Битва бабочек - Герман Зудерман

Ну, а теперь между нами все выяснилось. (Направляясь к выходу.) РОЗИ. Макс, не уходи! (Вне себя, идет за ним.) Ведь все это - неправда! Макс! Все это - неправда. Всеобщее замешательство. ФРАУ ХЕРГЕНТХЕЙМ и ЭЛЬЗА хотят удержать Рози. Старик вскрикивает от изумления. Теперь я должна сказать, мам. Посмотри, как он меня презирает... Это не я, Макс... Умоляю тебя, поверь мне... Я только... должна была прин... принести себя в жертву... Это не я. ВИНКЕЛЬМАН. Кто же тогда? ЭЛЬЗА. Я не сделала ничего дурного. ВИНКЕЛЬМАН. А, вот что! РОЗИ. Нет, Эльза не делала ничего дурного. Она хорошая, добрая... и я желаю тебе счастья, Макс. И чтобы ты мог гордо смотреть на людей, чтобы ты.. чтобы ты... прощай! МАКС. Куда ты идешь, Рози? РОЗИ. Ведь он выгнал меня... Я должна... уложить... свои вещи... (Убегает, рыдая.) ВИНКЕЛЬМАН. Н-да... Ну-с, почтенная дама, как вы теперь себя чувствуете? ФРАУ ХЕРГЕНТХЕЙМ. Пойдемте, дети. ЭЛЬЗА. А Рози, мамочка? ФРАУ ХЕРГЕНТХЕЙМ. Она придет... Ее теперь, нужно надеяться, здесь больше не обидят. ВИНКЕЛЬМАН. И вам не стыдно? Вам, с вашей седой головой? ФРАУ ХЕРГЕНТХЕЙМ. Мне стыдно, господин Винкельман? Чего? Всей этой лжи и обмана? Нет, господин Винкельман, мне больше уже не стыдно. Мне пришлось в моей жизни слишком много попрошайничать и унижаться... Разве легко было дать дочерям то, что я им дала? Знаете ли вы, господин Винкельман, что стоит фунт мяса? ВИНКЕЛЬМАН. Ах, вот что! ФРАУ ХЕРГЕНТХЕЙМ. Знаете ли вы, сколько стоит фунт маргаринового масла?.. Тоже очень дорого, господин Винкельман. А вы платите за дюжину вееров всего шесть марок. Чтобы расписать один, надо полдня. Этим сыт не будешь... А платья! Ведь девушке надо и приодеться!.. И при этом, господин Винкельман, вы еще были нашим благодетелем. А что было прежде? Прежде мы занимались починкой белья!.. Посмотрели бы вы тогда, как нам иногда приходилось голодать... А еще раньше, когда девочки были совсем маленькие, когда я одна должна была работать?.. Тогда я... тогда... (Объятая внезапным страхом.) Боже мой, Боже мой, что же нам теперь делать? Эльза, что мы теперь будем делать? ЛАУРА. Успокойся, мамочка. Теперь я позабочусь о вас. ФРАУ ХЕРГЕНТХЕЙМ. Опять ничего не выйдет, ничего, ничего! МАКС. Отец, скажи же хоть что-нибудь! ФРАУ ХЕРГЕНТХЕЙМ. Но не думайте, господин Винкельман, чтобы я согласилась быть на вашем месте! Нет, хоть я и стою теперь перед вами униженная и опозоренная, но я, по крайней мере, знаю, для чего я унижаюсь... У меня есть дети, они со мною, я сама воспитала их. А вы? Спросите своего сына, почему он хочет уйти от вас, почему он предпочитает идти к кому-то служить? Смотрите, чтобы вам не пришлось обращаться за помощью, протягивать руку... а около вас никого не будет. Нет, господин Винкельман, я не поменяюсь с вами. И если Господь мне скажет: "Вынеси все это еще раз", - я спокойно перенесу снова... все... всю нищету... все унижения... все указывания на дверь, - все... все! (Рыдает.) ЛАУРА. Я не знаю, мамочка, что тебе за охота так себя расстраивать из-за этих людей. Пойдем домой! ФРАУ ХЕРГЕНТХЕЙМ (с усилием сдерживая себя). Прощайте, Макс. Я искренно любила вас. Уходят. ВИНКЕЛЬМАН (после молчания). Когда же ты уходишь? МАКС. Мне все равно, отец. После обеда или вечером, если ты хочешь - сейчас. ВИНКЕЛЬМАН. Вот до чего мы дожили! МАКС. Я в этом не виноват. ВИНКЕЛЬМАН. Не знаю, чего только вы все хотите от меня. Кажется, у меня такое мягкое сердце. Я вот сейчас чуть не расплакался. Никто этого не заметил. Куда же ты пойдешь? МАКС. Буду искать себе места, отец. ВИНКЕЛЬМАН. Где же? МАКС. Еще не знаю. ВИНКЕЛЬМАН. Тогда ты можешь остаться до завтра. МАКС. Могу остаться и до завтра. Молчание. ВИНКЕЛЬМАН. Весело же будет у меня в доме, нечего сказать. В конце концов, если рассудить, ведь делу она приносит пользу, содержать ее стоит недорого... Послушай, как ты думаешь, согласятся они оставить у меня Рози? МАКС (просветлев). Как? Ты хочешь ее оставить? ВИНКЕЛЬМАН. Ага! Так, может быть, и ты тогда останешься? МАКС (глядя в сторону, робко). Если бы ты любил меня, я бы и так остался. ВИНКЕЛЬМАН. Любил? А меня кто любит? МАКС. Отец! ВИНКЕЛЬМАН. Оставь! Ну, ну... ступай! Выходит РОЗИ с вещами. РОЗИ. Где мама? ВИНКЕЛЬМАН. Что тебе? РОЗИ. Где мама? (Кладет вещи и берет шляпку и саквояж, которые оставила на столе.) ВИНКЕЛЬМАН. Оставь-ка свою шляпку в покое, ступай лучше принимайся За работу; и так уж полдня пропало... Ну? РОЗИ (робко, не понимая, что это значит). Хорошо. (Идет в глубину сцены.) ВИНКЕЛЬМАН. Какая же ты глупенькая! РОЗИ (с криком радости бросается к нему). Дядечка! ВИНКЕЛЬМАН. К нему ступай! РОЗИ. Макс, милый Макс! МАКС. Теперь и я стану человеком, Рози. ВИНКЕЛЬМАН. Пойдешь ли ты рисовать своих бабочек, егоза? РОЗИ (сияя от радости). Иду, дядечка, иду! З а н а в е с. --------------------------------------------------------------------------------- Первое издание: Битва бабочек. Комедия в 4-х действиях Германа Зудермана. Перевод с немецкого Ив. Владимирова. - Москва: Издание С. Расзохина. 1896.