Развод с князем. Хозяйка доходного дома - Лилия Тимолаева

Да. Благодаря вам.

Степан рядом едва заметно шевельнулся.

Я уловила это боковым зрением.

— Очень хорошо.

Женщина еще немного поговорила о погоде, потом ушла.

Я подождала, пока дверь закроется.

— Что было в декабре?

Степан посмотрел на меня.

— Не помните?

— Напомните.

Он помолчал.

— Ее муж умер. Возникли сложности с наследством. Князь хотел расторгнуть договор и сдать квартиру дороже. Вы настояли, чтобы ей дали полгода без повышения платы.

Прежняя Аксинья.

Значит, она не была полностью отстранена от дома.

— Федор согласился?

— Не сразу.

— А потом?

— Вы очень шумели.

Я посмотрела на Степана.

— Шумела?

— Кричали на него прямо здесь, в конторе.

Это было неожиданно приятно.

Хотя бы одна наша черта совпала.

— И он уступил.

— Да.

— Часто я вмешивалась?

Степан снова насторожился.

— Раньше.

— А потом перестала?

— Последний год почти не приезжали.

— Почему?

— Не мое дело.

Неплохой ответ.

— Хорошо. Не будем.

Мы поднялись выше.

Из тридцати четырех квартир пустовали только три.

Одна после недавнего выезда жильцов.

Две требовали ремонта.

Часть квартир сдавалась семьям, часть одиноким жильцам. На четвертом этаже были помещения дешевле.

Я осматривала не комнаты, а состояние общих мест.

Крыша в одном подъезде действительно требовала внимания: на потолке верхней площадки виднелось пятно.

Перила крепкие.

Окна старые, но целые.

Двери в приличном состоянии.

Никаких признаков разоренного хозяйства.

— Теперь двор, — сказала я.

Степан вывел нас через второй подъезд.

Каретных помещений оказалось восемь.

— Сколько занято?

— Три.

Я остановилась.

— Только три?

— Сейчас многие держат экипажи в других местах.

— Почему остальные пустуют?

— А кому они нужны?

Вот первая площадь, которая ничего не приносила.

— Сколько лет пустуют?

— Некоторые давно.

— Их можно сдавать под другое?

Степан пожал плечами.

— Под что?

— Пока не знаю.

Дальше был подвальный склад.

Большой.

Сухой.

Почти пустой.

Потом две комнаты над лавками.

Одна использовалась для хранения старой мебели.

Вторая вообще стояла закрытой.

— Почему?

— Неудобная.

— Для жилья?

— Да.

— А для конторы?

Он посмотрел на меня.

— Какой конторы?

— Любой.

— Здесь шумно.

— Для конторы это не всегда недостаток.

Степан уже не спорил.

В конце первого этажа обнаружилась еще одна дверь.

Закрытая.

— А здесь что?

— Галерея.

— Какая?

Он достал ключ.

Замок открылся не сразу.

За дверью находился длинный проход с высокими окнами во двор. Когда-то здесь, судя по всему, располагались небольшие торговые помещения или мастерские. Остались перегородки, двери, даже старые вывески без надписей.

Я прошла вперед.

Пространство было огромным.

И совершенно пустым.

— Почему не используется?

— Уже лет семь закрыто.

— Причина?

— После перестройки улицы основная торговля вышла на фасад. Сюда покупатели перестали заходить.

— Вход только из подъезда?

— Есть отдельный со двора и второй из переулка.

Я дошла до конца.

Выход в переулок действительно имелся.

— Здесь сколько помещений?

— Раньше было двенадцать.

— Сейчас?

— Перегородки остались на десять.

Я открыла одну дверь.

Небольшая комната.

Окно.

Свет.

Для отдельной лавки слабовато.

Для маленькой мастерской, конторы, приемной или рабочего места — вполне.

— Почему это никто не сдает?

Степан посмотрел на меня так, будто ответ очевиден.

— Потому что никто не спрашивает.

— А кто-нибудь предлагал?

Он не ответил.

Вот и все.

Недвижимость не приносит доход от одного факта существования.

Ее надо продавать рынку.

Не обязательно целиком.

Иногда достаточно понять, кому именно нужна неудобная площадь.

— Теперь книги, — сказала я.

Степан закрыл галерею.

— Может, сначала отдохнете?

— Я не устала.

Это было неправдой.

Но отдыхать я буду после того, как пойму, что собираюсь подписать через несколько часов.

Контора управляющего находилась в небольшом помещении возле двора.

Стол.

Шкафы.

Сейф.

Полки с папками.

Никакой роскоши.

Зато порядок был почти образцовым.

Степан положил передо мной две толстые книги.

— Доходы и расходы за текущий год.

— И прошлый.

Он принес третью.

Я села.

Настасья расположилась возле окна.

Степан остался напротив.

— Вы будете сами смотреть?

— Да.

— Можно позвать счетовода.

— Потом.

Первые страницы выглядели нормально.

Я быстро разобралась с системой.

Квартиры были пронумерованы.

По каждой стояла сумма.

Отдельно — лавки.

Отдельно — складские и хозяйственные помещения.

Расходы шли по категориям.

Освещение.

Вода.

Дворовые работы.

Крыша.

Уборка.

Жалование.

Городские сборы.

Я листала дальше.

Январь.

Февраль.

Март.

Доходы шли ровно.

А потом почти исчезли.

Я вернулась на страницу назад.

— Что произошло в апреле?

Степан посмотрел в книгу.

— Ничего.

— Почему поступления от квартир упали почти в четыре раза?

Он нахмурился.

— Потому что большинство заплатили заранее.

Я медленно подняла голову.

— За сколько?

— За год.

— За весь?

— За одиннадцать месяцев вперед.

Вот она.

Та самая улыбка Федора.

То самое «обычно», когда я спросила, поступает ли доход ежемесячно.

— Когда?

— В конце марта.

— Почему жильцы вдруг решили заплатить за год?

— Князь предложил скидку.

— Какую?

Степан назвал процент.

Я пересчитала в уме.

Достаточно большую, чтобы предложение стало привлекательным.

И достаточно небольшую, чтобы собственник все равно получил приличную сумму сразу.

— Сколько квартир согласились?

— Двадцать семь.

— Из тридцати одной занятой?

— Да.

— Лавки?

— Четыре тоже заплатили вперед.

Я положила ладонь рядом с книгой.

Не на нее.

Просто на стол.

— Где деньги?

Степан посмотрел на меня.

— В княжеской конторе.

— То есть не на счете дома?

— Нет.

— Почему?

— Все доходы раньше поступали туда.

— А расходы?

— Мы подаем счета. Контора оплачивает.

— Сейчас тоже?

Он помедлил.

— Пока да.

— После передачи дома?

— Не знаю.

Я знала.

Если дом становится моим, расходы становятся моими.

А деньги за следующие одиннадцать месяцев уже у Федора.

Я перевернула страницу.

Сумма предварительной оплаты стояла отдельной строкой.

Я прочитала ее.

Еще раз.

Почти тринадцать тысяч рублей.

Не считая лавок.

— Покажите поступления от торговых помещений.

Степан перелистал книгу.

Еще несколько тысяч.

Прекрасно.

Очень разумная схема.

Если ты собираешься избавиться от доходного дома, сначала собери с него максимум денег вперед.

Потом передай новой владелице обязательства перед жильцами.

Формально квартиры заселены.

Формально договоры действуют.

Формально имущество доходное.

Просто доход уже получен другим человеком.

Я закрыла книгу.

— Князь предлагал жильцам скидку лично?

— Через контору.

—