для иммунной системы – инородное тело. Да-да, хоть он и наш родной орган, однако же при прямой встрече лейкоцита с нейроном победит лейкоцит. Поэтому природа создала структуру, называемую гемато-церебральный барьер, иными словами, каждый нейрон отделён физически от капилляров, по которым течёт кровь. Но как-то же из крови нужно получать кислород, углеводы, белки да вообще всё? Нужно, и для этого есть специальные клетки. Они называются «глиальные клетки», глиоциты (от слова glue, «клей», поскольку они, кроме всего прочего, фиксируют нейроны на своих местах). Так вот глиальные клетки находятся между нейроном и капилляром и работают как насосы-фильтры, перекачивая питательные вещества из крови в нейрон. Это называется гематоэнцефалическим барьером, коротко – ГЭБ.

РИС. 1.

За этим самым ГЭБ нейроны живут своей жизнью, общаются посредством разных химических веществ (их называют нейромедиаторами), посылают импульсы и постоянно меняют конфигурацию связей друг с другом. Про нейронные связи ещё поговорим, а вот про нейромедиаторы сейчас стоит сказать пару слов. Всем известны такие названия, как серотонин, адреналин, дофамин и т. п., но чаще всего люди не догадываются, что адреналин, который вырабатывается надпочечниками, и ради которого люди прыгают с парашютом, и адреналин в нейронах – это разные вещи. Наш мозг синтезирует для себя нейромедиаторы отдельно от всего остального организма, поскольку есть барьер, и нейроны не могут получать напрямую из крови всё то, что им нужно. Однако же нейроны умеют создавать для себя всё, что им нужно «на местах», а дальше уж дело техники: внутри нейрона формируется пузырёк, наполненный, скажем, серотонином (такой пузырёк называется везикулой). Везикулы транспортируются к окончаниям отростков нейронов, там становятся в очередь, и, когда наступает подходящий момент, везикула разрывается, выплёскивая серотонин в пространство между нейронными отростками – синаптическую щель (рис. 2). В этом пространстве серотонин плывёт к отростку соседнего нейрона, присоединяется к нему, оказывает своё влияние (стимулирует соседний нейрон, чтобы он передал импульс дальше), и снова отсоединяется. После этого он послушно возвращается к своему материнскому нейрону и захватывается им обратно до лучших времён – точнее, до следующего раза, когда нужно будет простимулировать соседей. Собственно, это и есть обратный захват серотонина, который люди так любят замедлять при помощи антидепрессантов. Есть группа препаратов, называемая СИОЗС – селективные ингибиторы обратного захвата серотонина. Они заставляют серотонин дольше пробыть в синаптической щели, и таким образом оказать более выраженное действие на соседний нейрон, чтобы депрессия разжала свои холодные руки на горле пациента…

Это я к тому, что процесс формирования эмоций, воспоминаний, впечатлений и т. д. – это в том числе и химический процесс, который идёт посредством такой вот хитрой передачи сигналов. Есть, конечно, и другие, параллельно идущие процессы, которые тоже принимают участие, но о них отдельно. А пока что вернёмся к чаю и его влиянию на наше моральное состояние.

Не секрет, что чай содержит массу психоактивных веществ: кофеин, танины, катехины, аминокислоты – кучу всего. Чаю эти вещества нужны, чтобы защищаться от насекомых: кофеин, например, их должен отпугивать. Человечество всегда любило растения «с характером»: стоит перцу научиться отбиваться от окружающего мира капсаицином (то самое соединение, которое обеспечивает остроту), как люди приходят и тут же начинают именно из-за капсаицина его поглощать тоннами. Кофе, табак, чай – та же модель, мы любим пощекотать свои рецепторы резкими нотками во вкусе и запахе. И это не просто так: дело в том, что наш обонятельный аппарат эволюционно очень древний, как и вкусовой, поэтому вкусы и запахи воздействуют на мозг, во многом обходя рациональное сознание. Аромат и вкус кофе бодрят нас не потому, что там кофеин, а потому что они достаточно резкие, ассоциируются у нас с активностью, и вот уже не нужно ничего обдумывать, настраиваться – просто отпейте глоток, и подкорка всё сделает за вас. С чаем это тоже работает, но несколько иначе: аромат тоньше, изысканнее, он не бьёт в нос – он мягко поглаживает нас прямо по гиппокампу и ядрам лимбической системы мозга, как бы говоря: «Успокойся, ну чего ты так разнервничался, не надо формировать ось стресса – лучше давай подумаем о чём-то приятном вместе».

РИС. 2.

Думаю, пришло время развенчать один очень устойчивый миф: кофеин нас не бодрит! Он просто так не работает, это не «газ», это – «антитормоз». Кофеин не даёт мозгу тормозить свою деятельность и заставляет его использовать резервы – вынимать консервы из припасов и расходовать их на поддержание внимания и бодрости. Поэтому кофеиносодержащие напитки так популярны у студентов во время сессии: там в одной