Андреа Дельфин - Пауль Хейзе

отдайте на церковь и бедным, чтобы они молились за мою и за его душу! Каждый раз, как я слышу эту фамилию, мне слышится глас архангела, ведущего меня к небесному Судии. -- Вы точно ребенок, -- сказал он, -- в ответе мы, а не вы. Он был преступник и... только, боясь его связей и положения в свете, мы должны были наказать его тайно. Он умер спокойно в кровати, кто скажет, что у вас в доме уже дыхание смерти коснулось его? Она задрожала и опустила глаза. -- Нет, -- сказала она, -- но по ночам меня мучит совесть! Нет, этого я не должна была делать! -- Это нервное расстройство, Леонора, это у вас быстро пройдет. Деньги же, о которых я говорю, лежат для вас у Маркези. Покойной ночи графиня. Вижу, я вас утомил. Спите спокойно! Он слегка поклонился ей и пошел к дверям. Лишь мельком мог Андреа рассмотреть его лицо: оно было спокойно и бесстрастно дышало сильной, непреклонной волей. Надев маску и накинув черный плащ, сброшенный при входе, он быстро удалился. В ту же минуту Андреа услышал голос девушки, тихо звавшей его; он повиновался, бросив последний взгляд на красивую женщину, стоявшую неподвижно посреди комнаты. Шатаясь от волнения, он сошел с эстрады и не говоря ни слова, последовал за девушкой. Она, по-видимому, не прочь была продолжать с ним приятную беседу, но один взгляд на его бледное, мрачное лицо, в миг охладил ее пыл. -- Что, вы привидения видели, что ли? Вот выпейте стаканчик, да расскажите, что видали? Кажется, все обошлось, как нельзя лучше? -- О, да, -- сказал он сухо. -- Ей ничего не сделают дурного, и она даже уплатит тебе все. Больше не мог разобрать, говорили очень тихо. Я страшно устал стоять на коленях. Я лучше в следующий раз попирую с тобой, но теперь я должен идти спать. -- Вы даже мне не говорите, как вы се нашли? Красива ли она, по-вашему? -- Красива, как ангел, или вернее, как дьявол, -- проговорил он. -- Благодарю, что ты доставила мне случай увидеть ее. А уж в другой раз я останусь с тобой, любопытство мое удовлетворено вполне. Спокойной ночи! С этими словами он вскочил на окно и посмотрел вниз на канал вслед удалявшейся гондоле. Потом же осторожно слез в свою комнату. Смеральдина же сняла импровизированный мост и долго раздумывала о своем странном ухаживателе. Прошла неделя, а посещение не повторялось. Раз только, подкупив привратника, она впустила замаскированного, вывела его через маленькую дверку и позволила ему покатать себя часок по большому каналу. Но и в тот раз он не нежничал с ней, зато она, не переставая, трещала про свет, его интриги и про свою графиню, стараясь занять его. Он узнал от нее, что секретарь посольства бывает у графини подолгу; что последняя в хорошем расположении духа и щедро одарила ее. Андреа был молчалив, девушка скучала и была даже обрадована, когда он повернул по кратчайшему пути обратно домой. Бесшумно подъехав, он привязал гондолу к шесту и спросил у нее ключ от двери, чтобы закрыть ее. Она была уже наверху, когда он ей крикнул, что впопыхах уронил ключ в воду. Она легкомысленно отнеслась к этому, утешая его, что у привратника, наверное, найдется второй ключ. На этот раз они на прощанье обменялись поцелуем, когда в полночь она его выпустила из главных ворот. Он сказал своей хозяйке, что провел всю ночь в работе у нотариуса. Но так как это случилось лишь единственный раз, а обыкновенно он возвращался уже в сумерки, и был очень нетребователен, то хозяйка всюду и всем трезвонила об его трудолюбии и хорошей жизни. Она была недовольна лишь его полнейшим воздержанием от всех дозволенных в его годы удовольствий. Мариэтта во время этих разговоров стихала и потупляла глаза; она больше не пела и вообще очень переменилась, и часто задумывалась, чего прежде никогда с ней не случалось. В одно прекрасное утро, вдруг в его комнату ворвалась, запыхавшись, хозяйка; он сидел у стола еще не совсем одетый и читал Евангелие. Лицо его было бледнее обыкновенного, но спокойно и выражало неудовольствие по поводу ее посещения. -- И вы еще можете спокойно сидеть дома, синьор, -- закричала она ему, -- в то время, как вся Венеция на ногах? Одевайтесь, бегите на улицу, там есть что послушать! Иисусе, дожила до этих лет, но в первый раз так поражаюсь' -- А что случилось, добрая женщина? -- спросил Андреа спокойно и закрыл книгу. Она бросилась, задыхаясь, на стул. -- До Пиацотты меня влекла толпа, и что я увидала? В палаццо дожей вся огромная лестница была запружена господами из Совета, из окон же развевались траурные флаги. Представьте себе, сегодня ночью, около полуночи, быль убит на пороге своего дома самый знатный из всех трех инквизиторов благородный Лоренцо Вениер. -- Он был уже стар? -- спросил спокойно Андреа. -- Боже мой, как вы спокойно это говорите, как будто он умер своей смертью! Но, вы, конечно, не венецианец и не понимаете, что значит убийство инквизитора. Это ведь не дож простой, а повыше еще. Но ужаснее всего то, что на кинжале, найденном в теле, выгравированы слова: "смерть всем инквизиторам!" Всем, понимаете, синьор Андреа, это уже не случайное убийство, а политическое, и от всего этого пахнет заговором Анджело Кверини с его сторонниками. Это сказал мне сосед, потирая руки, но у меня мороз пошел по коже; я уж знаю по опыту, преступление, -- как вишни, хочешь стрясти одну, а падает двадцать; вот увидите, за эту кровь прольется много крови. -- Разве не поймали убийцу, синьора Джиованна? Где же сотни шпионов, оплачиваемых трибуналом? -- И следа нет убийцы, -- ответила вдова. -- В эту ночь было свежо, темно и потому не видно было ни одной гондолы у его палаццо. По переулку он возвращался домой и был поражен невидимой рукой на смерть, разбудив своими стонами привратника. Тот же, прибежав, не увидел ни единой души на улице. Но я то знаю, кто это был. Сказать вам, синьор Андреа? Вы честный человек и не пойдете звонить об этом всюду, не выдадите меня; я знаю кто убийца. Оп посмотрел на нее. -- Выскажитесь, -- сказал он -- это вас облегчит. Я вас не понимаю. -- Неужели вы не догадываетесь? А помните я говорила вам, что мертвецы возвращаются? Он припомнил им их зверства с женой и дочерью! Но ради Бога, ни слова об этом никому. Сделал это мертвец, а живых заставят искупить его